Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)
Ветряк с генератором так пока и не поставлен, Вотяков собирается заняться этим делом сразу же после полного запуска в эксплуатацию оборудования главной антенной мачты. Я гораздо спокойней отношусь к проблемам энергетической безопасности, однако Штаб, отлично помня метания и непонятки первых дней русского анклава, постановил иметь как можно больше вариантов электроснабжения.
И ладно, меньше топлива заказывать. А энергии много не бывает.
С «Унжей» тоже забот хватило. Это мачтовое устройство — полутелескопическая мачта, по сути. В комплект входит станок для подъема мачты, сами решетчатые секции, относительно легкие, но весьма прочные, и много всего интересного типа штопоров, расчалочных лебедок, поворотного устройства направленной антенны. Вес всего мачтового комплекта чуть за тонну. Высота мачты в собранном состоянии составляет двадцать восемь и шесть десятых, допустимая ветровая нагрузка — тридцать метров в секунду. Секции — сварные стержневые конструкции сечением триста на триста миллиметров из 32-го стального уголка с толщиной стенки четыре миллиметра. Длина секции — два тридцать пять, всего секций двенадцать штук. Верхняя (на нее ставится редуктор поворота антенны) — усиленная.
Опорную плиту станка Вотяков заранее планировал установить не просто на грунт, а закрепить ее особо жестко. Для установки такой мачты требуется ровная квадратная площадка со стороной в шестьдесят метров — никаких проблем, выбрали без труда. Навели галечно-песчано-цементную смесь, выкопали под основание антенны неглубокую квадратную яму, сколотили дощатую опалубку 1000x1000x150 мм с армированием и грунтовыми анкерами. Для придания водоотталкивающих свойств и быстрого застывания в бетон добавили жидкое стекло. Получилась опорная площадка, сделанная прямо по месту, на нее поставили плиту и сам подъемник, закрепив все анкерными болтами. Ну а подъем мачты — дело нехитрой техники: знай вставляй в станок очередную секцию, закрепляй и крути лебедку. Тут механизации Юрой предусмотрено не было, «и так крутильщиков в достатке». Растяжки «Унжи» сделаны из семимиллиметрового стального троса, достаточно прочного. Изоляторы, «финские» хомуты… Поставили, закрепили, буссолью проверили вертикаль и прогиб мачты. Теперь Вотяков настраивает нацепленную на бедную «Унжу» аппаратуру, уже почти закончил… Это самая громоздкая конструкция в грузе. Даже в просторных трюмах «Клевера» места она занимала много. Но тема того стоит: «Унжа» — стратегический объект. На верхней секции, кроме антенн радиста, закреплен небольшой локатор РЛС и телекамеры кругового обзора, в том числе и инфракрасные, а также ксеноновые прожекторы.
Читали в старых фантастических романах классные сказки о «куполе силового поля»? Такового у нас, так уж вышло, нет, но некий купол безопасности «Унжа» вокруг форта создает. А уж по радиосвязи Юрка уверяет, что может связаться даже со Смотрящими, если они дадут частоту.
Панель и планшет-терминал Канала, ту самую «шоколадку», мы извлекли, перетащили и установили быстро, поместив на «родное место». Помогла предусмотрительность и добротная жадность шкипера — в Балаклаве мы забрали чудесные деревянные подставки из небольших «шпал» с профильными выемками. Так все и смонтировали в подвале — отныне в этом помещении находится операторская с табличкой на двери «Не входить!», святая святых.
Неожиданно много времени занял монтаж плотницкого стола с циркулярной пилой. Непостижимым образом тяжеленная стальная плита не вместилась в волокушу, на склоне слетает. Как такое могло произойти, сам не понимаю… Ведь хорошо помню, как мы с Хвостовым все вымеряли! Вот такие накладки. Гоблин смело предложил тянуть плиту волоком, как плуг, но его послали: ни к чему резать борозды и портить гладкую поверхность. Еще на борту исландец начал собирать под плиту массивную деревянную станину — тут работы было немного. А вот вес… Как же хорошо было смотреть, как автокран легко и просто закидывает грузы в утробу «Клевера»!
Материального склада как строения, считай, пока не имеем. Есть временная сборная конструкция под пленкой, противодождевая, позор экспедиции. Стройматериалы, пустые бочки из-под солярки, более чем скромные запасы металла лежат пока там, а самое ценное распределили по помещениям форта и флигеля.
