Ты мой Истинный (СИ)

 — Асмодей — мой отец. И ничто не помешает мне освободить его. И если я выполню желание отца, то он наградит меня силой и властью.
 — Ты рехнулся, если считаешь, что я смогу принять это! — дрожь в голосе скрыть охотнику не удалось.
 — Я попрошу его не трогать тебя и твою семью, Алек.
 — А другие люди? Кто им поможет? Или они обречены на смерть?
 — Не в моей власти приказывать Высшему демону. — Магнус снова взял подрагивавшую ладонь Алека, который в этот раз даже не попытался выдернуть ее, обреченно смотря на Бейна.
 — Александр, я люблю тебя. — искренне сказал маг. — И всегда буду любить. Взамен я прошу немного, просто дай мне выполнить свое предназначение.
Лайтвуда прошибло. Он запутался в смешанных чувствах. С одной стороны, безграничное счастье, окрыленность, любовь. С другой - огромный груз осознания того, что его Истинный - на большую свою половину Демон. И вскоре человеческая часть окончательно покинет его.
Но не успел охотник дать ответ, как они оказались в спальне Бейна, и маг, приблизившись, прижался к нему, утыкаясь носом в шею и обнимая его за талию.
Так нежно, приятно и так по-родному, что захотелось завыть от безысходности.
 — Просто позволь мне любить тебя, Алек. — его голос был слишком липким, слишком манящим. Он буквально проник внутрь Лайтвуда, растекаясь под костями и обнимая сердце.
Руки нежно коснулись участка голой кожи спины над ремнем, от чего Алек вздрогнул, сжимая кулаки и стискивая челюсть. Пальцы волшебника тем временем пробежали вдоль лопаток, приподнимая кофту еще выше, оглаживая спину.
Нефилим чувствовал, как сладкий запах омеги проникает в его легкие, заполняя собой все мысли. Одуряющая, притягательная волна буквально вломилась в его рассудок, заставляя желать только одного.
 — Ты же чувствуешь это. — прошептал Бейн в самую шею охотника, грея ее своим дыханием. — Ты чувствуешь, что мы созданы друг для друга. — руки плавно ласкали спину под кофтой, ближе прижимая к себе нефилима.
Этот маг за такой короткий срок стал безумно важен для Алека. Он стал иметь над ним полную власть.
Таких, как он, Лайтвуд не встречал прежде.
Магнус - единственный, кому удалось зацепить так сильно, буквально впиться стальными клыками в горло, пробраться под кожу и дотянуться до самых костей.
Его запах, вкус, от которого такое ощущение, что весь организм мгновенно пропитался им.
А под ребрами стало уже совсем плохо. Тяжело, больно и приятно одновременно.
Алек, подчиняясь своим инстинктам и чувствам, осторожно обнял чародея, зарываясь носом в волосы, вдыхая любимый запах.
— Я не смогу жить, если потеряю тебя, Магнус. Только не сейчас, когда я понял, каково это - быть с тобой. - Альфа чувствовал своей грудью быстрые удары его маленького сердца. — Но закрыть на все глаза я тоже не могу. Мой долг спасать людей и уничтожать демонов.
 — Я тоже демон, Александр. Ты и меня должен уничтожить? — безжизненно прошелестел Бейн.
 — Я не смогу. — хриплым голосом отозвался Алек. Игнорировать ласкавшие его спину руки становилось все труднее. Постепенно он расслаблялся, окунаясь в омут ощущений.
 — Я тоже люблю тебя, Магнус. — запах сводил полуангела с ума, лишая воли и остатков самообладания. Склонившись чуть ниже, Лайтвуд провел кончиком носа по его щеке, вдыхая аромат такого любимого и родного мага.
— Мой Альфа… — жадно втянул воздух Бейн, окончательно стаскивая через голову свитер нефилима. Затем, приблизившись к приоткрытым губам, чуть замер, словно спрашивая разрешения.
