Красавица для миллиардера (СИ)

61
— Я это не надену! — заявляю так, что, кажется, нас слышат все посетители в салоне.
Щеки полыхают румянцем, отражение любезно показывает, что сейчас я похожа на маков цвет, а не миленькую невесту.
Платье, конечно, красивое, но слишком… открытое и вызывающее. Это свадьба, а не наряд для клуба, в котором нас так, играючи, свела судьба.
Слишком открыта грудь, полностью обнажена спина, даже клинышком уходит через всю поясницу, чуть оголяя ямочку между ягодицами.
— Лида, это не стриптиз! Это свадьба!
— Поэтому тут можно позволить себе оторваться, — ни капли не смущается она, опираясь плечом на стенку примерочной. — Зато смотри, как хорошо по фигуре.
Я только фыркаю, как рассерженный пони и аккуратно снимаю наряд. Повелась на уговоры, примерила — всё. Но куда же? Архип и Демьян — горячие мужчины, значит, родня там такая же. Нельзя появляться в подобном! Да и, честно говоря, я не хочу все время думать, что платье в любом момент рухнет вниз, оставив меня только в трусиках и лифчике. Хотя, о чем это я? Такое платье явно не предусматривает ни того, другого.
Одно дело для спальни, где можно поиграть в разные будоражащие кровь игры, и другое, когда это мероприятие с кучей гостей. Знаю, что там их будет… много. Это мне практически некого приглашать, кроме Лиды, Тани и Ирины Олеговны, а Кагратовы… у них много друзей и родни, так что…
— Ну и зря, — хмыкает Лида, — невеста должна быть какая самая сладкая сказка в самый главный день своей жизни.
— Сладкая сказка, а не развратный триллер, — замечаю я. — Это разные вещи.
— Алиска, ты зануда!
— Вот наденешь такое на свою свадьбу!
— Ну нет, это не про меня, — фыркает она. — Обычно интересующие меня мужчины уже женаты.
— Просто ты не на тех смотришь, почему бы не обратить внимание на хороших парней, которые могут заработать деньги при помощи рук и головы?
— Это ты на Вадима, что ли, намекаешь?
— А что? Он к тебе неравнодушен. К тому же по твоему поведению видно, что ты к нему тоже!
Лида забирает у меня платье, что— то ворчит про слишком проницательных подруг, которые, по ее мнению, слишком стыдливы, и уходит, чтобы взять другое.
Конечно, Архип дал добро использовать его карты как захочу, но я решила, что глупо раскидываться деньгами не буду. Сама, конечно, я бы никогда не пошла в салон, в котором нахожусь сейчас, но… для этого у меня есть Лида, которая прекрасно разбирается в моде и ценах. Поэтому её и взяла в качестве оценщика и советчика.
Возле нас, конечно, сразу же начали кружить продавцы и консультанты, расточая медовые улыбки, но Лида достаточно быстро взяла ситуацию под контроль, дав понять, что если нам понадобиться помощь, то мы сразу за ней обратимся.
Проблема была в том, что мне ничего не нравилось. Нет, платья были замечательными, но ни одно не подходило ни к моему состояния, ни настроению. Ничего развратного, ничего вызывающего, но и… безликого тоже не хотелось.
Когда нас снова спросили и предложили новые варианты, я только покачала головой. Лида не растерялась, утащила меня из салона и повела в следующей. Так удачно совпало, что мы прошли мимо салона красоты, где работали её знакомые, и сумели вне графика втиснуться с записью на прическу и макияж.
— Ну ничего страшного, — утешающе бормочет Лида, — будешь красивая сверху, наденешь спортивки, авось никто не заметит.
— Лида!
— Что Лида? — невинно хлопает она ресницами. — Хорошее предложение: и удобное, и мягко, и гладить не надо. Будешь чувствовать себя как перед теликом дома, даже не страшно замазать шашлыком.
— Ты так говоришь, будто это первое, что делают все невесты на свадьбе, — бурчу я.
— Кто-то делает личико милашки, кто-то — минет жениху под столом. Все зависит исключительно от невест!
— Фу, какая ты пошлячка!
Фисташковое мороженое приподняло настроение, и на такси мы добрались до следующего свадебного салона, решив, что пешком идти слишком жарко — столбик термометра бодро зашкаливал за тридцать.
Нужное мы нашли только в четвертом по счету салоне. Лида уже готова была сдаться и перенести встречу на завтра.
