Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

Нет, не будет Бероев.
Переключил рацию на первый канал, чтобы в гарнитуре слышать переговоры Сомова с командирами колонны. Пш-шш…
— И много их там?
— Да хэзэ, Руслан, пока без числа, Кастет смотрит, будем выявлять.
— Сука, у них крупнокалиберный, похоже, есть…
Мне тоже так показалось. По звуку. Хотя пока «крупняк», если он и наличествует, молчит, спрятали. Если это действительно так, то вот вам еще один черный камень в копилку раздумий: точно, есть тут «шоколадка», есть. Точнее, была да сплыла.
  
Первый раз мы о такой вероятности по косвенным узнали, а вчера Хамис подтвердил. А по-другому насыщенность боеприпасами этого участка Пакистанки, который сами аборигены с западной стороны дороги называют Зона Племен, по аналогии с афганским беспредельным районом, не объяснишь. «Шоколадка» — локальный терминал Канала, точно такой же красавец, что был найден нашим Потаповым. Прозвали так за черно-коричневый отлив и чуть скошенные грани тяжелой плиты.
Вот же где идиотизм селекторов: нормальное племя, завладев «шоколадкой», для начала крепко встало бы на ноги, забило бы для себя Главную Горку, притянуло бы к себе других, были бы царями округи. Но сокровище досталось не тем.
Некий Рыжий Саид — очевидный Спасатель не пойми какого роду-племени, — взял плиту исключительно для себя, падла. Конкретного тейпа за ним нет. Вот поди найди его теперь, — надыбал девайс где-то на севере, глубоко посреди болот, десять месяцев назад заявился с «шоколадкой» на Дикие Земли, а два дня назад на север же и ушел с тремя нукерами, каким-то образом прознав про начало «Рассвета». Или просто чуйка развитая у товарища, что разумно: такого и должны были Смотрящие отобрать, подготовленного, развитого.
Вот только с личными моральными установками они ошиблись.
Саид решил жить сам, а не париться за общество. Хотя такому Канальчику местные чрезвычайно обрадовались, запасы из локалок, многие из которых стояли неподалеку от Пакистанки, к моменту прибытия Черного Спасателя начали заканчиваться. Сейчас они все девственно чисты — на их базе возникли крошечные поселки, и то не всегда.
Не знаю, я бы сразу призыв отменил, зная, что кандидатура Спасателя предложена из каких-нибудь там пуштунов. Чего вы ждали от такого субчика, господа Смотрящие, подвигов в развитие цивилизации и Во Имя Мира?
Где теперь искать снабженца шоколадного? Здесь он находился ближе к горам, где-то там была его база — вычислим, уже завтра знать будем, пленные есть, — оттуда ручеек боевого металла и шел в племена.
Вспомнил инструкцию к «шоколадке», подсмотрев в записную, у Феди списал…
 
Транспортируемый терминал донор-канала.
 
Условия входа в режим поставки:
 
Для внешнего включения режима необходимо в произвольный отрезок времени определить место дислокации сообразно представляемым задачам и задействовать терминал инициацией.
 
Мобил-операторами могут являться:
 
1. Оператор донор-канала селективного кластера.
 
2. Спасатель.
 
Не допускается одновременное функционирование мобил-оператора на двух терминалах, вне зависимости от причин совершения попыток.
 
Срок завершения организационного процесса не определен.
 
Для инициации лист бумаги с личными данными и отпечатками всех пальцев необходимо положить на донор-панель транспортируемого терминала. После чего необходимо выйти из операционного зала и ждать появления сообщения на дисплее инфо-канала.
 
При выполнении всех условий откроется дискретный донор-канал.
 
Материальная поставка будет производиться по оперативному ассортиментному заказу, ежедневно, в одно и то же время.
 
Формат канала:
 
1. Группа предметов и товаров материального жизнеобеспечения и потребления — ассортимент неограниченный по качественному и количественному составу.
 
2. Группа вооружений — ассортимент вариативно ограничен по количественному и качественному составу.
 
3. Характер ежедневной поставки (глубина и ширина канала) — одна единица позиции выбора за сеанс весом не более 120 килограммов.
 
4. Время ожидания от момента окончания ввода позиции до момента начала работы канала — не более 2 минут.
 
