Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

— К бою!
Мы парами рассыпались к углам. И тут заработали рации.
Щелк, щелк.
— Эй! Придурки! Давайте без глупостей, вы у меня на прицеле! — по-английски прозвучал в наушниках группы незнакомый хриплый голос.
Гоблин пальцами показал Кастету намерение уйти за деревья. Лунев показал на меня.
— Вы меня слышите? Прием.
— Я слышу вас, — наконец отозвался я, приходя в себя. — С кем имею дело?
  
Бах! И опять звук рвущегося металла! Да эта падла всю технику перебьет!
Откуда он стреляет!
— Дело? Никаких дел, есть только условия.
— Назови себя, стрелок.
— Мое имя Поль Бокюз. Я хозяин этой земли, здесь моя власть, и здесь мой Большой Бункер.
Гоблин тихо присвистнул.
— Свой путь… выбор идиота, — зло прищурился Кастет. — Всю жизнь, видать, мечтал о постапокалипсисе.
Ну, вот мы и встретились с пропавшей группой непоседливых французов с итальянцами, что ушли в поисках лучшей доли к плато и «какой-нибудь дороге». Ненадолго же их хватило в трудном деле поиска цивилизации… Такого поворота событий я предположить не мог. Большой Бункер, надо же! Ну, ты и козел!
Костя изобразил руками прицел, после чего пренебрежительно покачал головой: врет, сволочь, сейчас он нас не видит. А вот технику группы видит отлично и стреляет по ней. Я показал рукой влево, и сталкеры ушли от стен, растворившись в зелени.
Разглядывая местность, я пытался поставить себя на место князька-выживальщика, явно имевшего сейчас вполне определенные задачи и намерения. Он наверняка предусмотрителен и расчетлив, такой человек должен выбрать позицию, которая позволила ему занять господствующее положение и одновременно дает надежное укрытие.
— «Кастет», надо увидеть вышку. Дальше всем — второй канал.
— Принял.
— На каком языке вы, черт возьми, там говорите? Вы кто такие?
— Мы русские, Поль. Спецназ Русского Союза. Резиденты Колонии Форт-Росс на Амазонке. Меня зовут Федор Потапов, я начальник экспедиции и комендант Колонии. Мы про вас знаем. Искали, хотели помочь.
True survival man медлил с ответом. Напряженно думая, я оценивал наши шансы. Есть шансы, и неплохие.
— Знаете? Хм, что вы про меня можете знать… Признаюсь, удивлен, Русский Союз — это главная новость этих мест. Помогать же мне не надо, это меня, знаете ли, обижает.
А еще он должен иметь дорожку отхода, то есть возможность быстро и скрытно отступить к запасному убежищу. И тут вышка — не лучший вариант.
Щелк.
— Командир, как ему оттуда свалить-то? Тут что-то не так.
В самом деле, не на дельтаплане же он оттуда уйдет. Впрочем…
— Хватит пустых разговоров, слушайте меня внимательно, русские! Я уже уничтожил ваш багги, эта рухлядь больше никуда не поедет. Вижу, вы уже оживили джип, успешно выполнив урок. Сам я этого сделать не мог, по очевидным причинам. Теперь выполняете следующий… Садитесь в свою грузовую развалюху и убираетесь отсюда ко всем чертям. Перед этим кладете на землю две единицы оружия, я увижу. Обещаю, уйдете спокойно и без крови. Вы меня поняли, мистер, как вас там, Потапов?
— Врет, не выпустит, — предупредил Лунев. — Провоцируй на выстрел, Гоблин уже смотрит.
Я и сам знаю, что не выпустит, как не выпускал никого из визитеров. Кому-то удалось удрать, но потери были всегда. Остальные полегли тут. Сучье отродье! Да у него на этом самом выживании планку срезало. Бункерист, блямба, Князь Тьмы!
Щелк.
— «Тунгус», вышку вижу хорошо, позиция годная, — определился Сомов.
Давай попробуем.
— А если мы не подчинимся? — спросил я у француза.
Можно представить, какую он тут сотворил общину из тех доверчивых людей, что последовали за ним в неизвестность. Бокюз действительно демонстративно готов к крутому, такой может наломать дров. И наверняка уже наломал. Тихо, Федя, тихо, злость сейчас только помешает.
