Верь в меня (СИ)
— Это было… слов нет как охеренно, — Андрей наваливается на меня, ищет губы, чтобы снова поцеловать, а я задираю подбородок, переваривая новые ощущения.
Мы не предохранялись, он кончил в меня. Несколько дней назад я говорила о разводе, да, теперь то мое решение и кажется немного импульсивным, хоть я и верила в его правильность. Я и сейчас себя не виню за то, как поступила. Но поступок Андрея не менее импульсивный. Я не хочу спасать брак ребенком, это никогда не срабатывает.
Муж чувствует перемену в моем настроении. Перехватив меня покрепче, несет в сторону ванной. Включает свет, я зажмуриваюсь, открываю глаза только через несколько секунд, привыкая к яркости. Андрей усаживает меня на стиральную машинку, я скольжу взглядом по его телу снизу вверх, начиная от все еще стоящего члена и заканчивая хмурым выражением лица.
Глава 27
Мне неловко. Хочется свести ноги вместе, но Андрей вклинивается между ними, даже не думая о моем комфорте. Поддевает пальцами мой подбородок, вынуждая запрокинуть голову и смотреть прямо в глаза.
— Есть что сказать? — и вроде интонации мягкие, но я чувствую, что Андрей напряжен так же, как и я.
Облизываю губы, саднящие от поцелуев. Зрачки мужа расширяются, он стискивает челюсти, так что появляются желваки.
Я не хочу ссориться, но недосказанности между нами до добра не доводят — это мы уже проверили.
— Д-да… — начинаю как-то неуверенно. Смелости ноль, возмущение лопается и исчезает, как мыльный пузырь. Мы голые, в конце концов, как в таком состоянии можно оставаться серьезными? — Ты в меня кончил. Зачем? — хмурюсь, убираю его ладонь. Прикосновения сейчас обжигают сильнее кипятка.
— Затем, что это нормально — кончать в свою любимую женщину, еще и вдобавок в жену, — Андрей смотрит на меня долго. Контраргументов на это у меня нет. Хотя нет, есть один, но он какой-то очень болезненный и разрушительный, поэтому я прикусываю язык. Легче не становится, увожу взгляд в сторону, муж вздыхает. — Я не вижу в этом трагедии, которую ты пытаешься развести.
— Стоит присмотреться получше, — цежу ядовито. Стаскиваю с крючка полотенце и натягиваю на плечи, прикрываясь и придавая нашему разговору серьезность. — Ты правда считаешь, что сейчас идеальное время, чтобы делать детей? Мы буквально вчера выясняли отношения, а сегодня ты решаешь за нас двоих!
— Диана, блин! Что же ты такая упрямая, — взрывается и сжимает мои плечи. Наверное, мне не помешает легкая встряска сейчас. Андрей прикрывает глаза одной рукой, стоит так несколько секунд, а после, скользнув по лицу ладонью, стреляет в меня взглядом. — Хочешь честно? Я, блядь, даже не подумал о том, что нужно прерваться, мне так охеренно было в тот момент. Если у нас в этот раз все получится, я буду только рад. А ты нет?
От вопроса остается неприятный осадок. Он оседает пылью в горле и тяжестью ложится на легкие, так что не получается дышать полной грудью.
— Не знаю, — отвечаю честно, но тихо. Я и правда не понимаю ничего. — Мне кажется, мы сейчас нестабильны. Боже, я правда думала подавать на развод, Андрей! — легонько толкаю мужа в грудь, но он не отступает. Его сейчас ничем не сдвинуть с места. Хочу сжать бедра, закрыться. — Дело ведь не только в измене, которой не было, — меня прорывает, и я начинаю говорить без остановки. Слезы катятся по щекам, Андрей стирает их пальцами. — Мы с тобой не говорили почти, перестали ходить на свидания и вместе отдыхать. Я и правда думала, что между нами все плохо. А потом, когда фотки увидела, как-то все само сложилось, да так складно, что я поверила. Это как будто закономерное развитие событий было. Со мной холод, а с какой-то другой — страсть и тепло, — я некрасиво всхлипываю и тру нос тыльной стороной ладони. — Но даже сейчас, когда я знаю, что у тебя ни с кем ничего не было, я не могу вернуться назад.
