По пути (СИ)

— Все, прекратии, я не могу это представить, — закрыла уши ладонями.
— Добро пожаловать в реальность, детка, — сел на табуретку, широко расставив ноги. Практически не видя ничего в сумраке, размашисто начеркал на листе свой номер и попросил не вбивать в новый телефон. — Если будет совсем пиз**ц — звони, попробую помочь, но если в полицию обратишься, меня могут запалить, имей это в виду, никаких личных разговоров, только при встрече. Встал, положил записку перед Ясей. В темноте она выглядела неестественно белой. Как на яву увидела, словно этот мужик и вправду пытается запихнуть ее длинные ноги в багажник, а они то и дело вываливаются обратно.
— Тормоз ты, Ярослава, все, я погнал.
— Нет уж, Илья, я одна не останусь, я же сказала, — резко вскочила и перегородила ему путь через кухню. Маленькая, но очень стойкая, практически железобетонная стена из худеньких плечиков и выпирающих ребер.
— Ты в своем уме? Куда я тебя возьму? С собой на дно, как ты выражаешься? — аккуратно обхватил под ребра и поднял. Яся ощутила, как ноги отрываются от пола. Вцепилась в его плечи кулаками сжимая ткань. Стиснул скулы, раздражаясь от ее неоправданного упрямства. Оттеснил торсом в угол, практически вжимая в холодильник.
— Мне страшно, а если он меня сначала в багажник запихнет, а потом уже разбираться будет. Ты же всегда выходишь сухим из воды, возьми меня с собой! — упёрлась руками в мужскую грудь.
— Ты совсем головой тронулась? Я все это заварил — я угонщик, я плохой мальчик, ау! Со мной точно небезопасно! — помахал ладонью в темноте. Яся увидела лишь мелькание светлого пятна.
— Я знаю, какой ты, а вот ты себя совсем не знаешь, — упрямо выдохнула и ощутила рядом запах мужской кожи. Поймала пальцами его скулы, провела носом по щетине, жадно вдохнула, почти беззастенчиво касаясь губами впадины под нижней губой.
— Это запрещённый прием, — понизил голос, поскольку возбуждение разлилось бархатом по всему горлу, спускаясь ниже.
— Я прошу… возьми меня с собой, а там что — нибудь придумаем, мама вернётся, я не буду одна. Обещаю, я отстану от тебя, как только все прояснится.
— Ты совсем отбитая, ведь пропадешь… - произнес искренне, касаясь пальцами теплой кожи на ее подбородке. Устоять было невозможно.
— Не пропаду, ты ведь не дашь, — отрицательно помотала головой и затаила дыхание. Секунда до поцелуя показалась ужасно долгой и изнуряюще невыносимой. Когда их губы, наконец, встретились, Яся ощутила вожделенный вкус страсти, который каждый раз дразнил, заставляя вновь и вновь приоткрывать губы ему навстречу. Обеими кулаками схватила за футболку на его груди, сжала и притянула к себе так сильно, словно больше не будет такой минуты.
* * *
- Спи, хватит ворочаться, все бока мне отбила, — проворчал, не отрывая носа от подушки. Серый туман за окном укутывал темным пледом, предлагая снова закрыть глаза.
— Я не могу, мне так хорошо, — вальяжно протянула и закинула ногу сверху, прижимая одеяло к паху Ильи.
— Слушай, а ты точно без опыта или че ушивала? — откинул рукой ее сексуальную конечность и трудом сдержался, чтобы снова не закинуть ее ноги себе на плечи.
— Очень смешно! Хватит дрыхнуть, здесь так красиво! Пойдем погуляем, дождь утих.
— Ну я же, сказал, мы отсиживаемся, а не выгуливаемся. И с какого хрена ты так полюбила лес? Ты вообще звонила этой своей музыкантше?
— Нет ещё. попозже, вечером, — нехотя перевернулась на бок и подложила ладонь под щеку. — Здесь так тихо и спокойно, просто волшебно, этот прудик с мостиком, а какие там горки рядом с дорогой! Все хотела спросить, где ты нашел это место, этот дом, он твой?
— Нет, подогнал один чувак на время.
— Который Лисом тебя называл? — обернулась и склонила голову над парнем. Лицом к лицу. Он приоткрыл один глаз и с трудом сфокусировался на ее пытливых кофейных радужках.
— Опять уши грела? — высунул руку из — под одеяла и ткнул пальцем под ребро.
