Обреченная и обрученная (СИ)

Алана, приехавшего на каникулы, мы встретили праздничным ужином. Сам он тоже вел себя как всегда вежливо и доброжелательно, постоянно справлялся о моем здоровье и самочувствии, правда, иногда все же бросал взгляд то на мой лот, то на живот, которого еще даже не успел округлиться. Но я списывала это на юношеское любопытство и, возможно, легкую ревность, что испытывают против воли все старшие дети, когда в семье ожидается пополнение.
В остальном же, мы с Аланом прекрасно общались, иногда гуляли вместе по парку или играли в местные карты. В один из дней я тоже предложила ему составить мне компанию на прогулке, тем более мне хотелось выйти за пределы замка и сходить к храму, чего я не могла сделать в одиночестве.
Вид святилища меня порадовал, оставалось совсем чуть-чуть до того момента, как сюда смогут приходить паломники.
– Отлично, – похвалила я рабочих. – Спасибо, к концу недели получите расчет…
– Это здорово, что вы решили восстановить храм, матушка, – сказал Алан уже на обратном пути.
– Я просто хотела выказать благодарность богине за то, что она подарила нам с вилоном ребенка. Думаю, это лишь малое, что я могу сделать для нее в ответ…– я с улыбкой оглянулась на парня, который шел позади.
Мы спускались с пригорка по узкой крутой тропинке, и я старалась ступать аккуратно, чтоб ненароком не споткнуться. Однако толчок в спину, резкий и сильный, сбил меня с ног, не оставив никаких шансов удержать равновесие. Я кубарем покатилась вниз, хватаясь попутно за ветки и корни. Все кружилось и мелькало перед глазами, удары о землю болью отдавались во всем теле. Камень, выросший впереди, заметила за мгновение до того, как столкнулась с ним. Этот удар был таким сильным, что вышиб из меня весь дух, и я отключилась.
  
Глава 31
 
Сознание возвращалось рывками. Я то выныривала из небытия, то вновь проваливалась в липкую темноту. Где-то вдалеке гудели голоса, болезненным эхом отдаваясь в голове и ушах. Хотелось пить, но я даже не могла пошевелить губами.
Когда я окончательно пришла в себя, стояла глубокая ночь. В первую секунду даже испугалась, что до сих пор нахожусь в лесу, но пальцы нащупали шелк простыни, и я успокоилась. Вскоре глаза привыкли к темноте, и стали различимы знакомые очертания вещей в моей комнате…
Воспоминания нахлынули резко, ударили под дых, вызвав взрыв безудержного панического страха. Ребенок! Что с ребенком? Я попыталась крикнуть, позвать кого-нибудь, но из груди вырывался лишь хриплый стон.
– Даша! – откуда-то из темноты вынырнуло встревоженное лицо Дарека. Он склонился надо мной, и я тут же попыталась ухватиться за него и подняться.
– Лежи, тебе нельзя вставать, – он силой уложил меня обратно на подушку.
– Ребенок… – наконец удалось прошептать мне.
– С ним все в порядке, – Дарек погладил меня по волосам, убрал со лба прилипшие прядки. – Не волнуйся… Все хорошо.
– Точно? Ты меня не обманываешь? – я облизнула пересохшие от волнения губы.
– Точно, – муж улыбнулся. Затем подал мне стакан с какой-то жидкостью, пахнущей травами. – Выпей… Это лекарство.
Вкус отвар тоже имел насыщенно-травяной, с нотками горечи, но я выпила его весь, попутно утоляя жажду.
– А теперь поспи, – Дарек забрал пустой стакан, после чего вытянулся рядом, бережно уложил мою голову себе на плечо, обнял меня, осторожно прижимая к себе.
– Дарек, я не понимаю, как все произошло, – начала было я, но он мне не дал договорить.
– Тссс, молчи… Все разговоры завтра, хорошо? Сейчас спи. Тебе нужно набираться сил… А я буду с тобой, никуда не уйду…
Близость мужа действительно принесло желанное умиротворение, и вскоре я вновь погрузилась в сон, теперь уже крепкий и безмятежный.
Когда открыла глаза в следующий раз, на стенах плясали розовые блики восходящего солнца. Дарек спал, обхватив меня за талию, но стоило лишь чуточку двинуться, тут же подхватился и приподнялся на локте.
– Что случилось? Как себя чувствуешь?
– Нормально, – ответила с улыбкой.
– Ничего не болит?
 
