Спецхран (СИ)

— Да, — сказала она. — Значит, что у нас набралось в итоге? Вокзал, вода, птица, аэропорт… И это — на одной ветке, почти подряд…
— Если это не подсказка, то что тогда? Остался вопрос, как это использовать. Сесть на зелёную ветку и ездить по ней, пока не переместишься?
— Не забывай — желательно увязать это с кольцами.
— Зелёная ветка пересекается с кольцевой, но ниже. Метро «Белорусская».
— Нет, это не то. С Белоруссией у меня ничего не ассоциируется.
— А если взять большое кольцо, которое только собираются строить? Ты ведь сохранила на диск в планшете?
— Сейчас.
Она сходила за гаджетом и показала Алексею экран. Зелёная ветка соединялась с запланированным кольцом на станции «Динамо».
— Там футбольный стадион рядом, — заметил он и для наглядности открыл карту прилегающего района. — А мы с тобой в Минводах тоже на стадион собирались. Но отложили, а потом передумали. И вот теперь, значит, тема опять всплывает… Ну и вообще, с футбола всё началось и к нему же вернулось. Закольцевалось! Вот так-то…
— Действительно, — сказала она. — Каждое совпадение по отдельности — мелочь, но в сумме их слишком много. Кстати, из пяти станций, что мы с тобой отобрали, «Динамо» — самая южная…
— Ближе к Минводам, в смысле?
— Ага. И сориентирована в пространстве примерно так же, как минводский вокзал. Рельсовый путь направлен с северо-запада на юго-восток. Поэтому — да, согласна, на эту станцию надо съездить. Но покажи сначала, что в интернете про неё пишут.
Он ввёл очередной запрос, нажал Enter, но процесс почему-то затормозился. Секунды шли, а результаты не появлялись. В конце концов выскочила надпись: «Запрашиваемая страница не может быть отображена. Проверьте правильность сетевого соединения».
— Блин, интернет завис, — констатировал Алексей. — Хотя у меня провайдер вроде нормальный, сбои бывают редко. Или это из той же оперы, что и другие глюки?
— Понятия не имею, — сказала Анна. — То ли случайный сбой, то ли помехи уже такие, что даже твой ноутбук затронули… Или, может, влияет моё присутствие? Вдруг я тоже помеха на вашей ветке? Песчинка, которая дополнительно царапает фон? И тебе осложняю жизнь ещё больше…
— Паранойю — отставить. Если бы все помехи были как ты, я бы от счастья прыгал.
— Эх, — вздохнула она, — чего мне будет не хватать дома, так это твоей незамутнённой лести.
— А ты останься, и вопрос снимется. Лесть обеспечу в любых масштабах.
— Сам ведь понимаешь — я не могу. У меня — важнейшая информация, которую надо передать в институт. Ну и, кроме того, я правда не знаю, как моё пребывание здесь влияет на фон. Мне надо уходить, Лёша. Причём как можно скорее.
Она встала из-за стола и побрела в комнату. Он выключил ноутбук, закрыл крышку и ещё некоторое время сидел, бессмысленно глядя перед собой. Анна вышла в прихожую с рюкзачком, натянула куртку. Спросила тихо:
— Будем прощаться?
— Анька, — сказал он, — ты же не думаешь, что я тебя даже не провожу до твоего «Динамо»? Притормози с прощаниями. Успеем ещё.
— Ну, я, конечно, надеялась, что проводишь. Но стеснялась сказать — ждала, что сам догадаешься.
— Ага, блин, догадливость тут нужна просто запредельная. Дедукция восьмидесятого уровня. В жизни бы не допёр.
Он посмотрел в окно. Облака над городом набухали дождевой влагой, голубые просветы между ними редели. Надев ветровку, Алексей окинул взглядом квартиру. Поколебался, но ничего с собой брать не стал — даже наплечную сумку, с которой путешествовал в прошлое.
Они вышли из дома.
По дороге к метро молчали. Москва шумела вокруг, раскинувшись на многие километры. Анна цеплялась за руку Алексея, он вёл её сквозь толпу, а в голове у него была пустота. Дождевые капли срывались с неба, разрозненные и редкие, словно заблудившиеся в пространстве.
Вход на станцию. Вестибюль. Перрон. Вагонные двери.
С неумолимой быстротой замелькали участки фиолетовой ветки.
Пересадка на кольцевую. Потом ещё одна — на зелёную.
