Скажи, что ты моя (СИ)

Правда, на деле получилось не столь убедительно, как бы мне того хотелось. В том числе и потому, что текила полезна не во всех жизненных аспектах. Сознание помутилось где-то на середине произносимой фразы, а окончание сказанных слов я банально упустила. Но надо отдать должное генеральному директору, он и так всё прекрасно понял. И даже более чем.
— Ты что, пьяна? — постановил мрачно.
Поскольку вопрос явно не подразумевал подтверждения с моей стороны, то соглашаться с ним вслух не стала. Вспомнила и о других наших с девочками договорённостях. Их и озвучила:
— В своё свободное время делаю, что хочу, — задрала нос, покрепче сжав свою пока ещё недопитую бутылку с текилой. — Вас, Константин Владимирович, это никоим образом не касается, — припечатала строго.
Ну, как строго… Опять же в теории. Язык некстати подвёл и начал позорно заплетаться.
— Где ты? — словно и не слышал предыдущего босс.
Не удивилась. Зато разозлилась. Но трубку не бросила. Зачем-то решила сперва попрощаться.
— Всего вам хорошего, — процедила сквозь зубы. — Увидимся в понедельник!
Бывший пограничник на то и пограничник, бывший — исключительно на бумаге, в душе вообще не изменился. Суровый и бескомпромиссный, короче.
— Клуб, бар? Где ты, Юлиана? — тихо и вкрадчиво, но с отчётливой угрозой, отозвался мужчина.
Вот какая ему разница — где?
Если давно и обоим понятно, что работать я уже не в состоянии. Выражаюсь, и то с трудом.
Чего тогда надо?
Чем тратить время на моё перевоспитание, лучше бы новую помощницу себе искал.
Своё нерабочее время использую, как хочу!
А оправдываться вовсе не собираюсь...
Как и испытывать вину или же отрицать.
— В клубе, — усмехнулась, оглядевшись вокруг себя, заодно махнув рукой, словно это помогло бы ему тоже увидеть. — Шикарном, — оценила окружающее. — В центре, — подсказала и этот факт. — А что?
— И что ты там забыла? — угрюмо поинтересовался собеседник, напрочь проигнорировав мой вопрос.
Если поначалу я собиралась его банально послать, то теперь неожиданно понравилось с ним разговаривать. Когда вот так, без малейшего зазрения совести и не опасаясь последствий. Всё-таки текила — сильная вещь.
И да, это всё она!
Я сама, будь в адеквате, ни в жизнь бы не выдала…
— Собираюсь подцепить себе первого встречного мужика, потом соблазнить его, а потом провести с ним самую незабываемую ночь в своей жизни, — призналась во всех своих ближайших планах на оставшуюся часть ночи, которые возникли вместе с вылетевшими словами, а также воспоминаниями того, о чём говорила Карина, раз уж ничего более интересного не придумалось. — А потом всю оставшуюся часть своих законных, между прочим, выходных — страдать похмельем. И вам, кстати, того же очень-очень сильно желаю, Константин Владимирович, — заверила. — Глядишь, отдохнёте и станете добрее.
Вот теперь отключилась. В смысле — вызов закончила. Хотя если уж на то пошло, мозг тоже не особо работал. И это не одна я заметила. Сидящие около меня девчонки аж присвистнули, глядя на меня в шоке. В двойном, когда поняли, что меня это не проняло.
Я ж, как высказалась, так и…
Аж полегчало!
Я целых два года регулярно прикусывала себе язык в его присутствии, старалась не поддаваться эмоциям и всегда просто выполняла всё, что он только велит, как бы к тому ни относилась, и всё во имя карьеры.
Достало!
— Теперь-то он тебя точно уволит, — прифигела от услышанного Даша. — Сам. Возможно, с позором, — добавила задумчиво.
Поскольку возражать не было никакого смысла, спорить не стала. Ещё парочку глотков текилы прямо из горла сделала. Напиток разлился по горлу приятным теплом, а я решила, что напиваться уже хватит, пора переходить и к другой части возможного веселья.