– Разве что ребра немного побаливают, – призналась я, и в следующую секунду спросила: – Так что все-таки произошло?
– Ты разве ничего не помнишь? – обеспокоенные глаза внимательно следили за мной.
– Помню, что долго падала…
– Алан сказал, что ты споткнулась и упала со склона, потом ударилась о камень… Он принес тебя в замок без сознания…
– Споткнулась? – я отчетливо вспомнила толчок в спину. Кто же это был? Неужели Алан? Но он ведь шел довольно далеко от меня…
– Зачем вы пошли в этот храм? – огорченно вздохнул Дарек. – Я же просил не ходит туда без меня!
– Но я ведь была с Аланом, – тихо возразила я, попутно не в силах отделаться от мыслей, что виновником случившегося мог быть и пасынок.
– Алан… – муж раздраженно качнул головой. – Я так зол на него! Как он мог допустить такое? Почему не уберег тебя? Где его магия? Чему их учат в Академии? Растерялся он, видишь ли… А если бы все закончилось не так благополучно?
Магия… А ведь можно ударить и с помощью нее. Дарек же пригвоздил к стене Вока… И у Алана стихия – воздух. Нет, нет, как же не хочется в это верит… Вдруг я сама ошибаюсь и толчок мне лишь показался? Вдруг я действительно споткнулась о какую карягу? А Алан просто не успел мне помочь?
– Сказал ему, чтобы и близко к тебе не подходил, – продолжал Дарек. – И вообще отошлю его из замка до того, как каникулы закончатся…
Наверное, мне следовало воспротивиться такому резкому решению мужа и заступиться за пасынка, чья вина еще ничем не подтверждена, однако я промолчала. Внезапно поняла, что мне самой пока хочется держаться подальше от Алана.
Следующий шквал эмоций и причитаний последовал от Мэлвин, которая чуть позже сменила на «посту» Дарека.
– Как же мы испугались, как же мы испугались за вас, госпожа Дария…– не переставала повторять она, попутно смахивая слезы со щек. – До сих пор прийти в себя не могу…
– Ты присутствовала в тот момент, когда Алан принес меня? – спросила я как бы между прочим.
Мэл кивнула и тяжело вздохнула.
– На вас страшно было глянуть, госпожа… Вся побитая, в ссадинах, даже кровь вот тут была, – служанка показала на висок. – И почти не дышали. Я сразу подумала, что вы уже неживая… Чуть с ума не сошла от горя.
– А Алан, как вел себя он? – я взяла ее за руку, пытаясь отвлечь от нового приступа слез и вернуть разговор в интересующее меня русло.
– Да на нем лица не было! – всплеснула руками Мэлвин. – Бледный, губы дрожат… И все время повторяет: «Я не виноват… Простите…» А вилон… Ох, госпожа, да он чуть не убил Алана… Хотел ударить, даже руку занес, только в последнюю секунду сдержался… В общем, что творилось вчера в замке, не передать словами!..
– А где сейчас Алан?
– Заперся в своей комнате. Со вчерашнего дня оттуда не выходил… Ну еще бы! Вилон его даже видеть не хочет. Но сейчас это не главное. Важнее, чтобы вы скорее поправились, госпожа Дария. Как вы хоть себя чувствуете? Лучше?
– Лучше. Даже не отказалась бы подняться… Хотя тело все еще болит, как будто меня палками колотили…– я немного поморщилась.
– Э, нет, – помахала пальчиком Мэл. – Вставать вам можно будет еще нескоро. Подумайте о ребенке. Да и доктор скоро придет… Вчера он весь день провел у вашей постели и обещал подойти сегодня к полудню.
Краин Пак – личный врач семьи Биргов и просто милейшим человеком, который несмотря на свой преклонный возраст отличался необычайной подвижностью и прекрасным чувством юмора. С начала беременности он наведывался ко мне раз в неделю, чтобы справиться о самочувствии, и частенько задерживался по моей просьбе на чашечку чая. С ним всегда было приятно общаться, а еще Пак никогда не отказывал мне в просьбе рассказать какую-нибудь историю из жизни маленького Дарека и его покойных родителей, о которых сам муж не очень любил вспоминать. После насланного проклятия, он рассорился с отцом и почти не виделся с ним вплоть до его смерти. Мать же Дарека ушла из жизни еще раньше, сгорев от какой-то редкой местной болезни, не поддающейся лечению.