Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

— А на чем они ездили?
— Пять мотоциклов, — не задумываясь, ответил отшельник. — Хороших, дорогих, черных, почти как у вас, ребята. Лощеные джентльмены, скажу я вам.
Это могут быть только обитатели западного поликластера. Их Мертвый Город тоже не осчастливил, из последнего рейда не вернулся ни один, все остались где-то там, впереди.
— А колумбийцы?
— Так это колумбийцы? Черт побери, нечто подобное я и предполагал. Они возвращались, крепкие ребята. Первый раз не проехали, а потом я их долго не видел. Знаете, они каждый раз теряли свои машины и людей. Последний раз четверо ехали назад на одном джипе, свои машины потеряв…
  
— «Ви-илли-ис», — опять застонал Кастет.
— Точно, «виллис», — кивнул Джошуа. — Кое-что добыли, признаю. Но… Говорю вам, мистер Тео, нехорошее там место, очень нехорошее.
Нечто подобное я в своей жизни уже слышал. Проплывая по реке, я неожиданно увидел стоящего на берегу старого кето и остановился выпить с ним чаю, узнать новости. Перед расставанием старик сказал:
— Худой твоя дела… Зря туда идешь, сдохнешь. Надо весна ждать, большой вода.
Я не послушался и встрял по пути, не смог пройти по реке. Хорошо, что нашел старую промысловую избу, откуда и дозвонился по спутниковому телефону до ребят, вытаскивали, уже когда снег лег, вертолетом.
— Раз такое дело, раз там водятся такие ништяки, то теперь мне плевать, из чего этот Мертвый Город выстроен, — справедливо заметил Гоблин. — Хоть из соломы.
Поговорили еще немного, уточняя детали о местности вокруг Хребтовой. Поспорили между собой и о порядке движения. Неожиданно Джошуа спросил:
— А уголь вам нужен, русские?
Я как раз возвращался из кустов и, услышав такое, вмешался сразу:
— Какой уголь, где?
— Нашел тут, рядом с жилищем. Могу колоть и складывать в мешки, если привезете пустых, да побольше. Чего бездельничать. Вы будете забирать и вывозить, я буду получать хорошую плату. Все выгодно, не так ли? А там и женщину мне привезете свободную, глядишь, еще и ферму поставлю.
Неожиданный поворот! Искали одно, нашли другое.
Уголь — это здорово. Уголь позволит отказаться от заготовки дров и вырубки леса. Здесь зимы нет, много его не надо. А уж для «Королевы» уголек… Сейчас паровик судна выдает на винт максимум пять лошадок. Правда, после того как Хвостов поставил новый винт, полированный, «Королева» резвости чуть прибавила, но все же… утюг. На угле она пойдет бодрее.
Уголь в мешках. Мне подумалось: у Сотникова уже гидромониторами месторождения разрабатывают, станины отливают, а тут — в мешочках, по старинке…
Что делать, это Южная Америка, детка.
— Нужен! Еще как нужен, — возбудился я. — Только вот как его вывозить…
Костя больно толкнул меня локтем в бок.
— Грузовик, — тихо подсказал он.
— Точно! Будет схема, будет. Мешки забросим в ближайшее время, Джо.
Пещерник тяжело вздохнул:
— Может, не поедете, парни? Хорошие вы люди, жаль вас.
— Эх, Джо, знал бы ты, что мы видели и с чем сталкивались.
— Да вы и не проедете туда! — наконец бухнул отшельник с чувством выполненного долга. — Так что скоро вернетесь, и я получу свой бинокль.
— Это еще почему, Джо? — Гоблину такое говорить… только злить.
Пещерный человек внимательно посмотрел на нас:
— У поворота снова Зверь бегает. Его очень трудно убить. Иногда убивают, но он вскоре оживает заново. Ох, ох… И посмотреть на такое страшно, царь носорогов.
Вот и прояснилось: нам все-таки предстоит сразиться с чудовищем.
— Довольны? — скупо поинтересовался я у сталкеров. — Сбываются мечты?
Жесткач, чувствую, обеспечен.
  
