Запад и Россия. История цивилизаций
Западом называют не столько регион, сколько тип культуры и строй мысли, парадигму сознания, стереотип жизненного пути. Западом невозможно назвать ни одну конкретную страну. Географически — это совокупность стран Западной, Центральной Европы и Северной Америки. Говоря о географических пределах западной цивилизации, английский историк А. Тойнби предлагает определить центральную точку «неподалеку от Меца в Лотарингии, в которой когда-то была столица австразийского государства — оплота империи Карла Великого, а в настоящее время находится главный форпост на границе между Францией и Германией. В направлении юго-запада, через Пиренеи, эта ось была продлена в 778 г. самим Карлом Великим; до устья Гвадалквивира она была проложена в XIII веке кастильскими завоеваниями» [100]. Лотарь, старший сын Карла Великого, выступил с претензией на владение Аахеном и Римом, двумя столицами, принадлежавшими деду. Так была обозначена «ось Запада;».
Запад исторически менял своих лидеров: маленькая Португалия с неустрашимыми моряками и поэтами; Испания, поделившая с Португалией земли, которые позже назовут Латинской Америкой. На смену лидировавшим в XVI в. испанцам и итальянцам пришли Нидерланды, победившие испанцев. За голландской революцией следует блестящий век Франции, перехватившей инициативу становления западного духа у иберийских соседей. Зона преобладания прометеевской культуры со временем смещалась от Средиземноморья — Италии и Испании на север — к Франции, Нидерландам, Англии, Северной Германии, Скандинавии. Выделению европейского Севера способствовал протестантизм. Прометеевская культура все больше вступала в конфликт с культурой Средиземноморья. Процесс шел хотя и медленно, но постоянно. Главное — наличие духа, духа преодоления и покорения природы, освоения неосвоенного мира. Это — суть Запада, который в течение последующих пяти веков был лидером мировой истории.
Многие черты западной парадигмы никогда не существовали комплексно, совместно в отдельно взятой западной стране. В Португалии Магеллана и Камоэнса не было капитализма, но она была первым носителем западного духа, новой психологической ментальной ориентации. Испания Веласкеса и Сервантеса не создала присущей Западу развитой политической системы, но дух Испании, бросивший миллионы людей на покорение пространств, на самоутверждение индивида, на реализацию его энергии, — сугубо западный. Несколько веков невиданный вулкан человеческой активности бился прежде всего в двух странах — Франции и Британии; их колоссальное соревнование породило эпицентр науки, культуры, внутренней дисциплины и творческого самоутверждения. Франция — страна Монтеня, Рабле и Декарта становится сильнейшим королевством Европы. Она посылает корабли и поселенцев в Индию и Квебек, в Карибское море и Левант. Французские офицеры командуют в турецкой армии. Французское влияние доминирует от Португалии до Польши. Французский язык становится языком дипломатии, французский двор — законодателем нравов и моды, французские философы — Бейль, Вольтер, Монтескье, Руссо, д'Аламбер — лидируют в европейской мысли. Но история переменчива, и Британия на континенте побеждает Францию в войне за австрийское наследство, а в войне за испанское наследство перехватывает у нее Индию и Канаду. Несмотря на потерю североамериканских колоний, Лондон между Семилетней войной и Седаном, где французы были разбиты во Франко-прусской войне, т. е. между 1761 и 1870 г., становится столицей Запада (с кратким наполеоновским взлетом Франции в начале XIX в). В 1800 г. территория Британской империи составила 1,5 млн кв. миль, а население — 20 млн человек. Столетие спустя Британская империя владеет 11 млн кв. миль, населенных около 400 млн человек. Творцами европейской цивилизации здесь стали Гоббс, Локк, Шефтсбери, Юм, Смит, а позднее — Бентам. Итак, Франция дала Западу и миру модель эффективного централизованного государства, веру в науку — энциклопедизм, само понятие цивилизации, основы политической теории и практики с кульминацией во Французской революции 1789 г. Англия открыла практику парламентаризма и распространила его повсюду на Западе, рационализировала бурю индустриальной революции; она быстрее других обратила материальное могущество во внешнюю сферу, колонизировав четверть Земли. Обе культуры никогда не испытывали муки подчинения другой культуре — факт, не всегда принимаемый во внимание исследователями. Именно это гордое самоутверждение породило великий национальный пафос, силу сплоченной элиты, мощь планомерного воздействия на мир.
