Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)
— И как только простые рыбаки тут проходят… — прошептала Zicke.
— Ничего сложного нет, — презрительно фыркнув, тут же откликнулся капитан. — Прижимаются вплотную к левому берегу и спокойно идут под его прикрытием — видишь, там терраса, вся в кустах, к ней и жмутся… Никакой Рух ибн Гаруд в таких условиях атаковать не станет: расшибешься в момент. Но у нас такой фокус не получится.
И тем не менее он, разглядев наконец-то поворот реки и оценив водную обстановку, уже принял решение: поворачивал налево.
— Кстати, дня два назад курсом на юг тут прошел «Лусон» из Манилы, — напомнила Ленни. — Ули, ты знаешь капитана парохода?
— К сожалению, не знаком. Прошел, говоришь? Ха-ха… Давайте будем пристальней смотреть по берегам. Вдруг его подняли и на берег поставили.
— Ули, они могут разбить рубку? — спросил я.
— Могут, если тупые.
— Или неопытные, — дополнил Джай.
— Нет, друзья мои, — вздохнул я. — Дело не в этом. Просто им тут не нужен еще один охотник, тем более большой и сильный, в виде страшной черепахи: вдруг на берег выползет? А там стада копытных заходят на огромные поляны, верная и обильная добыча. Таких, как мы, нужно отогнать, напугать и проучить, раз и навсегда. Вот такой мотив.
— Тогда дело серьезное, — признал Ули.
Короче, нужно обороняться, просто так в трюмах не закроешься. Мотоцикл повредят, «Гугля» с борта стащат, лебедку сломают, я уже и не говорю про антенны и кокон РЛС. А пулемет! На базаре его птички, конечно, не продадут, а вот в воду скинут.
Немного подумав, я определил диспозицию:
— Итак. Никлаус, ты стоишь за пулеметом, больше остальных стрелял из него… Мы с Джаем работаем в районе лебедки. Ленни, ты должна находиться в рубке. И огонь ведешь оттуда, через двери.
В ее распоряжении будут два ствола — «томпсон» и хорошо знакомая сильфиде полуавтоматическая гладкоствольная «беретта». Капитан при необходимости вооружится пистолетом-пулеметом «солотурном-соткой». Но это вряд ли: ему судно вести.
Вот сейчас я реально почувствовал дискомфорт от наличия в группе всего одной винтовки: «трещотками» можно эффективно держать дистанции лишь метров на сто — сто пятьдесят, как я думаю. Жаль, что мы не разжились той же винтовкой Шмидта-Рубина, например, но так уж вышло — что поймали, то и жарим.
Что там на мысу?
— Проклятье, они все-таки решили нас атаковать! — взревел шкипер. — Как ты сказал, Джай, гаруды?
Он не ошибся: черные силуэты хищников, выстраиваясь друг за другом, потянулись в нашу сторону.
Тут я вспомнил, о чем их хотел предупредить:
— В лоб их старайтесь издали не бить! Перья у этих гаруд крупные, жесткие, смазаны хорошо — одни рикошеты будут.
Команда синхронно кивнула.
— Все к бою! Никлаус, помни — огонь по моей команде! Вперед!
Пролетев через палубу, мы с индусом заняли места за лебедкой — хорошее прикрытие.
А у Никлауса место — хуже некуда, категорически мне не нравится: боковые проекции вообще не прикрыты. И спрятаться некуда: до двери в трюм далековато, надстроек на широком участке с грузовыми люками под рыбу нет. Неудачно стоит у нас пулемет, сейчас это четко видно. Никлаус тем временем уже взвел затвор и заворочал своим MG-30 из стороны в сторону, проверяя на подвижность. Один коробчатый магазин емкостью на 25 патронов присоединен, еще два лежат рядом. Что ж вы решили так плохо кормить патронами свое детище, конструкторы? Разве нам сейчас легче, что вы потом одумались? He-а, нам вот с этим жить и воевать приходится…
— Никлаус, просто так не пали! — напомнил я. — Только наверняка!
А вот индусу палить можно, там с боепитанием все нормально.
