Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

С двух сторон на нас голодными глазами смотрели собачьи стаи.
Вожак правой, той, что побольше, стоял вполоборота к машинам, готовый в любой момент скрыться за телами товарищей. Хорош гангстер! Голова широкая, массивная, на лбу шрам, морда черная. Умная тварь, наверняка у стаи под его командованием уже был опыт охоты на людей — хоть один раз, да получилось. Левая банда, та, что поменьше, сбилась тесной кучей, вперед никто не выбегал. Не размышляя, мы с Костей поступили как настоящие опытные храбрецы — моментально предали своих железных друзей и в мгновение ока влетели в кузов «трахомы».
  
— И кто тут убеждал, что они не могут договориться, а?! — почти обрадованно прошипел в мою сторону Кастет, целясь автоматом в главаря.
— Эти договорились… Или не договорились: думают, кому мы достанемся. Скоро увидим, — на удивление спокойно ответил я, взвешивая револьверное чудовище Юры Вотякова.
А чего особо бояться? Мы сгруппировались, собак не больше полусотни в сумме. Ветерок вдруг стих, и влажное тепло с долины навалилась на нас с такой силой, что стало трудно дышать. Ворчание собачьей кодлы перерастало в громкое рычание, вначале глухое, но постепенно оно становилось все выше и злее, псы старательно заводили себя перед кровавым боем. Тоже нервничают. И не договорились они, вот что, — у каждой стаи по два противника. Собаки в основном крепкие, рослые. Все — дворняги, чистоты ни в одной не вижу.
— Решение, командир.
— Рок-н-ролл!
Мы их опередили!
Клыкастые банды не успели броситься на нас первыми и сомкнуть смертельный капкан — вожаки прозевали момент, виной чему было именно наличие двух группировок.
Три автомата начали смертную работу одновременно — площадь мгновенно заполнил многократно отраженный древними каменными стенами грохот длинных очередей, причем американский пистолет-пулемет (как я не люблю этот дурацкий термин!) Ленни, скорострельный и с емким магазином, в данной ситуации выявил свое безоговорочное преимущество перед родными «калашами».
Правая стая работала грамотней конкурентов, две группы собак выскочили с флангов, стараясь пойти в обхват, отвлечь внимание стрелков. Двигались звери быстро, скачками, целиться непросто. Левые же поперли в лоб и были наказаны первыми — очереди выкашивали их быстро и качественно.
Некоторые псы все-таки умудрились подбежать ближе, и тут уже сказалась огневая мощь «страйкера». Восьмимиллиметровая картечь патрона 12-го калибра — это жесть: считай, что обойма «Макарова», выпущенная единомоментно. Бахнули два выстрела из «стимпанка» Лунева: к нему тоже близко подошли. И несколько одиночных выстрелов на коду. Крым в дыму!
Уши-то заложило как!
На разгром неприятеля понадобилось не больше минуты. Псы правой стаи, что обходили нас с флангов, пострадали меньше всего, парочка улепетывала. Когда грохот стих, я увидел впереди всего одного уцелевшего пса, стоящего вдалеке, — это был тот самый вожак. Зверь внимательно посмотрел на нас, как бы запоминая лица на будущее, и, не дожидаясь, когда я вскину к плечу «маузер», скрылся за углом. Перспективная банда, она себя еще покажет. Оклемается, наберет новых, толковый вождь — в этом деле главное.
— Хорошо бы парочку щеночков добыть, — как-то не ко времени сказала сильфида, с улыбкой меняя магазин… Даже сходя в могилу, я не наберусь смелости заявить, что познал женщину во всех тонкостях ее природы.
— Прямо сейчас пойдем добывать? — съязвил Костя.
— Ты бессердечный человек!
Ленни права, тема интересная. Собачки-то одичавшие, но в основе — все тот же домашний бобик. Набрать щенят — и будет крепкое подспорье в охране анклава: генетика у них отличная, выжили молодые да сильные.
— А что, им тут самая малина, — беззлобно сказал Гоблин, сноровисто набивая магазины. — Река в долину не идет, значит, рядом водопой, стада подходят совсем близко. Прячутся за стенами, а потом в рейд, сразу отсекают парочку и валят. А в городе сухо, есть где схорониться, где щенят выводить. Свято место пусто не бывает.