— Не надо идти назад, Диан, — Андрей гладит мои волосы, щеки, поднимает лицо, так чтобы мы снова смотрели друг на друга. — Давай вместе вперед, м? С ребенком, без него — без разницы. Главное, чтобы ты рядом была. Если все сложится так, что после сегодняшней ночи через девять месяцев нас станет трое, я буду самым счастливым папашей, честное слово, — снова повторяет начатую раньше мысль, и она как теплое одеяло меня укутывает, возвращая в то время, когда мы оба были счастливы. Хотя это время здесь и сейчас, я просто закрывалась от него. У всех бывают трудности в семейной жизни, наверное, настало время преодолеть наши. — Но тебя от этого меньше или больше любить не стану. Мы ведь хотели малыша, у меня планы не изменились.
— Только не на стрессе, — хнычу, как маленькая капризная девочка.
Андрей зацеловывает меня, а я вместо того, чтобы успокоиться, реву еще сильнее.
— Все-все, я уже понял, что нам нужен рестарт, — Андрей крепко обнимает меня, баюкая в своих руках, накручивает на пальцы мои локоны. — Может, уедем на праздники? Только ты и я, как тебе идея?
— А как же подполковник и все остальное? — хлопаю мокрыми ресницами.
— Давай их с собой брать не будем, — смеется Андрей, я улыбаюсь и обнимаю его руками и ногами. Напряжение отступает, мне надо было выговориться. Становится заметно легче, особенно от осознания, что не я одна готова бороться за нас. Андрей оставляет поцелуй на моей макушке, гладит плечи. — Ну так что?
— Я забронировала все почти две недели назад. Четыреста километров всего, там лыжная трасса, отель со спа, в общем, можно отдохнуть по полной. Это должен был быть вроде как праздничный сюрприз, — пожимаю плечами. Я думала о ребуте нашей семейной жизни, хотела подтолкнуть нас друг к другу. Путешествия и совместный отдых сближают. Еще и Андрею после командировок не помешало бы немного спокойствия, пока мои родители на него не насели с очередной помощью в доме.
— Можем сегодня устроить праздник, — впивается в мой рот поцелуем, таким же жадным, какими были те, в прихожей. Его ладони забираются под полотенце, скользят по талии вверх, пальцы сжимают соски до приятной боли, так что по телу иголками расходится новый прилив желания. — Я бы еще один фейерверк посмотрел, — отстранившись, рассматривает меня не без удовольствия, и подмигивает, намекая на продолжение вечера. — Только после душа. Пойдем вместе или по отдельности?
Глава 28
Вопрос Андрея, конечно, чисто формальный. Он уходить никуда не собирается. Помогает мне забраться в ванную, настраивает воду до комфортной температуры. Мне, конечно, нужен кипяток, но я терплю теплую, которая слишком горячая для Андрея и слишком холодная для меня. Среднее арифметическое. Компромисс.
Чтобы я не мерзла, он растирает мое тело ладонями со вспененным гелем. И я правда начинаю гореть. Отвечаю на поцелуи, которые обрушиваются на мои губы. Мы, кажется, снова переходим к прелюдии. Жадно касаемся друг друга, я едва могу дотянуться до мужа, упираясь лопатками в его грудь, а вот он сполна довольствуется моим телом. Колени до сих пор дрожат после нашего секса, и я не уверена, что сейчас хочу еще один. Точнее, что хочу его именно в ванной, пока на нас льет вода, а вокруг много пены.
Отстраняюсь первой, отворачиваюсь, не давая Андрею снова меня поцеловать. Он, правда, не сильно расстраивается — переходит на шею и плечи. Боже, почему это так сладко и нежно? Взлететь от восторга можно.
Дотянувшись до мочалки, щедро поливаю ее гелем, пахнущим хвоей и мятой. Пена образуется быстро. Развернувшись, веду ею по груди Андрея. Поднимаюсь к плечам, спускаюсь до локтей и снова возвращаюсь к груди, потом скольжу ниже по животу, обводя шесть четких кубиков.
— Давай я закончу сам, — останавливает меня Андрей, перехватывая запястье. — Ты все?
— Только сполоснусь, — улыбаюсь и, быстро смыв с тела гель, выхожу, кутаясь в полотенце.
В спальне насухо вытираюсь, наношу крем на все тело и надеваю длинный шелковый халат. Пока делаю массаж лица, прокручиваю все, что произошло. Корпоратив, полиция, отделение и долгая дача показаний, секс с Андреем и сомнения, слишком много сомнений.