Рядом в вагоне оживлённо переговаривалась компания молодёжи — два парня и две девчонки, лет по двадцать пять или чуть помладше. Один из парней достал мобильник с большим экраном, показал спутникам картинку. Те рассмеялись.
 
— Я случайно увидела, — шепнула Анна на ухо Алексею. — Там большой кот — вальяжный, очень довольный. И подпись: «С тяпницей!» Буквы перепутаны специально? Какой-нибудь местный мем?
— Да, игра слов. От слова «тяпнуть». Ну, в смысле…
— Выпить, я поняла. Вы в своём репертуаре.
— Нормальный лозунг, по-моему. Народ всю неделю маялся в офисах, считал дни. А сегодня наконец оторвётся.
— Почему обязательно «маялся»? Вот ты, например, мне сам говорил, что своей работой доволен, в редакции тебе нравилось.
— Это да. Но бездельничать нравилось ещё больше. Тяпница рулит.
— Не прибедняйся.
Анна прислонилась к нему, и весь остаток пути они простояли молча, пока голос дикторши не объявил станцию «Динамо».
Они вышли на перрон.
— Солидно, но сдержанно, — сказала она, осматриваясь. — Не самая помпезная станция из тех, что мы с тобой видели.
И действительно — боковые стены вдоль рельсов были облицованы светлой плиткой без украшений. Свод опирался на гладкие пилоны из буроватого мрамора, благородно-пятнистые. Под потолком светились белые шары-лампы.
— Ну что? — спросил Алексей. — Как тебя отсюда отправить в твой параллельный мир? Идеи имеются?
— Пока нет. Давай пройдёмся с тобой, присмотримся повнимательнее.
В верхней части пилонов, над мраморной облицовкой, были барельефы — неброские, вписанные в круги. Изображались разные виды спорта.
— Тут я совсем теряюсь, — призналась Анна. — Ты видел, что я за физкультурница. Разве что футбол поискать, если по твоей логике.
Футбол нашли без труда, посмотрели на барельеф, но тот не дал им подсказок. И «трансформаторный» гул-намёк тоже не зазвучал.
— Ну, — сказал Алексей, — никто и не говорил, что будет легко.
Они сели на скамейку, чтобы подумать. Поезда прибывали и отбывали, наполняя станцию грохотом, толпа запруживала перрон, чтобы схлынуть через минуту. Подземная суета продолжалась в привычном ритме.
— Либо мы что-то упустили из вида, — сказала Анна, — либо не так поняли подсказки, которые у нас были. Слишком уж здесь всё буднично.
— Если ищем привязку к тому кольцу, которое ещё не построено, то переход на него должен быть где-то рядом. Ну, то есть не сам переход, а место, где его сделают.
— Да, но как мы его найдём? Строительство — только в планах. А в будущее мы не заглянем, планшет-то мой не работает.
— Ну, это я высказался чисто для протокола. Для галочки. На самом деле мне кажется, что привязку к кольцу мы уже отработали, когда выбрали именно эту станцию. Мы уже там, где надо. Но это только моя догадка, а сейчас ведь тот случай, когда выбираешь ты. Так что не буду вякать.
— Выбираю-то я, но… — Анна дёрнула плечиком. — Нервы уже сдают. Окружение для меня непривычно — и, наверно, поэтому интуиция спотыкается. Так что ты уж, пожалуйста, вякай, не впадай в скромность.
— Ничего особо оригинального я не имел в виду. Просто повторю то, что сегодня уже высказывал. Ну, ты помнишь. В Минводах до стадиона мы не дошли, а теперь вот круг замыкается. И кольцо — как раз-таки в этом смысле.
— Значит, нам надо прямо на стадион?
Он развёл руками — не знаю, дескать, но других предложений нет. Она помолчала, прислушиваясь к себе, потом кивнула с сомнением:
— Может быть. Ну, по крайней мере, идея не вызывает у меня отторжения. Давай сходим. Да и на воздух хочется, а то душновато. И слишком шумно.
Они направились к эскалатору. Тот неспешно потащил их наверх, вдоль длинного ряда щитов с рекламой — доставка пиццы по всей Москве, бутик элитных часов, магазин элитных же вин, гастрольное шоу Нелли Фуртадо в спорткомплексе «Олимпийский»…
— А всё-таки, — сказал Алексей, — как тебе тут у нас? Вот именно в этом времени? Ну, если представить, что ты просто в гостях, а наши прыжки оставить за скобками?