5. Время сеанса ежедневной донор-акции от начала ввода до завершения поставки — не более 40 минут.
 
6. После первичной активации все дальнейшие перемещения транспортируемого терминала возможны не раньше, чем через 12 месяцев непрерывной работы на предыдущем месте. В случае более раннего перемещения терминал отключается на 12 месяцев, считая со дня нарушения.
 
Определяющее: в случае невыполнения любого из указанных условий оба канала сворачиваются, транспортируемый терминал переходит в автономный режим, функция снимается, наблюдение переходит в общий режим.
 
Утешает лишь одно: сняв с места терминал, нарушив условие Смотрящих, товарищ Саид, не давший терминалу год поработать на одном месте, предоставил нам год спокойствия, раньше «шоколадка» не заработает, терминал начнет отсчитывать срок со дня нарушения.
Но выцарапывать беглецов из Болот… Кислое дело, уж я-то знаю, что там за края. У них минимум два квадроцикла, один с прицепом. Если хватило ума пройти при подходе к Болотам на сенд-траках, то и следов не останется. А уж дальше всего один дождик все смоет.
Пш-шш…
— Да какая «сорокапятка», Миша! Всего шесть снарядов осталось, постреляли эти буратины знатно, круче всех расчетов, а вдруг впереди укрепрайон, где в лоб прошибать придется? Подкинуть из второго резерва можно, но ты сам прикинь плечо.
— А «шамары» если взять? — предложил вопросом Гоблин, имея в виду два пятидесятимиллиметровых ротных миномета Шамарина.
— Да запросто, бери! По семь мин на ствол осталось, стреляй вволю, ни в чем себе не отказывай.
Устали все, уже порой без всяких позывных в эфире лупим, по-простому, по-житейски.
— Ну че, тогда отходите подальше от «крупняка». Бараны обрадуются, мы, кстати, тоже — глянем.
— Придется, еще метров на пятьсот оттянемся, — нехотя согласился Бероев.
В принципе усиленная модулями броня БТР-40 такую пулю выдерживает…
Не будет Бероев.
— Ладно, давайте там не геройствуйте. Ждем орлов. СК.
Я перекинулся на наш, второй сталкерский.
— Все слышал, давай сюда. Тепловик захвати.
— Угум, подхожу…
Вообще-то и мы с Мишкой подбитые. Меня осколком камня по лицу вмазало, до сих пор кровит по тихой, когда смеяться пытаюсь, ведь на башке что ни царапина, так полный Голливуд, реки крови. А Гоблину рикошетом по грудной пластине прилетело — хорошо, что пуля была на излете. Но синячина у напарника прорисовался красивый, он периодически морщится. Вот и сам, кстати.
— И че? Вялимся?
— А хрен ли делать мы можем… вялимся, Мишка.
— Ну, тогда давай посмотрим, прикинем.
Хорошо, когда вокруг густые кусты: самая лучшая маскировка. В две оптики мы с Гобом начали неспешно изучать диспозицию, высматривать противника, вычислять его огневые и маневренные возможности, ставить ориентиры. Точно, «крупняк» у этих буратин есть.
Заметив, что колонна отходит, басмачи обрадовались, заулюлюкали, полезли на кромку — как раз под учет. Трое… четверо… семь пока. Растянулись по оврагу, кто-то пару раз выстрелил от радости.
Умный Гриша Гонта спектакль еще не закончил: дал команду броневику на разворот, тот возмущенно пыхнул, начал крутиться, неуклюже пятиться, остальные водители нервно забибикали, тут уж наши папуасы вообще ожили — просто на загляденье: чего там, одержана эпическая победа!
Из ямы полезли все — а как же, надо же посмотреть, как посрамленные героями трусливые гяуры поворачивают оглобли.
  
— Двенадцать.
— Сходится. Докладываю.
Пш-шш…
— «Броня» — «Гоблину».
— В канале «Броня».
— Гриша, дюжину имеем. Крупный точно есть, две снайперки. И неприятный сюрприз: у всех АК-47.
— Иху маму, откуда…
— Раздражители в базе, потом кто-то привинтился.
— Ну понял, Миша, тем более ждем.