— Ну прости. Так почему именно Лис?
— Потому что кликуху такую дали давно, я по малолетке первую тачку угнал у мужика с птицефабрики. Прямо с ангара. На слабо.
 
— Прикол, — подперла подбородок кулаком и устроилась поудобнее на его груди, чтобы слушать.
— Думаешь я тебе все рассказывать буду? А ты меня потом сольешь по всем эпизодам, как по нотам, да? — недовольно оборвал беседу.
— Прекрати. Ты мне не доверяешь? — возмутилась, приподнявшись. Я никогда не скажу никому.
— Никогда не говори никогда, а то судьба любит проверять нас на верность своему слову. Я это уже проходил и не раз.
— Хорошо, и это он тебя сюда пустил? Шикарный же дом, и полный холодильник еды. Он кто?
— А ты думала в моём мире все крысы? — снова открыл оба глаза, в мягкой синеве которых блестела капля серой стали.
— Нет, ну как — то странно, ты же мне говорил, что нет друзей у тебя, что ты сам по себе.
— Это не друзья — это другое. Взаимовыручка, братство.
— И что это сильнее дружбы, типа никогда не передавать друг друга и так далее?
— Нет, где ты эту муть берешь? И у нас предают, и крысы бывают, но обычно принято говорить напрямую, можешь помочь или нет. Некоторые даже предупреждают, что могут слить инфу, если их прижмут. Вот сейчас могут помочь, а завтра неизвестно, поэтому я никогда ничего не загадываю.
— Интересно, я это все не так себе представляла. Ты же сказал, что давно живешь на дне..
— А ты думаешь дно- это физически обшарпанная квартира и шприцы на полу? По финансам мы живём получше некоторых, сама понимаешь, какое бабло здесь крутится. Просто внутри более жёсткие правила и пидоров нет, они сразу сливаются. Мне проще жить среди явных волков, чем среди переодетых гиен в овечьей шкуре.
— А тебя ловили хоть раз? — блеск карих глаз усилился.
— Я на допросе что ли?
— Ну нет, интересно, — пытаясь скрыть за улыбкой свое смущение.
— Это мне интересно, когда ты дашь мне поспать.
— Илья, ну смотри, какой дождь сильный прошел, сейчас на улице, наверное, так ароматно все, на веранду пойдем, а? Может мангал разжечь?
Перестал бороться со сном, уловив восторженные нотки в голосе Ярославы. Радовался в тайне, что девчонка значительно отошла за неделю на воздухе. Ушли синяки под глазами, появились щёчки и округлилась фигурка.
"Ещё бы, зря что ли с блинами возились".
Улыбнулся, вспомнив, как девушка училась печь, с трудом усваивая элементарные вещи. Три блина уронила на тапки, один на столешницу, после этого Лис разрешил ей не подкидывать, а просто переворачивать лопаткой. Оскорбилась и сделала, со злости, но так качественно, что ему пришлось склонить голову и поаплодировать стоя. Ещё два дня она на радостях утром пекла блины, а ему сложно было признаться, что они уже поперек горла стоят. Втихую выкидывал за окно. Благо там постоянно голодные бездомыши.
" Яська. Как она вообще влезла ко мне за шиворот? Так близко подобралась, под дурочку, а сама уже грудную клетку вскрыла и сердце держит в руках". - снова погружаясь в сон, подумал вполубреду.
Девушка сдалась. Она тихо выскользнула из — под одеяла и на цыпочках подошла к окну. Оно было огромным, панорамным, с начисто отполированными стеклами. В некоторых местах на нем все ещё висели крохотные бисеринки воды, не успевшие встретиться с ветром. Выглянула вниз. Там, на витиеватых дорожках, вымощенных серым камнем, виднелись глянцевые лужи. Как же здесь было душевно и тихо — рядом с Ильёй. Так случилось, что вот уже семь дней они не расставались и за это время стали ещё ближе друг другу. Яся узнала, как Лис попал в этот грязный бизнес. Оказывается, он с юности интересовался машинами, неплохо в них разбирался на любительском уровне. Потом бывший выпускник детского дома позвал работать его в сервис к одному мужику. Вместе с опытом Лис получил и другое, более заманчивое предложение. Так и пошло — поехало. Ясное дело, в какой — то момент " параллельно" работать стало очень опасно и, конечно, он выбрал второй путь, с которым по чистой случайности пересеклась Яся.