Кстати, о стадах. Если освоить здесь добычу свежего мяса в промышленных объемах… Широченная полоса саванны уходит за горизонт, стад тут немерено. Часть животных, огибая Мертвый Город, попадает в нашу долину — и результат охот впечатляет. А уж тут!
Главное — сюда есть дорога, даром что грунтовая. Дорога, по которой продвигаются цивилизация и прогресс, может быть какой угодно. Она не зависит, по большому счету, от характеристик грунта, времени года и климата. Важно, что она есть, а у смелых и умелых всегда найдется на чем по ней ехать. Даже дрянная дорога между двумя селами прорывает своей глинистой колеей мембрану пределов обыденного быта, являясь для местных Большой Тропой. Она уничтожает островную психологию, превращая ее в память о глупой фобии, боязни всего привносимого. А потом Тропа идет дальше, становясь тем путем, который мы прокладываем для планомерного и долговременного развития территории. И всегда кто-то идет по ней первым.
Сверху не было видно, а сейчас не время разглядывать снимки… может оказаться так, что от города тоже идет дорога, к морю. А там уютная скрытая бухта и каменный причал. Ну и что, что мы не заметили, проплывая мимо, — это еще ни о чем не говорит, береговая линия — штука хитрая, порой с сотни метров не заметишь доброго укрытия.
Освоим здешние места — получим аналог Заречья, благодаря которому Россия с самого начала не знала проблем с белковой пищей. Грузовик, бригады охотников — сюда ехать-то всего ничего, если разобраться!
И тут меня стукнуло в голову. Да этот город вообще нужно занимать!
Вычищать всех, несогласных жить по уставу, исследовать все до последнего камешка, заселять и пользоваться! Жилья-то сколько… Южный Форт заселили, а это одна холера, стилистика узнаваемая.
И назвать его Новоамазонск. Или Южносибирск.
А местность — Южная Сибирь, пусть все будет окончательно по-новому.
— О чем так замечтался, командир? — Простой русский сталкер Лунев улыбнулся, легко тряхнул выгоревшими волосами и тронул рукой ручку газа.
Я очнулся, мутным взором посмотрел на ребят, потом на усеянную собачьими трупами площадь. Замечтался. Да, далековато пока до воплощения мечт.
— Валим.
По длинной улице-дороге, протянувшейся через пустыри и районы застройки Мертвого Города, мы ехали почти без остановок, имея ориентиром одинокую ажурную вышку. А где локалки, кстати, мы же с Кастетом видели их с наблюдательной площадки?! Нет, Федя, тут не шланганешь, придется шмонать по-крупному, рубленые здания вполне могут прятаться в глубине дворов, разве их заметишь, торопливо проезжая по улице.
Мимо пролетали почти одинаковые дома и дворы, пустыри и развалины — плевать на них, завтра будем знакомиться, если позволят. Сейчас схрон нужен.
В наушниках щелкали сообщения Ленни, смотревшей в тепловизор:
— Чисто по сторонам… чисто впереди.
Наступала темнота, видно уже хреновенько, не до экскурсий, скоро все хищное кубло выйдет из дневной спячки и отправится на охоту.
Но один раз все же пришлось остановиться надолго.
— Стоп, на десять вижу объект! — крикнул Лунев, шедший первым.
Колонна встала. Гоблин даже вышел из машины.
— Ни хрена себе, — прошептал он как громом пораженный.
Я вообще не находил слов.
И вряд ли удивился бы больше от встречи с живым мамонтом или динозавром, даже здесь. Слева меж домов на каменной площадке стояла ферма. Стальная решетчатая арочная ферма моста через реку. Только вот реки поблизости не видно. Клади такую по берегам на бетонные опоры — получишь готовый однопролетный мост, качественный, надежный. Длина метров двадцать пять, с ходу трудно определить в сумерках.
  
— И что нам с этим делать? — спросила у всех Zicke.
Кто тебе ответит, девочка? Материализованная издевка Писателей реально впечатляла. Когда я дам в метрополию РДО об этой удивительной находке, там у многих родимчик случится. Увидеть такое сокровище — и не знать, что делать с ним дальше! Интересно, а на реке, что течет через город, мост есть? Это ошибка или умысел? Металлоконструкция стояла перед нами, а я особо не радовался. Лучше бы не находили, теперь задолбят меня радиограммами и дурными рацпредложениями.