Сын Тишайшего 4 (СИ)

Ещё все служащие экспериментальных цехов и военные, приписанные к полигону, получают дополнительный паёк, в виде зерна и овса для коней. Мне не жалко, а людям приятно.
Хотя с продуктами у нас полный порядок, ещё в столовой кормят обедом. А дети всех работников и солдат ходят в школу. Преподавание здесь на таком уровне, что позавидует Академия или любой европейский университет. Математику у нас преподают офицеры-артиллеристы, а уроки литературы ведёт Юрий Осорьин, сын известного писателя и внук святой Иулиании[1]. О чём говорить, если лекции по истории ребятам читает лично царь. Есть у меня такая слабость, люблю пообщаться с подрастающим поколением, заодно провести правильную идеологическую обработку. Только на мои нечастые уроки собирается и взрослая часть посёлка. Я ведь рассказываю события прошлого в нестандартной форме.
  
Яков Батищев[2], который божился, что агрегат будет работать, из молодых да ранних. Сообразительный парнишка случайно попал в помощники к мастеру, умудрившись за полтора года освоить токарное дело, и превзойти своего учителя. Я сразу отправил самородка в школу, без отрыва для производства. И вот, по прошествии трёх лет юный мастер самостоятельно выполнил сложнейшее задание.
В Коломенском вообще подобралась талантливая команда, где на первые роли выходит молодёжь. Чуть позже один из них будет развлекать публику фейерверками. Вообще-то, Васька Корчмин[3] занимается пушками и ракетами. Хотя я планирую создать для самородка отельную структуру, которая будет заниматься станкостроением. Но частенько мастеровым дают работы для гражданской области. Однако не стоит забывать о главном предназначении цеха.
Именно Яков в короткие сроки построил качающуюся платформу для Воронежского полигона. После изучения которой меня посетила очередная гениальная идея. В первую очередь я подумал о детях, и разнообразии досуга подданных.
Однако многие европейцы считают русского царя тираном и чудовищем, пьющим на завтрак кровь подданных. Утрирую, но моя репутация скоро будет похожа на недобрую славу Ивана Грозного. Причина тому банальная зависть и злоба. Я ведь пресёк взяточничество, в том числе на таможне, разрушив схемы различным гешефтмахерам. К тому же Россия начала продавать готовые товары, вместо сырья, нанеся по махинаторам ещё более мощный удар. Добавьте запуск Волжского транзита, ударившего по интересам даже крупных компаний, вроде Голландской Ост-индийской. Внутренние враги тоже постарались, особенно попы, разнося мифы и сплетни. Вот вам готовый образ, которым можно пугать европейское общество.
Я же за шесть лет написал и издал дюжину детских книжек, организовал несколько праздников, вроде ёлки или Зимних игр, придумал десяток игр, начал выпускать велосипеды и создал индустрию производства игрушек. Какой-то странный получается деспот и садист.
Ладно, плевать на недоумков. Платформа натолкнула меня на создание карусели. В России такой забавы пока нет. Говорят, французы изобрели чего-то подобное, но сомневаюсь, что тамошние инженеры превзошли моих умельцев.
Можно подумать, мол, царь-самодур развлекается, отвлекая рабочий люд от важных дел. А кто-нибудь вообще задумывался о сложности изготовления подобной конструкции, располагая весьма скудной производственной базой? С инструментами сейчас тоже беда. Но у парней получилось. Более того, они успели к сроку и заслуживают премии.
К чему такая спешка? Ведь недавно отгремели рождественские гуляния и Зимние игры. Просто двадцатого января день рождения моего старшего племянника — Миши Морткина. Который необходимо отпраздновать красиво, заложив новую традицию.
Плюс, большая часть знати, включая нашу родню, съезжается в Москву, где проводит январь и февраль. Зимой мы не воюем, деловая активность существенно сокращается, а в имениях особо делать нечего. Вот высокородные товарищи развлекаются, как могут. Заодно порадую своих высокородных подданных. Для простого народа карусель пока слишком дорогая игрушка.
