Не курсант (СИ)

— Ох! Чувствую ушлый фраер, подгонит нам то что надо!
— Тише! Расшумелись, услышат же. Читай дальше.
— А дальше стихи.
— Ну все девка, как есть будешь дура если не ответишь.
— А может мы вместо нее напишем?
— Цыц. Погодим пока. Что там за стихи?
 
 
 
В городском саду падал снег.
 
Я по снегу к тебе иду.
 
Как под музыку падал снег,
 
В городском саду.
 
Как под музыку падал снег,
 
В городском саду.
 
Снег шел тогда густой,
 
Вечер смотрел в окно.
 
Помнишь? А мы с тобой
 
Говорили и пили вино.
 
Снегом все замело
 
И закружило судьбу.
 
Мне без тебя тяжело.
 
Я без тебя не могу.
 
 
 
— Так это песня Круга!
— А ну он дальше и пишет, что не его.
 
Не знаю, что еще сказать, как прощения просить. Вот спел бы песню тебе как в тот раз, да не услышишь, поэтому пишу отрывок. В общем скажешь если передумаешь, приеду как смогу. Я сам почти в Москве, недалеко часа четыре если педаль в пол. На счет, тюремный твой, закинул пятерку. В дачке тоже будет воздух, ну и все как положено. Пиши если что надо особо, а так все равно привезу еще, если и не ответишь.
 
— Капец, девки я сейчас зареву.
— А где таких выдают, а Санька?
— Можно мне, двух?
— Да хоть бы и одного и на двоих.
Зашел кум из оперчасти и принес коробку.
— В чем секрет?
— Какой?
— Дачки. Я уж все равно согласился и принес. Расскажите потом, а то не понял и так вертел, и сяк даже на вкус попробовал, настоящее молоко. Но зачем? Ну, договоримся может расскажите? Или это отвлекающий маневр, а водяра в ином месте?
Ответом понятно были сказки о необходимости молока в связи с острым и хроническим неведомым заболеванием. Оперок конечно понимал, что врут, но в чем секрет бутылки, нет. К тому же за пронос то получил поди. Поклянчил секрет и ушел.
— Кто чего понимает?
— Тут нажать надо и снять, внутри другая емкость прозрачная, меньше, но зато со спиртом.
— Во дает! И бутылку заныкал и спирт додумался. Спиртного же больше выйдет если спирт чистый. Дурак бы водяру залил. Красиво сделано, если не знаешь, то и не поймешь.
— Даже если догадываешься не поймешь куда нажимать. Руки далеко не крюки делали. Тару не выкидывать, это же просто находка.
— Не ну хотя если молоко отпить слишком много то видно будет.
* * *
Дешевле было взятку дать да так спирт занести, чем эту бутылку на заказ делать. Но я же не знал, что с молодым опером, так быстро общий язык найду. Ясное дело он понимает, что где-то обман, но не догадался как вскрыть. Понимает, что подвох, но в чем? Все равно не отказал, занес. Объяснил ему потом в чем дело.
— В Москву часто гоняю, у меня там как раз мать живет, а я тут служу. — уплетая шашлык рассказывал он. — Вот выйду на пенсию перееду совсем в Москву. В общем свои люди не помешают. Если будут неприятности на дороге наберу, а? Есть мобила?
— Вопросов нет набирай. На вот тебе.
— Это чего?
— Визитку себе сделал, как большой-большой начальник, — хмыкаю я. — Только на службе я в основном без телефона или на беззвучке. Сообщения смотрю потом. Так что как уж выйдет.
— Запрещают что ли?
— Типа того.
— Может выпьем?
— Не могу, я же за рулем.
— Так тебя-то, кто остановит?
— Так авария и смерть может остановить любого. Я пьяным не езжу, на работе знаешь сколько уже успел насмотреться, а работаю-то всего ничего.
— Блин классный парень ты Мансур, я приеду как-нибудь на выходных, или в отпуск может тогда бухнем?
— Вот это легко. Еще так бухнем, что потом все ИТК будет легенды слагать, о том, как ты в Москву на «выхи» гонял. У меня друзья вот такие есть! — показал я большой палец. — Будут и телки, и ресторан, и сауна, если хочешь.
 