 
— Ты все считаешь не таким. Сейчас позвоню твоему Архипу, попрошу подарить золотые наручники с бриллиантами, да так и пойдешь к алтарю, — грозит она.
— Мы в такие игры не играем, — смеюсь я. — Архип хочет меня без всяких дополнительных штучек.
— Дополнительные штучки, как ты их называешь, дорогуша моя, — замечает Лида, — это не для того, чтобы возбудить партнера, который не возбуждается, а чтобы сделать ваш секс более пикантным, вот и всего.
Я отмахиваюсь, искренне надеясь, что кончики ушей не алеют. Я не столь раскрепощена, как Лида, поэтому на многое реагирую как завзятая стесняшка. Хотя… почему как? Я и есть стесняшка, пусть Архип и работает в этом направлении.
То самое платье нам приносит сотрудница салона перед самым закрытием и предлагает примерить:
— Попробуйте это. Оно должно хорошо сесть и подойдет к вашим удивительным волосам.
Комплимент совершенно бесхитростный, но я чувствую, что искренний. Да и продавец такая миленькая и молоденькая, кажется, ещё не научилась делать продажи ради продаж.
Стоит только надеть его, как я понимаю: оно! То самое!
Открытые плечи, но скрытые тонким капроном, расшитым маленькими жемчужинками. Строгий и одновременно женственный силуэт, прекрасно подчеркнутая талия белым атласом и длина до щиколоток. Туфли на высоком каблуке не будут смотреться как— то не так, а наоборот дадут возможность двигаться более мягко и плавно. Фасон платья делает меня нежнее и немного моложе, чем на самом деле.
Даже Лида смотрит, затаив дыхание:
— Отлично, Алис. Ты — сама невинность и очарование. Архип снова в тебя влюбится.
Я смотрю на себя со всех сторон, жалко, что нельзя осмотреть со стороны, человеческий организм на такое не способен.
— Мне оно подходит. Именно то, что я хотела.
— Вам несказанно идёт, — поддерживает продавец. — Вы будете самой красивой невестой.
— Главное, чтобы самой любимой, — улыбаюсь я и киваю. — Мы берем его.
Эпилог
Сказать, что я нервничаю, ничего не сказать. Почему-то все время кажется, что мы везде опоздаем, как бы я ни старалась втиснуться в строгий график. В какой-то момент Лида, которая везде ездит со мной, не выдерживает и предлагает:
— Алиса, давай я в магазин, там шампанское в таких маленьких баночках. Стресс снять, а то ты в обморок грохнешься прямо у алтаря. Архипу не нужна бессознательная невеста.
— Девушка, — с укором произносит мастер, делающий макияж мне, — лучше валерьянки.
— Меня не возьмёт, — бормочу я, но, разумеется, и от шампанского тоже отказываюсь. Не хватало ещё в подобном виде заявиться на собственную свадьбу.
Тем не менее, не смотря на все нервы и суету, мы прекрасно укладываемся в сроки. А когда Архип смотрит на меня в свадебном платье восхищённым и нежным взглядом, то пропадают все слова, зато сердце стучит как бешеное.
Церемония проходит без сучка и задоринки. От поцелуя, который дарят губы любимого мужчины, едва не подкашиваются ноги, хотя я приказываю себе держаться и не позволять слабину. Все эмоции потом — в спальне, во время брачной ночи. Пусть у нас уже был секс, но брачная ночь — это брачная ночь.
После этого я кидаю букет в толпу шустро собравшихся девушек, среди которых родственницы Кагратовых, коллеги и подруги. Букет ловит Пелагея и, честно говоря, и искренне этому рада. Она подмигивает мне, а потом совсем по— девчоночьи показывает кончик языка Архипу и Демьяну. Кажется, братьям предстоит новый квест по защите любимой сестренки и отгону от неё женихов.
Мы усаживаемся за стол. Я очарована гостями и пожеланиями, которые они нам говорят. Столь прекрасных слов и в таком количестве я, наверное, никогда не слышала. Архип под столом сжимает мою руку, и мне думается, что я самая счастливая женщина на свете.
Всё торжество пролетает как самая настоящая. А когда мы отправляемся в номер для молодожёнов, специально снятый Архипом для этих целей, то меня тут же сгребают в объятия и прижимаются к губам. Снова голова кругом, на этот раз от несказанного счастья и уверенности, что этот мужчина — мой. Навсегда мой.