  
Алек, с желанием смотря сверху вниз на мага, провел языком по своей нижней губе, чуть заметно кивая.
Магнус, не ощутив сопротивления, подался вперед, нежно накрывая потрескавшиеся губы своими. Осторожно, даже не пытаясь проникнуть внутрь, чуть соприкасаясь губами.
Только когда Алек сам притянул к себе мага, шумно вдыхая воздух носом, не разрывая поцелуй и приоткрывая губы, Бейн ловко скользнул в горячий рот нефилима.
Алек вздрогнул от неожиданности и остроты ощущений, когда его языка коснулся чужой, мягко поглаживая, лаская, словно стараясь успокоить.
Он застонал в поцелуй, как от афродизиака, введенного прямо в вены, топя в губах мага свое тяжелое дыхание.
Магнус начал двигаться вперед, заставляя нефилима послушно пятиться, медленно придвигаясь к кровати. Поцелуй все больше набирал оборот, переходя из легкого и невинного в животный.
Бейн толкнул охотника, наваливаясь сверху, снова приникая к сладким губам любимого. Он покрывал горячими влажными поцелуями пылающее лицо, шею и ключицы охотника. Щетина волшебника слегка царапала кожу, но это лишь распаляло Алека.
Магнус проходился рваными поцелуями от шеи к груди и обратно к губам, чувствуя под своими мягкую кожу полуангела. Он целовал и целовал, все никак не насыщаясь вкусом черного кофе с корицей.
Это настолько круто, что маг потерял счет времени.
Лайтвуд извивался от столь резких перемен температуры.
То его тело горело, когда волшебник целовал страстно с напором, жадно хватая каждый умолявший всхлип охотника. То его руки дрожали от резкого холода, когда Магнус спускался поцелуями к низу живота, нежно касаясь губами покрытой бусинками пота кожи.
Лайтвуд остро реагировал на каждое прикосновения мага. Непривычно было вот так просто поддаваться кому-то настолько сильно, от чего Алек забывал, что это он должен вести и подчинять. Но эмоции полностью захлестнули восполненный ласками мозг, так что все остальное казалось совершенно не важным.
Одежда влюбленных уже давно валялась на полу.
Маг, поглаживая бедра Алека, широко лизнул истекавшую смазкой разгоряченную головку, так что его Альфа жалобно заскулил и выгнулся дугой, стараясь глубже проникнуть в горячий рот.
Но когда Магнус, согнув ноги Алека в коленях, коснулся влажными от смазки пальцами подрагивавшего колечка мышц, нефилима будто окатили ледяной водой.
 — Что… ты делаешь…? — слова обрывались, растворяясь во вздохе, но Алек не попытался отстраниться от проникавшего в него пальца. — Я — Альфа…
 — А я люблю выпить. — хитро усмехнулся волшебник, но, поймав на себе расфокусированный и непонимающий взгляд голубых глаз, продолжил:
 — Что? Я думал, у нас минутка откровений. — он слегка согнул внутри него палец и, видя, как расширяются черные зрачки, почти полностью заполоняя собой голубой цвет, расплылся в широкой улыбке.
 — Хочешь, чтобы я прекратил?
Охотник ахнул, поперхнувшись, а потом палец пошевелился снова, глубже проникая, задевая нужную точку, и волны жара вновь вскипели, одна за другой захлестывая и губы, и сердце, сладостно плавя мозги.
Алек понял, что в комнате было не так уж и жарко. До этого момента.
Когда маг посчитал, что достаточно подготовил своего Альфу, снова прикоснулся к его губам, подкладывая под поясницу подушку. Возбуждение зашкаливало от такой картины, где Алек лежал, раскинувшись на кровати с раскрасневшимися скулами, растрепанными волосами. Таким раскрытым, податливым, подчиняющимся.
Лайтвуда уже трясло от напряжения в мышцах, хотелось уже получить свободу, разрядку. Охотника вело от того, что его Омега доминировал. Только ему он доверял настолько, чтобы позволить это.