Мимолетная страсть

Изабель сделала глоток чая, стараясь остаться незамеченной. Очень нетипично для Чарлза заметить такое тонкое оскорбление. Теперь Онория начнет обвинять ее в том, что он не интересует Миранду.
Изабель надеялась, что Онория отклонит приглашение. Блэквуд наверняка будет там, а теперь, когда он знает правду, находиться с ним в одной комнате просто невыносимо. Каждый взгляд, каждый жест превратятся в сладкую, но опасную пытку.
— Что ты сказала вчера вечером леди Марианне? — требовательно спросила Онория, устремив на Изабель подозрительный взгляд.
Изабель сглотнула.
— Ну как. Сказала, что Чарлз привлекательный, умный и богатый, в точности как вы велели, — соврала она.
— И что она на это ответила?
Отправила свою сестру бегать по всему театру, лишь бы не встретиться с ним, в точности как предположил Чарлз. А сейчас он внимательно наблюдал за Изабель, и его мрачный взгляд словно подстрекал ее соврать еще раз.
— Сказала, что у Миранды много претендентов, Чарлз, конечно, один из них, но она пока еще ничего не решила, — осторожно произнесла Изабель.
— А что там с дочерью герцога Уэлфорда? Про нее вы разговаривали?
— Ходят слухи, что она должна выйти за маркиза Блэквуда, — пробормотала Джейн Кирк.
Сердце Изабель болезненно сжалось. Значит, даже Джейн Кирк об этом знает. Неужели Блэквуд уже сделал предложение? Изабель почувствовала прилив негодования — как он посмел явиться ночью к ней, если обещание другой леди еще не остыло на губах? Услышав слова Джейн, Онория в ужасе ахнула. Похоже, сплетня потрясла ее не меньше, чем Изабель.
Джейн махнула лакею, чтобы тот налил чашку чая потрясенной хозяйке, но Онория показала на графин с бренди, стоявший у локтя Чарлза. Лакей налил небольшую рюмку, и Онория осушила ее залпом.
— Блэквуд женится на дочери герцога? — вскричала она. — Похоже, что этому человеку подыгрывает сам дьявол!
— Он и есть сам дьявол, — вставила Джейн. Изабель метнула в ее сторону быстрый взгляд. Джейн сидела с презрительно поджатыми губами.
— Чарлз, теперь ты просто обязан убедить леди Миранду выйти за тебя! — прокаркала Онория. Взяв со стола приглашение, она снова помахала им. — Мы оба будем сопровождать Изабель. Леди Августа не станет возражать. В конце концов, Изабель все еще в глубоком трауре.
Сердце Изабель упало. Ей не просто придется оказаться рядом с Блэквудом, но еще и под пристальным взглядом Онории!
— Я не пойду, — капризно произнес Чарлз.
— Но, Чарлз! — Испуг в голосе Онории почти мгновенно сменился сталью. — Я вынуждена настаивать. Ты должен жениться и обустроить свою детскую как можно быстрее. Если с мальчиком что-нибудь случится, графом станешь ты, а у графа должен быть наследник. Ты обязан защитить и сохранить титул Эшдаунов.
Чашка выскользнула из обессилевших пальцев Изабель, но она не обратила внимания на звон, уставившись в безжалостное лицо Онории, говорившей о смерти собственного внука.
— Что может случиться с Робином? — прохрипела Изабель. Ужас выдавливал съеденный завтрак обратно в горло.
Джейн, Чарлз и Онория разом обернулись к ней, глядя холодными глазами, словно обсуждали не ее сына, а какого-то незнакомца.
— Что может случиться с Робином? — повторила Изабель, не в силах думать о чем-нибудь еще.
— Дети умирают постоянно, графиня, — произнесла Джейн. — И большинство жен рожают больше одного сына.
Она нагло улыбнулась Изабель, словно ставя ей это в вину. Онория скрестила руки на своей необъятной груди и перевела взгляд на сына.
— Чарлз, ты пойдешь…
Но Чарлз вскочил на ноги, опрокинув чашку. Бренди потекло по белой скатерти, как кровь.
— Я сказал «нет», мать. Кажется, совершенно понятно, что для женитьбы на чертовой Миранде Арчер мне сначала требуется титул. Иди на проклятый музыкальный вечер сама, если считаешь, что от этого будет толк. Я не вижу смысла и дальше выставлять себя дураком.
Он злобно посмотрел на Изабель, она приготовилась к тому, что он обрушит свой гнев на нее, но Чарлз просто повернулся и вышел из столовой.
Онория некоторое время смотрела на захлопнувшуюся дверь, словно ждала, что он вернется. Даже у Джейн был удивленный вид.
 