ГЛАВА 13
 
Город Мертвых. Очень длинный день
 
— …Три, четыре, пять, шесть… Ого! Шесть с половиной метров! — торопливо заключил Костя. — Где-то так, похоже. С погрешностью моего шага, конечно.
— Боже… Что за подход. Я сейчас нормально померяю, а не по-славянски, — успокоила нас Ленни, подходя к поверженному зверю с рулеткой.
Волосатое чудовище легло удачно, не перегородив дороги. Измучились бы таскать по грунту такую тушу…
— Елочки точеные, обнять и заплакать, — задумчиво молвил Гоблин, глядя на волосатую гору псевдомяса. — Ну и гада же они сотворили.
— Рог будем вырубать? — деловито поинтересовался Кастет.
— Нет, — я знал, что он спросит, и ответ был готов заранее, — не будем, времени много уйдет. Он, скорее всего, не разложится: клыки пещерника не разложились. Так что заберем по возвращении.
Бой с эласмотерием, или Эллочкой, был коротким, но эффектным. Страж подходов объявился почти сразу после поворота Хребтовой, что нетрудно было предугадать. Поэтому подъезжали мы тихо и осторожно, а зверя взяли быстро. Мы с Ленни встречали его в лоб: я с «Ударом», она со «страйкером», предложение использовать «томпсон» я блокировал.
— Твое дело — последние метры, если уж так случится. Нечего его пульками щекотать.
Кастет с Мишкой забрались на большой валун слева и вели фланговый огонь, взяв ПКМ и два «калаша». Напоследок Костя спросил:
— Посоветуешь, куда бить?
— Носорога бьют под основание уха, верное дело. Можно как Дубровский медведя, но это уж если захочешь…
— Нет уж, спасибо, мы лучше с камушка! А ты че, в Африке был?
— Не был. Так ведь и Эллочка там не была… Еще по суставам бейте, никакой адреналин и дурь ему не помогут, если сломать механику движения.
Я успел выстрелить три раза. Первым разбудил зверя, заставив того повернуться и стартовать с мощью локомотива. Потом существо заорало — глухо, низко и протяжно, вроде и негромко, но этого вполне хватило, чтобы сердце ёкнуло: второй раз я позорно промазал. Стресс — не каждый день на тебя живой танк бежит. Третий раз попал между глаз, и это сработало: пуля патрона ДШК прошибла кость. Сталкеры одновременно поливали его в бочину, действительно стараясь вынести коленные суставы. У них получилось, и зверь свалился мордой к нам, в тридцати метрах от «трахомы», где мы с подругой готовились кузнечиками прыснуть в разные стороны. Сильфиде пострелять так и не удалось.
— Ножки то-оненькие, — заметил Кастет, пиная копыто. Голень свободно болталась в обе стороны. — Несоразмерные какие-то.
Последствия прошлых визитов видны были сразу. Слева у дороги валялся какой-то неровный брикет металла — судя по всему, любимая игрушка страшилища. Эллочка в охотку свирепо и долго трамбовала какую-то технику, постепенно придавая мятому металлу причудливую форму. Кое-где сохранилась синяя краска, местами поблескивал хром. Лежащий в кустах неподалеку красный мотоцикл буквально снесло, смело мощнейшим ударом страшного рога. Рама и передняя вилка были выгнуты так, будто были сделаны из пластика или попали под БелАЗ. Колеса куда-то пропали, сожрала, что ли… Никаких огрызков и ошметков резины на склоне и у дороги не обнаружили. О том, что стало с ездоками, думать не хотелось. Куски ткани, какие-то железки, Масло кругом разлито. Ленни нашла рваную обувь и гнутую двустволку с разбитым ложем — это взяли, Хвостов заставляет забирать любые обломки огнестрельного оружия.
Внеземного апгрейда доисторический монстр бил по пришельцам всей силой своей синтетической технологии. Живая лавина. Таран. Без мощного оружия — верная смерть. Джо говорил, что иногда его убивали, значит, у некоторых имелось оружие помощней двустволки.
Одно дело сделано.
Дорога полого поднималась, возвышенность закрывала обзор: местности впереди отсюда не увидишь, придется лезть наверх. От подошвы по склону тянулись две узкие полоски-осыпи. Они вели к двум каменным «жандармам», вечным часовым плато, торчащим как пальцы великана из древних мифов. Тут можно подняться, если не торопиться и смотреть под ноги. Примерно на середине склона, сразу за жандармами, чернел отстоящий от скалы каменный останец с плоской вершиной: вот туда нам и надо. Отправились мы с Кастетом, оставив ребят внизу. Легкий жилистый Костя пошел первым, он же первым и вышел к останцу, после чего, не дожидаясь меня, забрался на природную наблюдательную площадку. Уф, чаще тренироваться надо, а то совсем форму потеряю на командной должности…