На подлете стая чудовищ разделилась на две части, решив облететь судно-нарушитель с двух сторон. Идут гаруды низко, но не у самой воды. Ох и гиганты! Что там рассказывал матрос про крылья «рухов»? Их размах крыльев более чем внушает, у ближнего монстра он не менее семи метров! Длинные маховые перья гнутся напором воздуха, хотя ость наверняка очень крепкая. Сильный и длинный клюв — такой и для удара, и в куски рвать сгодится. Цвет, оказывается, не черный, а с коричневым, грудь сероватая. Желто-серые лапы поджаты у всех, кроме одной, самой крупной — у этой чуть согнуты. Атаковать собирается!
Ждать и думать было некогда, и я начал огонь с кормы. Почти в лоб, как сам же только что не советовал делать.
— Джай, бей по большой!
Очередей автомата под ухом и выстрелов своего карабина я уже почти не слышал, целился и выжимал спуск. Стрелять очень непросто. Мотобот двигается, птицы хоть и немного, но маневрируют по горизонту. Ближе, ближе, вот и индус включился, громко ругаясь на родном языке…
Последний патрон! Ба-бах! Есть!
Присел, перезарядка. Вроде попал, не?
Да, рано я обрадовался: главарь вздрогнул, отвернул вправо, набирая высоту, повернул голову, глянул на крыло, потом на меня — жутковато, со значением… И тут же выровнялся, заходя на длинный вираж. Зараза, попасть-то я попал, но, скорее всего, лишь перебил гаруде перо. Да, летающий танк… Как по команде, остальные налетчики тоже начали расходиться с набором, не дав включиться в игру нашему пулеметчику и тем более Ленни Кальми-Ре, воинственно стоящей в проеме двери рубки.
На этот раз они поступили грамотюще — выстроились в небе с четырех направлений, квадратом, начиная атаку чуть ли не одновременно. Кто из них будет нападать, а кто имитировать? А будет именно так, это общий принцип коллективной атаки любых хищников, от волков до касаток.
— Ленни, «беретту» хватай!
Пусть картечью встречает, тут хрен успеешь прицелиться.
— Ник, встречай!
Вот только кого встречать — птицы понеслись на «Клевер» с четырех сторон, причем с трех сторон — парами. Матрос тоже это понял, растерялся, закрутился так, что мы с индусом присели за станину лебедки: еще вмажет по своим! Справа две пары уже совсем близко.
— Ник, правую держи! Джай, помогай ему!
MG-30 наконец-то замер и начал огонь по целям.
С моей, левой стороны заходили три гаруды, пара и одиночка — эта подлетала почти с носа. Правильно определив свою цель, Ленни выскочила с другой стороны рубки, в руках сразу два ствола. Ну дает!
Я же начал колотить из винта по «сладкой парочке».
И это им пришлось не по душе. Несколько успокоившись и собравшись, оценив скорости и динамику изменения дистанций, стрелял я уже удачно. Поняв после первого крика товарки, что тут легкого не обломится, вторая тут же взмыла с отворотом и резво куда-то сдернула. Оставшуюся на глиссаде я просто добивал — на пятом выстреле из карабина птица пошла вверх, подставляя мне большущее серое брюхо, куда я с хорошей скоростью влепил всю обойму, уже из выхваченного легендарного пистолета. Перелетев через судно, птица сжалась от боли и спазма, собралась комком и рухнула в воду. Сминусовали!
Но не только у меня охота получалась.
Ленни, как она сама потом рассказывала, без особого эффекта встретила свою птаху двумя короткими очередями, а потом, положив ствол «томми» на леер, зарядила очередь на весь остаток магазина — как зенитное заграждение, куда гаруда и влетела на полной скорости. Заорав, она попыталась отвернуть вдоль борта, но практически тут же получила в бок картечный заряд — вторым выстрелом из «беретты» Zicke всадила конус точно.
По правому борту дела тоже шли неплохо.
Никлаус снял первую гаруду еще на подлете, разметав ее удачной кинжальной очередью в клочья, вторая тут же сманеврировала и ушла ввысь. В мастерстве индуса можно было не сомневаться — Джай качественно разогнал «свою» атакующую «двойку», легко подранив обеих гаруд. В итоге три ошарашенные таким отпором птицы тесной группой описывали малый круг, постоянно что-то зло и обиженно выкрикивая друг другу, словно мнениями обменивались, — нападать дальше или ну его? Сейчас свалят.
Но тут гаруды сделали то, чего мы ждали меньше всего.
Синхронно развернувшись в нашу сторону, они, набирая скорость, в пологом пике помчались к мотоботу.