Ipso jure. /лат. «В силу закона.» (СИ)
— Месть сладка, не правда ли, Блэк?
— Вы… — Рогозину даже не хватило в груди воздуха, чтобы выразить к биологическому отцу свой гнев. — Самый омерзительный человек из всех, кого я знаю…
— Я припомню тебе это, Рогозин… — Снейп впервые смотрел на него с дикой ненавистью в глазах.
— Ты отказался от меня… — прошипел на латыни Вячеслав, — неужто ты посмеешь мне что-то указывать? Ты отказался от меня, как от собственного ребенка, от сына… Как от ненужной вещи… Почему же?
Палочка медленно сделала полуоборот, и замерла напротив груди Славы. Тот, не ощущая своего страха, нащупал в кармане складной ножик… И тут черные глаза встретились с зелеными.
— Не подходи к нему, мерзкий гад! — прорычал Блэк, но Люпин не дал ему этого сделать… — О чем ты только что сейчас говорил?!
Прежде чем кто-то смог что-либо сделать, с губ Вячеслава само собой слетело оглушающее заклятие… Снейпа волной заклятия сбило с ног, проволокло по полу, и тот потерял сознание…
Рогозин тяжело дышал. Только что, по взгляду, который кинул на него его… отец, он понял все… все… И сейчас…
— Луна, помоги мне его связать…
— Зачем ты его оглушил, Слава? — сурово спросил Люпин; Полумна терпеливо проверяла узлы, не спрашивая, — за это…
— Ты напал на преподавателя… Напал на преподавателя… — в ужасе прошептала Гермиона, как зачарованная глядя на безжизненную фигуру Снейп. — Ох, какие тебя ждут неприятности…
— Я в своем праве, Гермиона. Завтра узнаешь, почему… — Рогозин говорил это сквозь зубы, так как потная рука в кармане все еще крепко держала острый нож, а ненависть, натворившая сейчас столько бед, очень хотела увидеть агонию этого ублюдка. — Завтра все и все узнают… Хватит. Пора положить конец этой лжи…
Неожиданно лицо Ремуса Люпина исказилось от боли; он осел на землю.
— Он превращается в оборотня! — мгновенно узнал первые симптомы Блэк. — Наверное, он забыл принять зелье! Нам всем надо срочно отсюда уходить!
— Я знаю куда… Ты можешь взять этого… урода с собой? — кивнул на неподвижное тело профессора зелий Рогозин.
— Не вопрос… А как…
— Кандалы! — мгновенно сообразила Полумна, и произвела нужные чары волшебной палочкой. Теперь превращающийся в монстра Люпин был похож на клубок из цепей. — Они не дадут ему нас укусить! И он из них не вырвется!
— Сириус, слушай сейчас меня внимательно… — Рогозин отошел от возившегося в цепях оборотня, — сейчас тебе нужно идти со мной! Вот-вот сюда могут явится дементоры! Они обыскивают деревню! Нам нужно уйти вместе, на территорию Российской Федерации. Моя приемная мама тоже знает, что невиновен, она что-нибудь придумает! И знает о твоей невиновности еще и Амелия Боунс! Я помогу тебе, только доверься мне…
— Я полностью доверяю тебе, крестник, — и Рогозин, даже несмотря на то, что Сириус Блэк был не в чистой одежде, обнял его…
Рогозина, как только Вячеслав сделал ей звонок по мобильному телефону и коротко сказал, что Сириус Блэк стоит у него перед глазами, немедленно велела «перебросить» его амулетом прямо в ФЭС: она задержалась, и сейчас ситуация для проведения допроса была просто идеальной. Велев Ивану отключить все камеры в ФЭС, а Круглову приготовить допросную, она начала
Но, к ее удивлению, вместе с ним прибыл и бледный как бумага Вячеслав, Полумна, Невилл и Гермиона. Вячеслав, Невилл и Сириус волокли на себе бесчувственную «тушку» профессора зельевания…
— Извини, мама, мне пришлось оглушить… профессора. Сам идти к тебе он отказался…
— Что стряслось, Слава, что ты такой бледный?
— Мама… — очень мрачно проговорил сын, — то, что я сейчас понял… Последний кусок складной мозаики, он… Вызывал у меня такое… сильное отвращение, что ты и представить себе это не можешь… — Рогозин едва сдерживался, чтобы не достать этот чертов острый нож и провести им по отцовской шее.
