Второму игроку приготовиться (ЛП)

«Пользователи ОНИ по всему миру развивают совершенно новый вид эмпатии, который ты даже не сможешь понять, пока не испытаешь это на себе…».
Она изобразила, как дрочит.
«О, пожалуйста», — сказала она, преувеличенно закатив глаза. «Избавь меня от своей трансгуманистической чуши коллективного разума, Локутус. Я все еще не куплюсь на это». [10]
«Ты же не можешь отрицать, что нейронный интерфейс ОАЗИСА улучшил качество жизни миллионов людей, — вмешалась Эйч. — Многочисленные исследования показали резкий рост эмпатии среды среди ежедневных пользователей ОНИ, наряду с подавляющим падением расистских, сексистских и гомофобных идеологий. И это во всем мире, во всех возрастных группах и социальных слоях. Впервые в истории человечества у нас есть технология, которая дает нам возможность некоторое время жить в чужой шкуре. И мы также наблюдаем серьёзное падение преступлений на почве ненависти по всему миру. И уровень преступности в целом…»
«Да, — сказал Aрт3мида, прерывая ее. — Когда вы превратите половину населения мира в зомбированных наркоманов ОНИ, уровень преступности снизится. Вспышка гриппа, унесшая жизни обоих моих родителей, тоже привела к снижению уровня преступности, Эйч».
Я опустил глаза на стол и стиснул зубы, чтобы держать рот на замке. Эйч откашлялась, но тоже решила не отвечать. Но Сёто ничего не мог с собой поделать.
«Странно, что ты подняла этот вопрос, Арти», — ответил он. «Поскольку мы знаем, что технология ОНИ — наша лучшая защита от других смертоносных пандемий, подобных той, которая убила твоих родителей. Благодаря нам этого больше не происходит. Переместив большую часть социального взаимодействия людей в онлайн и сделав большую часть туризма виртуальным, мы резко сократили количество поездок и ограничили распространение почти всех инфекционных заболеваний. В том числе и передающиеся половым путем, поскольку сейчас большинство людей занимается сексом внутри ОАЗИСА». Он улыбнулся. «Благодаря ОНИ люди по-прежнему могут ходить на многолюдные концерты и могут быть в центре толпы, не опасаясь микроскопической смерти. Это объединяет людей и связывает их…».
«ОНИ также помог значительно снизить уровень рождаемость», — добавила Эйч. «Мы уже на пути к решению проблемы перенаселения».
«Да, но какой ценой?» — раздраженно спросила Саманта. «Мир, в котором люди больше не выходят на улицу и не касаются друг друга? Где все спят всю свою жизнь, в то время как реальность рушится вокруг них?» Она покачала головой. «Иногда я думаю, что моим родителям повезло. Им не обязательно жить в этой утопии, которую вы все создали».
«Ты даже не испытала гарнитуру ОНИ», — сказал я, вскинув руки. «В итоге, когда ты сыплешь этими нелепыми обвинениями, ты даже не представляешь, о чем говоришь. Ты никогда этого не делала».
Арт3мида какое-то время молча смотрел на меня. Затем она взглянула на Эйч и Сёто.
«Это безнадежно, — сказала она. — Я спорю с группой наркодилеров, которые кайфуют от собственного товара. Вы так же зависимы, как и ваши клиенты». Она повернулась к Фейзалу. «Давай запишем это голосование в протокол, чтобы я могла съебать отсюда».
Фейсал кивнул и, все еще весело улыбаясь, призвал к официальному голосованию по предложенному Арт3мидой возрастному ограничению для ОНИ. В итоге, проголосовали, три голоса «против», один «за».
«Хорошо, — сказал Фейсал. — Теперь, когда с этим покончено, объявляю заседание закрытым».
Не говоря ни слова, Саманта вышла из системы, и ее аватар исчез.
«Слава Богу! — сказала Эйч, массируя шею одной рукой. Она повернулась ко мне. — Почему ты всегда так ее раздражаешь?»
«Я? Это ты её разозлила на этот раз! — Я указал на Фейсала. — Попросите его прочитать стенограмму».
«Нет, спасибо, — сказала Эйч. — Я должна всё это переварить. Вся эта драма действует мне на нервы. Но мы втроем можем тряхнуть стариной. Затусим в подвале. Посмотрим плохие фильмы. Поиграем во что-нибудь. Я напишу всем, хорошо?»
«Звучит неплохо», — сказал я.
 
