Музей разочарований

— Поздно, — сказал Эф. — И потом, я видел звездочки всего четыре секунды, так что это просто небольшое сотрясение мозга.
— Постой, что ты сказал? — спросила Одри.
— Просто сотрясение?
— Нет, до этого.
— Это была случайность, я всего лишь видел звездочки...
— Точно! — закричала Одри.
Мы вздрогнули.
— Пэн, твоя мама всё еще клеит золотые стикеры на работы, которые оценивает?
  
— Кажется, да...
— Неси сюда! — Одри взглянула на часы и нахмурилась. — Через пять минут я должна идти. Встретимся в ванной.
Она начала рыться в моем комоде, вытаскивая и отбрасывая в сторону одежду. Я взглянула на Эфа, чтобы убедиться, что он тоже ничего не понимает. Указывая на Одри, Эф покрутил пальцем у виска.
— Иди, иди, иди, Пэн! — поторопила она меня.
Я кинулась вниз в гостиную и по пути крикнула:
— Мам, я возьму кое-что из твоего стола?
Схватив пачку наклеек, я побежала наверх, где у дверей ванной меня уже ждала Одри. Она держала в руках черную футболку, черную короткую плиссированную юбку и темно-коричневые (почти черные) высокие сапоги. А еще пыталась как-то натянуть на себя куртку.
— Вот, что нужно делать, — произнесла она, забирая у меня наклейки и начиная клеить их на юбку.
— Ты не сможешь остаться подольше?
— Очень хотела бы, но уже пообещала Черисс, что мы поедем вместе. Но ты справишься.
Она чмокнула меня в щеку.
— Ты лучше всех, Вивьен, — сказала я ей.
— Нет, ты лучше, — ответила она.
Мы зацепились мизинцами, а потом, крикнув на ходу «Увидимся на вечеринке, Эф», она умчалась.
Через пятнадцать минут я вернулась в комнату. Эф сидел на моей кровати и рисовал в блокноте. С моего ракурса было видно, что он опять создает один из своих городских пейзажей с динозаврами.
— Эф? — позвала я, и он поднял голову.
Его глаза широко распахнулись.
Продолжив с того места, где остановилась Одри, я обклеила всю себя золотыми и серебряными наклейками-звездами: они были на сапогах, на щеке и в области сердца. Я была покрыта созвездиями, так же как Эф и мой потолок. На моем рукаве было три звезды — почти точная копия веснушек на переносице Эфа. Волосы я закрутила в безумные пучки с блестящими шпильками.
— Планетарий?
— Или Млечный путь. Или «Звездная ночь» Ван Гога. Бесчисленное множество вариантов.
Он одобрительно кивнул, закрыл блокнот и протянул мне руку.
  Жетон метро Нью-Йорка   
 Нью-Йорк, штат Нью-Йорк  
 Кат. № 201Х-8 
 Подарок Эфреима О’Коннора 
Мне бы наслаждаться поездкой в Вест Вилладж — коттеджный поселок, где жил Китс, — потому что я ехала на вечеринку к парню, который может стать любовью всей моей жизни. Несколько человек, не считая того, который в углу бормотал себе под нос что-то про свиные шкурки, уже сделали мне комплименты по поводу моего костюма. Эф был в хорошем настроении и всю дорогу болтал о комиксах и скейтбордах, а когда мы вышли на Уэст Фос стрит, он воскликнул:
— Что б меня! Ты только взгляни на луну!
Луна была огромной, яркой и — что невероятно! — идеально круглой, словно ею закрыли дыру в небе. Собравшиеся вокруг нас люди, в свитерах и ботинках, улыбались очень искренне и открыто, об ушедшем лете все как будто забыли.
Да, мне бы наслаждаться этой поездкой, но в голове творился полнейший хаос.
Блеск для губ неприятно покалывал, и я уже представляла, как они распухнут от аллергии, но такими же привлекательными, как у Анджелины Джоли, точно не станут. Сапоги внезапно стали весить целую тонну, словно я была толстой лошадкой, тяжело ступающей по тротуару.
По дороге отвалилось несколько звездочек, и хотя в другой ситуации я непременно обеспокоилась бы засорением окружающей среды, сейчас была слишком занята тем, что корила себя за выбор костюма. Так и вижу, как я появлюсь на вечеринке среди сексуальных вампирш, развратных Дороти Гейл и как минимум двух соблазнительных Ангелов Чарли.