Наконец Онория хмыкнула.
— Джейн, сейчас же напиши леди Портер-Пенуоррен записку с согласием. И скажи, что сопровождать Изабель буду я.
Джейн нацарапала что-то в блокноте.
— Еще что-нибудь, ваша милость?
Но Онория уже отвернулась от нее.
— Изабель, твои усилия насчет Чарлза меня разочаровывают. Когда ты в следующий раз сможешь поговорить с леди Мирандой или ее сестрой?
Изабель сцепила руки на коленях, стараясь унять дрожь. Сердце по-прежнему колотилось прямо в горле от страха за сына.
— Сегодня мы с графиней Уэстлейк не договаривались о встрече, — выдавила она.
Онория прищурилась, губы ее опасно искривились. В глазах свекрови ясно читалась угроза. Чарлз может стать графом только одним способом. Изабель понимала, что на этот раз она лишится не какой-нибудь ерунды вроде поездки с сыном за город. На этот раз они собираются навсегда отнять у нее Робина.
Неужели Чарлз сможет убить собственного племянника, чтобы получить желаемое? Паника возрастала, но Изабель подавила ее.
— И что ты предлагаешь сделать? — осведомилась Онория.
Мысли Изабель лихорадочно заметались.
— Может быть, вы пошлете леди Миранде букет от имени Чарлза? — предложила она, удивляясь, как спокойно звучит ее голос.
Букет, конечно, вышвырнут на помойку, но Онории об этом знать не обязательно. Зато это поможет выиграть драгоценное время.
— Превосходная идея. Джейн, позаботься об этом, — распорядилась Онория.
Изабель прислушивалась к тому, как царапает карандаш по бумаге. Паника все нарастала, грозя затопить.
Ей требовалась помощь, и она знала, к кому должна обратиться.
  
Глава 28
 
Марианна с Мирандой приехали в Блэквуд-Хаус очень рано и увидели Финеаса, вернувшегося домой на рассвете. Они сразу поняли, что он отсутствовал всю ночь, поскольку был небрит и в вечернем костюме.
Марианна, устремившаяся к нему через холл, как атакующий фрегат, сразу заметила мелькнувшее по лицу брата раздражение, но он уже попался и никак не мог сказать Крейну, что его нет дома. Финеас глянул на часы, а затем с изумлением на сестру. Она прекрасно знала, что никто не наносит визиты в такое время, но ее дело не могло ждать.
— Выглядишь ужасно, Финеас, — упрекнула брата Марианна вместо приветствия.
— Зато ты просто прелестна, — саркастически отозвался Финеас, разглядывая ее модную шляпку с таким лицом, будто в жизни не видел ничего глупее. — Кофе, пожалуйста, Крейн. Я провожу дам в салон.
Миранда рухнула в ближайшее кресло. Она выглядела такой же уставшей, как Финеас. Бесконечный светский водоворот, бесчисленные приемы и званые вечера, затягивающиеся за полночь, ее просто вымотали, но ей, как дебютантке, приходилось все это терпеть.
— Ты пришел или уходишь? — нетактично спросила Марианна брата, хотя отлично знала ответ. — Ничего удивительного, что ты спишь допоздна. Полагаю, ночами ты постоянно занимаешься всякими гадостями, соблазняешь вдов и учишь сирот жульничать в карты.
— Соблазняю вдов? — Он остро взглянул на нее. — Для тебя час тоже слишком ранний, а, Марианна? Мне казалось, приличное время для утренних визитов начинается с трех, а ты пришла на семь часов раньше. Может, надеялась поймать меня на чем-то дурном?
— Адам обычно встает в шесть, — возразила она. — И я завтракаю с ним каждое утро. Я пришла рано, потому что хотела поговорить с тобой до того, как проснется Каррингтон. Вроде бы он просыпается часов в девять.
— Потому что ложится в десять вечера, — пробормотал Финеас. — И зачем я тебе понадобился?
Марианна сняла перчатки и одарила брата сладчайшей, умилительной улыбкой.
— Я хочу попросить тебя оказать мне любезность, братец.
Он с подозрением прищурился.
— Это какую же?