— Все, ловлю на слове. — откусывал шашлык опер. — Возьму отпуск блин, надоело все.
— Да не вопрос, Витек, приезжай звони. Присмотришь да, за моей?
— Чудны дела твои господи. — покачал тот головой, комментируя мой интерес. — Присмотрю. Но у ней и так нормально все, не обижают.
— Если вдруг она все же надумает разговаривать, ты сообщение отпиши мне.
* * *
— Двести сороковой прием, вызывает ромашка.
— На связи промокашка, то есть ромашка. — шутит Королев.
Он серьезно не пострадал, пара ушибов и синяков, даже больничный не взял.
— Отставить шуточки двести сороковой! Авария на сороковом километре, фура в кювейт, давайте быстрее возможно пострадавшие.
Я прыгаю за руль служебной тачки.
— Манс, ты обнаглел?
— Ну а что? Я тоже хочу порулить!
— Ладно. — нехотя соглашается Король. Впрочем через некоторое время уже начинает волноваться — Куда гонишь так?
— Спецсигналы же.
— Ага, а если кто слепой? И глухой? Заденет тебя на перекрестке легонько, а ты на такой скорости так вилять пойдешь, что костей не соберут. Притормози давай!
— Да ладно-ладно.
— Хрен больше за руль сядешь.
Подъехали, и впрямь фура на боку в кювете, водила уже почти вылез. Подбежали помогли, слезть с крыши. Мужик немного в крови, поцарапан скорее всего осколками.
— Чито-дрито, чито маргарито… — доносится из магнитолы радио ретро.
— Хе-хе…
— Заснул что ли, геноцвале?
— Какое там! Эти гонщики выскочили, одна машина раньше по своей полосе, а вторая бешенная вылетела на встречку прямо мне в лоб, я инстинктивно руль отвернул в сторону и в кювет. Суки, надо было бить их в лоб!
— А она? Ну машина?
— А ее только краем зацепило.
— И где?
— Или уехала или на ту сторону завалилась.
— Черт!
Я побежал смотреть ту сторону дороги. Вдалеке и впрямь какая-то крутая машина, съехавшая в кювет, но чудом не перевернувшаяся. Повезло дальнобою, а то не поверили бы.
— Хренасе, еще и подушка безопасности есть. — подбежав удивился я.
— Вы как там? — адресовал я гонщику и девушке на пассажирском сидении.
Сработали подушки спереди и сбоку, но не со стороны пассажира, девушку приложило все же. А парень видимо затылком приложился, когда отбросило уже от подушки.
— Мать твою. — зашевелился водитель.
— Так один жив.
Обошел машину, открыл дверь, проверить пульс.
— Руки убери! — очнулась пассажир.
— О! Тоже живая, отличненько! — без трупиков как говорит один из экспертов что приезжал и сыпал уменьшительно-ласкательными в прошлый раз, чем и запомнился нам навсегда.
— Ножки оторвало. — заявил он тогда, с видом ребенка из детсада.
Никогда блин не забуду, этого придурка.
— Ало пап! Это я, я в аварию попал.
Ну вот водила уже звонит папочке. Еще бы, ему лет двадцать плюс или минус, тачка нереально крутая, гонял похоже наперегонки с таким же мажором. Олигарх поди какой, папашка-то.
— Манс! Чего там? — кричит напарник с дороги.
— Живые! — кричу я в ответ.
— Старший кто? — вышел из машины водила с трубкой.
— Сиди спокойно. — советую я. — Нафиг мне не уперся твой собеседник.
— Возьми трубку!
Пацан выглядел неадекватным, проще взять, чем начинать с ним еще драку. Не могу же я бить всех подряд вообще.
— Але, бля! — нарочито невежливо и зло беру я трубу.
— С кем я разговариваю?
— А зависит от того, что там за «хуй» это спрашивает?
— Начальник УВД ЮВАО Прошкин. Ты старший наряда? Представься?
— Нет, не я, кхм, сержант Артаньянов инспектор ГИБДД. сейчас схожу трубку дам старшему. На! — сунул я трубу Королеву. — Лучше бы блин отбой нажал.