Восхождение язычника 5 (СИ)

Спустя неделю и река вскрылась, и мы начали готовиться к походу в Новгород. К середине апреля ледоход сошёл на нет, и, выждав неделю на драккаре и кноре, я отправился в Новгород. Кастору и Филиппу наказал быть готовыми встречать оборотней и возле города выстроить навесы и тёплые амбары, где они и дожидались бы моего возвращения, да и насчет дядьки дал наказ, если он появится раньше, чем я успею вернуться.
Ирина и Варна остались у меня в городе, Ирина теперь была замужней и у нее имелся свой дом, а у Варны на руках младенчик, и ей пришлось остаться.
В Новгороде же меня ждали новости, князь Владимир покинул город, оставив его на посадника, которого назначил, а сам на трёх кораблях с ближней дружиной убыл.
Народ много на торге шептался, обсуждая эту новость, кто считал, что он сбежал, а кто-то, что ушёл искать войско и обязательно вернется.
Князь не просто так ушёл, ведь этой зимой в Полоцке погиб его брат, Олег Святославович, народ судачил о том, что его убил самый старший из братьев, Ярополк Святославович, и князь Владимир будет следующим, и тогда Ярополк возьмет всю власть себе.
Дружинники же, которые остались, были подчинены посаднику, многим это пришлось не по нраву, и они ушли из дружины.
Среди ушедших, как я выяснил, были и мои знакомцы по княжескому пиру: Путимир, Бажен и Дириг. Упускать возможность обзавестись бывшими дружинниками я не стал и наведался к ним в гости с гостинцами. Встретили меня приветливо, и разговор сладился, как итог, я смог нанять на год тридцать бывших дружинников, включая и своих знакомых. За службу они запросили изрядно, по три золотых за год, полное содержание и долю в добыче.
Пока я нанимал дружинников, Димитр нашёл Боняту и договорился о найме на новое строительство, а также прикупил холопов.
Как только все дела были завершены, мы отплыли из Новгорода в Ярово городище.
Приближаясь к своему городу, я заприметил на причале ладьи, а это значит, что дядька Колояр уже прибыл, улыбка сама вылезла на лицо при мысли о встрече с родичами.
Причалив, я отдал распоряжения и, назначив главных, сам двинулся в сторону города.
Поднявшись по кручине, я заприметил в стороне леса уже стоящие постройки,вот только никого там не было. Неужто оборотни не пришли?
Тем временем возле ворот нас уже вовсю встречали. Среди встречающих были и мои родичи.
— О, Яромир, здрав будь, — первым приветствовал меня дядька, а после и братья Горисвет и Володар.
— И вы здравы будьте, Родичи, — обнял я их в ответ. — Лёгок ли был ваш путь?
— О, все хорошо, — прогудел дядька.
— Яромир, — окликнул меня Филипп. Лицо было у него озабоченное, да и голос напряженный.
— Филипп, это подождёт, я только с родичами встретился, — недовольно произнёс я.
Мой друг скривился и помотал головой.
«Видимо, действительно что-то срочное и важное»,— промелькнуло у меня в мыслях.
— Ну? — кивнул я.
— Нам бы наедине и тишком переговорить, — негромко произнёс он.
— Ладно, — кивнул я.
— Кастор, — сказал, найдя среди встречающих лицо своего управляющего. — Пусть стол накрывают, и позаботься о новых людях, — я кивнул в сторону реки.
— Все сделаю, — тут же отозвался он и начал наводить суету.
— Дядюшка, братья, — обратился я к родичам, сейчас переговорю с Филиппом, и обсудим наши дела.
— Добро, — кивнул Колояр, я, подхватив Филиппа, увел его в укромное место, где нас никто не сможет подслушать.
— Так что случилось? — обратился я к другу.
— Посланник прибыл, весть принес, что против тебя войско собирают большое.
  
Глава 16
 
Глава 16
— Та-а-ак, — протянул я, пытаясь осознать услышанное и разглядывая Филиппа, который серьезно смотрел на меня. — Подробности нужны! Кто принес весть? Правда ли это, а не обман? Сколько вражин будет? С какой стороны явятся и когда ждать?
— Хм, — прокашлялся он. — Две седмицы назад весть принесли о том, что против тебя чудь выступать собирается. Весть принес сын Лембита, — начал отвечать Филипп.
 