Касаемо нашего семейного праздника, то я собрал не только прямых родственников, но и породнившееся с нами семейства. К моему удивлению, набралось их немало. Летом мы сыграли свадьбы Екатерины с Петром Долгоруковым и Марии с Михаилом Воротынским. Со вторым бракосочетанием возникли небольшие сложности. Жених и невеста, троюродные брат с сестрой, и подобный союз требует одобрения церкви.
Я предложил Маше выбрать другого мужа, но она заупрямилась. Уж слишком по нраву ей пришёлся последний представитель Черниговской ветви Рюриковичей. Мне Михаил тоже понравился. Несмотря на молодость, он хорошо проявил себя в Министерстве промышленности, удивив отличным образованием и здравостью суждений. Думаю, через годик назначить зятя товарищем министра. В общем, всё складывается неплохо. Осталось выдать замуж Феодосию, дождаться, когда Наталье исполниться шестнадцать и можно выдохнуть. Всё-таки семь сестёр — это многовато. Ведь за каждой надо дать богатое приданое. Затем рассовать на хорошие места новую родню, что весьма непросто.
Зато семейные празднества у нас становятся всё масштабнее. В Коломенское приехало более восьмидесяти гостей, включая двадцать детей, ровесников Михаила. Собственно, для мелких аристократов и проводится праздник. Хорошо, что недавно строители сдали помещение для принятия множества гостей. Сейчас опробуем новинку, затем торжественный обед и большая часть народа разъедется по домам, благо им недалеко.
Между тем собравшиеся ахнули, когда слуги сдёрнули ткани, скрывавшие карусель. Оно и немудрено. На круглой платформе располагались деревянные лошадки и олени, запряжённые в небольшие сани. Выглядит всё красиво и таинственно. Детей постарше мы посадим на крупы игрушечных животных, а малышня поедет в возках. Дабы не терять время, начинаю раздавать команды.
— Фёдор, сажай Мишу на коня. Не бойся, платформа крутится тихо, — приказываю Морткину, который сразу разобрался в схеме работы механизма, — Бери Машу на руки и сам садись в сани. Пётр и Юрий, вы тоже с нами. Выберите племянников постарше, кого разместить на животных.
Это я уже обращаюсь к Волконскому и Барятинскому. Надо соблюдать старшинство, поэтому первыми поедут мужья Евдокии, Марфы и Софьи. И царь с наследником, конечно.
Поэтому я первым вступаю на деревянный пол платформы, подпрыгиваю, оценивая устойчивость. Вроде порядок. Сажусь в декоративные сани и протягиваю руки. Расторопные няньки тут же передают мне счастливого Сашеньку. Володя ещё слишком мал и остался в доме. Пока народ рассаживался под комментарии и советы пришедших в себя родственников, ко мне подбежала Наталья.
— Я тоже хочу прокатиться на лошадке! — смешно надув губки восклицает сестрёнка.
— Так, все места заняты. Поедешь после нас. И вообще, ты девица и нечего лезть вперёд старших!
Судя по недовольному взгляду, сестрица хочет стать первопроходцем вместе с нами. Что подтвердили её дальнейшие слова.
— Ничего страшного, мне будет удобно и на олене, — не дав мне возразить, Наталья вскочила на животное, усевшись на нём женской посадкой.
Вот что с ней делать? Не ругать же прилюдно. Нарышкиной сегодня нет. Та может хоть иногда одёрнуть шебутную дочку. Машу рукой на это непотребство и оглядываю платформу. Вроде все расселись.
— Поехали! — командую Батищеву, дабы тот начинал крутить ворот, вращающий механизм.
Что тут началось! Пусть карусель крутилась тихо, но это было завораживающе! Даже я вспомнил посещение городского парка с детьми в своём времени. Столько было у них восторга! Чего говорить о юной поросли из XVII века? Их состояние можно выразить одним словом — счастье! Ну и детвора не сдержала эмоций, огласив окрестности дружным радостным криком. От мелочи не отставала Наталья, мотавшая ногами от восторга! Значит, затея удалась. Кто молодец? Правильно — один мутный попаданец.
  
Я тоже радовался происходящему, обняв смеющегося сына. Только у меня свой резон. Изготовление столь сложного для русской промышленности механизма — самый настоящий прорыв! Мастера сделали невероятную работу! В процессе производства умельцы применили новые способы обработки металла, фактически создав прообраз токарного станка! Кто не видел, на чём сейчас работают люди, меня не поймёт. Грубо говоря — это шаг в освоении новых технологий! И сделали его русские мастера, что особенно важно!