— Вот теперь разговор по существу! Тогда я разобью всю оставшуюся технику, а потом мы уничтожим вас всех, — просто ответил Бокюз, буднично подчеркивая сложившуюся практику. Похоже, ему сами переговоры доставляют немалое наслаждение. — Потому что на этой земле каждый вошедший должен заплатить мне за выход! Каждый!
Это прозвучало лозунгом. Декларируемым способом жизни.
— Мы подумаем пару минут.
— Подумайте, а я вам помогу.
Бон! На этот раз металлический звук попадания заставил мое сердце болезненно сжаться. Мой мотоцикл!
— «Тунгус», выстрел с вышки, работаю.
— Прикрываем!
Мы с Костей вскинули стволы. Только высунься!
Бум! Крупнокалиберная пуля «Удара» прошла через стальную плиту как сквозь масло.
Бум! Бум!
Кастет профилактически полил вышку очередью из ПКМ.
Щелк.
И вдруг в эфире раздался совсем другой голос!
— Синьоры, больше не стреляйте! Я на вышке! Поль, не валяй дурака, хватит! Не стреляйте! Я не француз, я колумбиец и хочу вернуться домой! Я покажусь. Не стреляйте, прошу вас…
На площадке появилась фигура, держащая винтовку над головой.
Бах! Колумбиец схватился рукой за грудь, выпустил винтовку, перевалился через край и полетел вниз. А я успел засечь позицию альфа-выживальщика.
— Всем! Стрелок в развалинах за рекой! Меняем позиции!
Первым отреагировал Кастет. Он быстро перебежал к краю ангара, лег на землю, устанавливая ПКМ на сошки, и с ходу начал скупыми очередями обстреливать новую мишень. Почти сразу к напарнику присоединился Гоблин, редкими мощными выстрелами разбивая камни бывшей цитадели.
Щелк.
— Вы думаете, что обхитрили старину Поля? Я вам шагу не дам сделать, лучше убирайтесь вон!
Наступила тишина, сталкеры в прицелы высматривали развалины.
— Триста двадцать метров, — сообщила Zicke, опуская лазерный дальномер.
— А что толку, — посетовал я. — Как его оттуда выкуривать?
Пыхтя и матерясь, подбежал Гоблин:
— Ну че! Наши действия? Видали, каков марамой! Стреляет хорошо, черт, просто наотшиб. Тренировался, падла гумозная.
— Пока не знаю, — признался я.
Не штурмовать же бывший форт через мост, в лоб! Положит всех. Тут бронетехника не помешала бы. Кастет вздохнул, кхекнул, посмотрел на меня, явно что-то решая.
— Беру удар на себя. Федя… Короче, мы того, без твоего разрешения миномет взяли. Вот так. Ну, думали, думали… Не лишнее ведь, че форту сделается, с «эрликом» наверху.
— Сколько мин? — быстро спросил я.
— Сколько было, восемь штук, — развел руками комсталк.
— Костя, я тебя восемь раз поцелую! — обрадовалась Ленни, наблюдавшая за развалинами.
Бум! Бум!
— Отлично, Гоб! Он только начал высовываться.
Позицию мы нашли быстро: за большим камнем возле тропы к реке.
Щелк.
— Поль, ты слышишь меня? Говорит Потапов. Ты крыса, Поль, а крысе всегда дают последний шанс, никто не хочет пачкать руки ее дерьмом. Бросай ствол перед камнями и выходи. Две минуты! После этого начнет работать миномет, и ты умрешь.
— Ты блефуешь, русский!
Знаете, даже легче стало. На хрен мне такой пленный.
— Надоел ты. AMF! [112] Прощай, мозгогреб, ты уже на том свете, OUT.
Если бы стрелял я, то боезапаса не хватило бы. Но у сталкеров уже имелся опыт, и дело пошло споро. Не успел выживальщик охренеть от разрыва первой мины, упавшей с небольшим перелетом, как грохнул второй, а потом и третий. Взметнулись пылевые столбы, осколки камня и куски травы. Все это время Ленни добавляла перчику из ПКМ, а я стоял поодаль с «маузером», внимательно наблюдая за результатами работы красноармейцев-минометчиков.
Только после шестого взрыва, накрывшего позицию в самое темечко, Поль Бокюз решился, резво перепрыгнул через камни и, петляя, побежал по полю к зданиям поселка. Если бы он знал, как я стреляю на такой дистанции и насколько хорошо пристрелян «товарищ Маузер»…
  
— Сам.
Бах! Фигурка от удара пули подалась вперед, словно ускоряясь, и упала плашмя.
Вот и все, съежился Князь Тьмы, не выжил выживалец.