— Галь, я все, — раздался голос Круглова. Нахождению самого опасного и разыскиваемого преступника Англии номер один в стенах родной ФЭС он не удивился. — Иван отключил все камеры, можно идти… А что тут делает этот… человек?
— Прошу любить и жаловать, Николай Петрович, — проговорил парень, ощущая что его язык едва поворачивается у него во рту, — это мой биологический папаша… И, по совместительству, насильник и убийца…
Рогозина тут неожиданно побледнела…
====== Долгая ночь. Часть 3. ======
— Коль, — проговорила Рогозина, отправив ненужных свидетелей — Невилла и Грэйнджер с явившейся за ними мадам Боунс. Сириус добровольно дал себя заковать в наручники, и даже преспокойно проследовал в фэс-овское КПЗ. Боунс вот-вот грозила явиться обратно с сюда с мракоборцами под «самый соус». — Я хочу, чтобы ты сейчас побыл с Вячеславом… Я боюсь, что он сорвется… не выдержит… Того, что сейчас услышит…
Круглов кивнул. Он и так видел — на парне просто лица не было. Полумна просто мертвой хваткой вцепилась в Славу, и ничего не говоря, молчаливо поддерживала его. Рогозин-младший безучастно смотрел по сторонам, словно был полностью погружённым в свои мысли.
Снейп мрачно смотрел на белые стены допросной и особенно на вход. Старался выбраться из специальных цепей (мадам Боунс дала Рогозиной полный карт-бланш, как только услышала краткий рассказ Вячеслава), но не тут-то было…
Обе женщины появились незаметно. Просто дверь распахнулась, и в ее вошли сначала двое мощных и рослых мужчин в мантиях, а затем и сама глава Магического Департамента. После вошла Рогозина, и тут майор подумал, что никогда прежде не видел ее в таком гневе. Ее пальцы судорожно стискивали папку с белыми завязками, глаза сузились и коршуном смотрели в лицо этому мужчине. Серо-стальные глаза, казалось, сейчас были готовы проникнуть в самую душу человека, в самый потаенный уголок души…
Снейп молчал, стискивая зубы.
— Итак, — начала говорить Боунс, — мы задержали вас в связи с новыми открывшимися обстоятельствами по делу убийства семьи Поттеров. Вы, может, сами нам все расскажите?
— Срок исковой давности уже давно прошел… — прошипел он.
— Да вы что?! — притворно удивилась Амелия Боунс. — Галина Николаевна, покажите обвиняемому улики…
Рогозина сразу выложила перед ним анализы крови, что они со Славой нашли в доме. Потом положила порванную фотографию, потом анализ ДНК с волоса, потом анализ потожировых, а потом фотографию Вячеслава и, наконец-то сравнительный анализ ДНК Рогозина-младшего и его самого.
— Так вы признаёте, что Вячеслав Рогозин — ваш сын, родившейся от вашей связи с Лили Поттер, в девичестве Эванс?
— Признаю.
Круглов содрогнулся. Посмотрел на Вячеслава. Тот тяжело дышал как после быстрой пробежки.
— Как это произошло?
— Я выманил ее из дома письмом, просил принять мои извинения в ее адрес. Потом вы знаете…
Он кинул взгляд там, где находилась стена-обманка. Рогозин сжал руку в кулак так, ногти пробили кожу и пошла кровь. Луна молча взяла руку, разжала пальцы, один за другим. Потом — и Круглов даже удивился, достала перекись и вату. Наблюдая, как она аккуратно протирает ранки, а Вячеслав при этом даже не морщится, он неожиданно понял, почему Рогозина уже даже не шипит при ее присутствии. Было видно — они сложившаяся пара. Трудно теперь их будет представить друг без друга, если что…
— Вы признаёте, что натравили Темного Лорда на их семью?
— Натравил на их семью его не я один. Я хотел лишь жизнь Джеймса Поттера… — в черных глазах отразилась сильнейшая ненависть, а цепи, что сковывали его, громко звякнули. — И я ее получил…
— Банально… — покачала головой Боунс, подходя к нему и рывком поднимая рукав мантии — там была татуировка Темного Лорда, — Лили отказала вам, ушла от вас к более лучшему, доброму и более смелому…
— Джеймс Поттер был наглецом! Позером! Хвастуном! — сейчас Северус Снейп был не похож на себя: в глазах горели самые настоящие угли. Каждая черточка его лица говорила о дикой к нему ненависти. Ненависти, которая может сравнять весь мир с землей…