В конце XIX в. в мировые лидеры выходят США и Германия, чей спор за лидерство был характерен и для XX в. Особое положение на Западе занимает Германия. Нет сомнения, что фаустовская модель мировидения была свойственна Германии еще в период феодальной раздробленности, но феодальные черты всегда отличали Германию от других стран Запада. В чрезвычайно широком спектре общественного сознания от романтиков XVIII в. до фашистов влиятельными были почвенные, антизападные идеи; преобладала критика Запада — коррумпированного, «поклоняющегося золотому тельцу», лишенного черт рыцарственной самоотверженности. Томас Манн даже во время Первой мировой войны категорически отрицал причастность Германии к Западу. Германия вступила в эту войну как раз с идеями «остального» мира — с тем, чтобы ответить Западу, изменить сложившийся на Западе статус-кво. Однако германскому обществу были близки идеи модернизации, спонтанного объединения, сочетания ответственности индивида с безукоризненной дисциплиной. На этой основе после Второй мировой войны Германия преодолела двойственное отношение к Западу, погасила романтически-почвенное начало и, сформировав западную политико-психологическую идентичность, стала интегральной частью Запада.
Лидер промышленной революции
Промышленная революция — использование пара, развитие металлургии, строительство кораблей, производство тканей, научных приборов, военной техники — произвела такие изменения в мировом товарообороте, что вплоть до настоящего времени не приходится говорить об экономической взаимозависимости Запада и остального мира. Начиная с XVIII в. незападный мир больше зависит от Запада, чем Запад от остального мира. Постепенно незападный мир стал признавать свое поражение перед союзом непоколебимой воли, разума, науки, промышленности, которые демонстрировал Запад. «Мы и они» — так можно охарактеризовать позицию энциклопедистов века Просвещения, впервые противопоставивших Европу остальному миру, анализируя неевропейский душевный и психологический склад американских индейцев, индусов и китайцев, персов и турок, русских и японцев как антитезу некой норме. Впервые в европейской истории с такой жесткостью обозначилось (как нормальное и ненормальное) различие в мировосприятии основных понятий и процессов европейскими и неевропейскими народами. В Версале и Букингемском дворце с неодолимой самоуверенностью делили между собой Северную Америку и Южную Азию. Век Просвещения стремился к «общечеловеческому» идеалу, но усугубил различия между Западом и не-Западом. Разумеется, Запад представляет собой очень пестрый калейдоскоп стран, но различие между ними меньше, чем отличие Запада от не-Запада, что и позволяет употреблять этот термин.
Характерно, что именно в России Запад был впервые обозначен и назван «Западом» в широком современном значении этого термина. На самом Западе критическая замена понятия «свободный мир» географическим понятием «Запад» решительным образом (даже в массовом сознании) произошла после 1988 г. Подсчитано, что в 1988 г. газета «Нью-Йорк Таймс» употребила термин «Запад» 46 раз, а в 1993 г. — 144 раза; «Вашингтон Пост» соответственно в 1988 г. 36 раз, а в 1993 — 87 раз.
Став «Западом», западноевропейский (точнее, атлантический) регион колоссально ускорил темпы развития. Некоторые авторы полагают, что это ускорение поддается измерению и может быть оценено как трехкратное [100]. Подобные темпы присущи переходу Запада в фазу индустриального капиталистического развития. Появление ткацких станков, доменных печей, паровой машины, использование угля, а затем электричества в промышленности, изобретение двигателя внутреннего сгорания, производство автомобилей и развитие авиации характеризуют этапы индустриализации, изменившей в короткий срок облик мира.