Баня запущена.
Я недоумевал, зачем Смотрящие настроили тут столько печей, — постепенно вопрос проясняется. На первом этаже малой башни имеются две небольшие комнаты без окон, лишь узкие бойницы в одну сторону. Не знаю, как эти помещения использовались раньше, — у нас же они стали баней, хоть отсюда и не совсем близко к реке. Ничего, деревянную ванну во дворе поставим. Втащили открытый титановый бак, в трюме, как корзина, набитый всяким нужным, протянули от Клязьмы рукав, подключили помпу. Схема временная: воду нужно будет разводить нормально, по пластиковым трубам. Вторая печь досталась кухне — она на первом этаже, рядом с обеденным залом.
Чтобы два раза не вставать, расскажу и про туалеты, как элемент завершающей стадии всех свершений, — и это не для глянцевого журнала про «вокруг света»… Я надеялся на Подарок, и он все же состоялся, спасибо вам, Писатели, сердечное. В Южном Форте такого Чуда нет, в Замке Россия их два, в Берлине — одно. Загадка Смотрящих — «космический туалет». Это огромный вертикальный ствол диаметром в тридцать сантиметров, пробитый в земле неведомыми силами. Такой туалет «стоит» в донжоне и в здании клуба, что в Церкви. Куда все валится, никто не знает. Версий было очень много, еще больше шуток. Научники замеряли: не с первого раза, но достигли дна или полки на глубине в восемь сотен метров. Все остальные туалеты Замка имеют природную смывную канализацию. Здесь такой «космотолчок» оказался в главной башне, и это — Подарок.
Интересно, что пытаются разглядеть Смотрящие, когда… Хм.
Дворовый мы тоже сделали, в отдалении, как и планировалось. Умывальники проверенные, жестяные настенные рукомойники в ряд, до монтажа нормальной водоподачи.
О жилье. С расселением вообще все пошло не так, как я себе представлял изначально, даже многоопытный Вотяков не помог. Народ категорически захотел жить на втором этаже.
— Да и рыжий пес с ними, со стеклами, — заявила Ленни. — Вид из окна на натуру — вот что главное. А окна сделаем.
Ага. Она сделает.
— Пленкой пока затянем, — подхватила Света. — Зато воздух свежий.
Люди экспедиции «Беринг», товарищи, — это не обыватели Замка Россия. Их бесстекольем не напутаешь: им незнакомую местность видеть нужно.
Мою вредину поддержали все жители форта. Радист с Хвостовым вообще сразу решили жить на рабочих местах, во флигеле. Юрка к тому привык в донжоне, а Хвостов вообще не знаю когда спит. Объективно флигель есть своеобразный форт в миниатюре. Толстенные каменные стены, узкие бойницы, редкие окна… Тем не менее хорошо, что дурной пример не стал заразным для семьи Эйнара. Исландцы — люди обстоятельные, и такие теснины им не по душе: они заняли комнату на втором этаже малой башни. Места в форте много, никаких неудобств, еще и лишнее осталось. Мы с Ленни зажили по-семейному на втором этаже главной башни — мужики шутят: «командорская традиция».
На первом этаже в основном служебные помещения. Комната штаба рядом с подвалом терминала, холл у главного входа стал дежуркой, сюда сведена вся телеметрия. Медпункту отвели два помещения, а живет Света вместе с Катрин на втором.
Появился и вынужденный разброс личного состава.
Мауреры остались на «Клевере». Говорил я с ним, говорил… да и плюнул.
С первого дня на судне поставили вахтенного. И что? Капитан все равно безвылазно торчит на борту — Нионила, естественно, к нему. Ули опасается, пока что во всяком случае, за сохранность судна. Думаю, понадобится не одна неделя, пока он привыкнет. Полегчавший после разгрузки мотобот стоит на причале, крепко-накрепко прикованный к «ломам» стальными цепями: хрен угонишь. Мало того, имеются два армейских датчика движения — ими разжились заранее. Я планировал один поставить в бухте, нацелив на корабль и лодки, — так мы и сделали. Не работает система! Ночью потягивающийся Маурер выходит на палубу под небеса — датчик на берегу тут же срабатывает, дежурный в холле подпрыгивает.