Как назло еще и желудок никак не хотел усваивать ужин. Возможно, я направлялась на самое знаменательное мероприятие всей своей жизни, а от меня пахло едой из «Чипотла», которую мы с Эфом проглотили минут тридцать назад. Живот не переставал неприятно булькать.
До цели нас отделяет два дома, а внутри меня все застыло.
Эф обернулся и посмотрел на меня.
— Пойдем домой.
Он ждал.
Я прикусила губу, почувствовала на языке привкус железа и вытерла вспотевшие ладони о юбку. Отвалилось еще несколько звездочек, а в голове у меня пронеслись картинки того, как эти звезды в виде гигантской белой руки мчатся по вселенной и уничтожают целые галактики.
— Прости, что потащила тебя сюда и устроила весь этот бардак.
Он резко выдохнул.
— Ты хочешь пойти. Ты запала на Китса.
— Вовсе нет, — ответила я на автомате.
— А, так ты хотела пойти, потому что заядлая тусовщица?
Я вздохнула и потрясла головой, стараясь не встретиться с ним взглядом и не показать, что вот-вот разрыдаюсь. И не смогла.
— Боже, да тебе действительно нравится этот парень.
Я прикусила губу так сильно, что пошла кровь.
— Да.
Я ожидала, что он начнет шутить насчет того, что у меня наконец-то появится парень или рыгнет, или сделает еще что-нибудь ужасное, но вместо этого он кивнул и стал смотреть на меня так, словно впервые увидел.
— Ладно. Я хотел оставить это себе, но... — Эф вытащил из заднего кармана свой кошелек и, порывшись в нем, достал маленький блестящий металлический кругляшок с прорезью в центре.
— Старый жетон в метро?
Невероятно довольный собой он кивнул.
— Спасибо, наверное?
— Наверное?
— Точно?
— Пэн, я выиграл его в карты у Бородатой Леди на шоу уродов на Кони-Айленд. Он просто пропитан магией.
— Бородатая Леди? Да брось. — Я внимательно изучала жетон на своей ладони.
— Серьезно! Мы играли в покер, а Руфус, Глотатель мечей, и Серпентина уже сдались.
— Ты так этим горд.
— Мой блокнот ты уже рассекретила, а теперь, когда еще и увидела мои последние рисунки... — он поднял бровь, — понимаешь, что они стоят целое состояние.
— Так теперь ты готов об этом поговорить?
Он сделала вид, что не услышал.
— Слушай, Бородатая Леди положила на стол свой счастливый жетон — тот самый, что ты держишь в своих потных ручках. Оказывается, она все время выигрывала благодаря ему. И в этот раз тоже — она разнесла меня в пух и прах. Думал, нам с динозаврами крышка. Я был почти уверен, что она мухлюет. Да в ее бороде могла поместиться целая колода! Но обвинить ее в этом на глаза у Руфуса я не мог: на кону была ее честь. А я мог бы закончить вечер с клинком в горле.
— Глотатель мечей и Бородатая Леди — пара?
— Без ума друг от друга.
— Да ну...
— Да, и я, честно говоря, мог бы легко отправиться домой с Серпентиной. Ее намеки были более чем прозрачные. — Он высунул язык и пошевелил им, изображаю змею.
— Фу, как мерзко.
— Издержки статуса высокого сексуального красавчика. Короче, у неё стрит-флэш, она невероятно довольна собой, и я уже вижу, как её рука тянется к моему блокноту, как вдруг... БАМ! Я вскрываюсь, и у меня флэш-рояль.
— Ты же знаешь, я абсолютно не разбираюсь в этих карточных терминах.
— Бородатая Леди была в ярости, она не могла поверить, что я выиграл, особенно после всех её махинаций. Я схватил жетон, и в эту же секунду Руфус своим мечом проткнул стол насквозь в гребанном миллиметре от моей руки. Вся жизнь пронеслась перед глазами, как тогда, когда ты толкнула меня, и я упал со скейта, или когда ты пыталась сломать мне переносицу локтем, или когда сломала мне нос.
  
— Мне было десять!
— Но тут Серпентина подняла руки и сказала: «Правила есть правила. Ставки сделаны, а долги нужно отдавать». Черт, это было так сексуально. — Он мечтательно вздохнул. — Так что я сунул жетон в карман и свалил оттуда к чертовой матери. И теперь я дарю этот жетон тебе. Если уж Бородатая Леди охмурила Руфуса с его помощью, то я уверен, Пэн, там какая-то сильная магия.