— Вот оно как, — задумчиво протянул я.
Не зря, значит, я провернул его назначение, и его клятва не пустые слова. Опять же, если он отправил ко мне собственного сына, то это наверняка правда. Не стал бы он собственным ребенком рисковать, да и доверить такую новость иному было бы опасно, а тут, так сказать, дела семейные.
— Где он? Мне надо самому с ним поговорить, — произнес я.
— Здесь он у нас, хотел было домой возвращаться, но я не пустил. Как знал, что ты с ним захочешь перемолвиться, — довольно протянул Филипп и повел меня в сторону моего терема.
Двигаясь вслед за Филиппом, я заметил, что стражи дежурят не только на воротах города, но и на воротах, ведущих к моему терему.
По сути, у меня не просто терем, а настоящая крепость на территории городка, огороженная своей защитной стеной и со своими воротами.
— Нас врасплох не застанут? — бросил я в спину Филиппа.
— Не-е, я людей разместил на самых удобных подходах к городу, должны упредить, — обернувшись, ответил глава моей стражи, на что я кивнул.
Пройдя пару метров, Филипп остановился возле одного из срубов, у которого ошивался Первун.
— Здрав будь, Яромир, — тут же отреагировал Первун и отвесил мне короткий поклон.
— И ты здрав будь, — ответил я, оглядывая дверь сруба, которая была подперта толстой жердиной.
— Вы его взаперти держите? — Я выгнул бровь, глянув на Филиппа.
— Да, он к отцу стремился вернуться, я решил, пусть подождет, — ответил немного смущенно Филипп.
— Поди, еще и связан? — со смешком произнес я.
— Да ну, куда он денется-то, — ответил Филипп и подал знак Первуну, чтобы тот убрал жердину.
— Понятно. Первун, кликни Герася, толмачить будет, — приказал я бойцу.
— Не стоит, он по-нашенски разумеет, — вмешался Филипп.
«О как, по-нашенски, совсем обрусел мой друг, или правильно будет ославянился?» — промелькнуло у меня в голове. Да и сошелся он тут с одной из вдов, что я из полона пруссов освободил. Надеюсь, и потомством скоро обзаведется.
Отворив дверь, я зашел в сруб, внутри стоял полумрак, лишь из меленьких окон под потолком лился свет.
На лежанке из шкур, заложив руку за голову и уставившись в потолок, лежал отрок лет пятнадцати.
— Химот, вставай давай, расскажи все, с чем тебя отец послал, — громко произнес Филипп, зашедший вслед за мной.
Отрок с неохотой поднялся со своего ложа.
Одетый весьма неплохо по нынешним временам, высокий и худощавый, все еще нескладный по-мальчишечьи, лицом же он был похож на своего отца Лембита.
— Я уже все рассказал, — буркнул он, глядя на нас исподлобья.
Мда, парень приехал по приказу отца предупредить нас, а вместо благодарности его заперли да домой не пускают. Я бы тоже был зол.
— Филипп, погодь, — приподнял я руку, останавливая своего друга.
— Как скажешь, — чуть скривился Филипп.
— Химот, тебя так звать? — обратился я к отроку, который, так же глядя исподлобья, просто кивнул.
— Меня Яромир, тебя ко мне с вестью отправили, да токмо не было меня здесь. Расскажи все, что знаешь.
— А домой отпустите? — парень угрюмо и с недоверием на меня глянул.
— Отпустим, но не сразу. Тут уж не взыщи, опасно тебя одного домой отпускать, попасться можешь не в те руки, и как я потом в глаза твоему отцу смотреть буду? Так что, как отобьемся от врага, и отпущу, слово тебе даю.
Химот глянул на Филиппа, а после на меня, тяжко вздохнул и начал говорить:
— Видел я тебя зимой, Яромир, это же ты к нам с войском приходил. Отца старостой сделал, кольцо ему даровал да рану своей силой затворил, еще и шкур с нас взял, — протараторил парень. Да и не токмо с нас, но и с других. Прознали о тебе соседи наши, что шкуры с нас дерешь, да о городке твоем богатом, что в нем вдосталь всего есть. Вот и ополчились на тебя! К нам приезжали Калью, у него град на большой воде, и Юсс, он со стороны Пейпси, о тебе расспрашивали и тех, кто на тебя в поход ходил. Да предложили вместе на тебя идти, отец отказался да людей удержал, но не всех. Говорили они также, что и из соседей наших, кривичей, тоже будут, — на одном дыхании произнес Химот.