Мы с Эйч стукнулись кулаками, затем она дала Сёто пять, прежде чем телепортироваться.
«Мне тоже пора, — сказал Фейсал. — Нужно еще подготовиться к обновлению». Он подошел и пожал руку каждому из нас, а затем тоже телепортировался.
Как только мы остались одни, Сёто повернулся ко мне.
«Как ты думаешь, Арти прав?» спросил он. «Мы отказываемся от реального мира?»
«Конечно, нет», — ответил я. «Арт3мида сама не понимает, о чем говорит». Я ухмыльнулся ему. «Она все еще застряла в прошлом, а мы уже живем в далёком будущем, мой друг».
«Может быть, ты прав, — сказал он, кивая. Выражение его лица внезапно прояснилось. — Эй, я почти закончил кодировать свой новый квест Macross Plus! Хочешь помочь мне протестировать его, когда он будет готов?»
«О, черт возьми, да! — Я сказал. — Рассчитывай на меня».
«Я напишу тебе позже на этой неделе, когда все будет готово», — сказал он. «Позже, Си».
Он помахал рукой и исчез из конференц-зала, оставив меня одну.
Я долго стоял неподвижно, слушая, как эхо обвинений Саманты рикошетом отдается в моей голове, пока шум, наконец, не затих.
  
0004
 
«Привет!» — крикнул я Шестипалому в последний раз. «Меня зовут Иниго Монтойя! Ты убил моего отца. Приготовьтесь умереть!»
Затем я сделал выпад своей рапирой, начав серию быстрых атак, которые заставили моего противника парировать и отступить назад через весь банкетный зал, пока я, наконец, не загнал его в угол. Я мог просто убить его в тот момент и завершить квест. Но квест давал вам бонусные очки за правильное чтение всех диалогов вашего персонажа, и на этот раз я пытался получить идеальный результат.
«Предложи мне деньги!» — потребовал я, и поранил левую щеку Шестипалого.
«Да!» — прошипел он, морщась от боли. «И Власть тоже», — добавил я. «Обещай мне это!»
Я снова взмахнул мечом, нанеся ему такую ​​же рану на его правой щеке.
«Все, что у меня есть, и даже больше!» прошептал он. «Пожалуйста!»
«Предлагайте мне все, о чем я прошу…»
«Все, что хочешь», — ответил Шестипалый.
«Я хочу вернуть своего отца, сукин сын!»
И с этими словами я проткнул Шестипалого, вонзив острие своего меча ему в живот. На мгновение я наслаждался выражением его лица, затем вытащил меч и отбросил его назад. NPC упал на каменный пол, издал стон и умер. Его труп немедленно исчез, оставив после себя кучу вещей, которые он носил. Я подобрал их, затем повернулся и выскочил из комнаты дальше по коридору к свадебному номеру Лютика. Оказавшись там, я завершил квест, помогая ей и Уэстли выбраться из окна. Внизу нас ждал Феззик, держащий поводья четырех белых лошадей. Мы выгнали их из королевства на свободу, а на саундтреке играла песня «Storybook Love».
Когда песня закончилась, закончился и квест. Лошади и другие персонажи исчезли, а внешний вид моего аватара вернулся к нормальному. Я обнаружил, что стою в одиночестве возле портала с заданиями, в который я изначально вошел, на восточном берегу королевства Гульден.
Раздался звонок, и на моем интерфейсе появилось сообщение, поздравляющее меня с завершением квеста «Принцесса-невеста» с отличным результатом в один миллион очков. Затем сообщение исчезло и… все.
Я ждал целую минуту, но больше ничего не произошло.
Я присел на пляж и вздохнул.
Это был не первый мой визит на планету Флорин. Я уже трижды завершал этот квест с отличным результатом, каждый раз играя за другого персонажа — сначала за Уэстли, затем за Лютик, затем за Феззика. «Принцесса-невеста» была одним из самых любимых фильмов Киры Андервуд, и она помогла создать на его основе все интерактивные квесты ОАЗИСА. (Включая скандальный «Принц-жених» со сменой пола, в котором Лютик — отважная героиня, а Уэстли — девушка, попавшая в беду.) Я подумал, что решение одного из этих квестов с наивысшим баллом может дать ключ к разгадке Семи Осколков. Но каждый раз я приходил с пустыми руками. Сегодня была моя последняя попытка. Иниго был единственным игровым персонажем, и с ним было сложнее всего получить высший балл. Сейчас же, после почти дюжины попыток я наконец добился этого. И снова мои старания не обернулись успехом.