— Да уж надеюсь, — проворчала, коротко глянув на заново вспыхнувший экран, прежде чем спрятать телефон.
Пришло сообщение. От Юры. А может и не совсем от него, а от его жены, просто с того номера. Читать не стала. Поднялась на ноги, подхватила под руки подруг, и решительно потянула их за собой на танцпол.
 
Долой депрессию и сожаления!
Да здравствую я!..
Следующая пара часов пролетела незаметно. Опомниться не успела, как текилы в нас всех стало ещё больше, а танцы перенеслись с танцпола обратно в барную зону, хотя и тогда не прекратились… а всё почему? Не в моих правилах сдаваться и проигрывать, а Даша умеет быть очень убедительной, когда несёт в массы все свои взбалмошные и гениальные идеи.
— Ставлю сто баксов, ты можешь лучше! — оценила она вид одной из виляющих бёдрами девушек, работающих здесь гоу-гоу танцовщицами.
Я когда-то и сама занималась танцами. В школе. Начальной. Когда мама и папа ещё были со мной. С тех пор прошло немало времени. Танцы подзабылись. Как и навыки. Но отказываться не стала.
Почему, собственно, нет?
Гулять, так гулять!
— Плати! — охотно согласилась я с ней.
И не только я. Идея прозвучала довольно громко. Находящиеся рядом парни, которых та же Даша отшила ещё в начале нашего отдыха, поддержали нас дружными свистками и возгласами. Они же помогли мне подняться выше. Надо отдать должное, действительно, просто помогли. Подхватили аккуратно, почти сразу отпустили.
Приободряющих возгласов и свистков стало больше!
Уже со всех сторон…
И пусть я на каблуках. Скинула их. Ведь безопасной площади под ногами не так уж и много. Многочисленные стопки, бокалы и пивные кружки никто ведь не убрал. Но это ничего. Если уж на пошло, я не впервые нечто подобное исполняла. В студенческие годы у нас даже традиция такая своеобразная была. Тем более, что пьяной голове, как говорится, море и то по колено.
Вот и мне…
Грохочущая в клубе музыка сменилась более плавным и лиричным ритмом, словно специально для меня. Ведомая им, я сделала полшага назад, плавно качнула бедром и вернулась обратно на те же полшага. Подол платья — короткий, но узкий, не очень удобный, пришлось его ещё немного повыше приподнять.
— Жги, детка! — донеслось откуда-то позади.
Голос был незнакомым. Но это неважно. Улыбнулась его обладателю, послав воздушный поцелуй. Кто-то, возможно, подумает, что я так и напрашивалась на приключения к своим вторым девяносто, но охрана в этом заведении работала всегда чётко и твёрдо, почти, как бойцы Константина Владимировича (даром, местный ЧОП принадлежал конкурентам), так что опасаться мне было нечего. Мелодия плавно опутывала разум, словно проникала в самую суть. И я с удовольствием растворилась в ней, позабыв про все условности, наслаждаясь тем, что у меня есть. Обняла себя руками, скользнула вдоль деревянной поверхности немного в сторону, сделала полукруг. Убедившись в том, что пространства достаточно для манёвров, снова качнула бёдрами, и закружилась намного смелей. Ритм пьянил ничуть не хуже текилы, вынуждая поддаваться затейливому такту снова и снова. И я с превеликим наслаждением подчинялась этому зову. Плавно выгнулась, опустилась на колени, прогнувшись в спине ещё глубже, прежде чем ненадолго прикрыть глаза, всем сердцем желая, чтобы эта моя личная эйфория, заполняющая рассудок, никогда не таяла, наполняла меня и этой необычайной лёгкостью длиной в бесконечность. Поднявшись, начала всё заново. Ещё несколько шагов вправо, полукруг от бедра, поворот, едва касаясь собственного тела кончиками пальцев с обещанием на грани дозволенного. И снова шальная, дерзкая, вольная часть меня счастливо улыбалась, откровенно наслаждаясь всем этим лёгким безумием. Не забыла дарить улыбки не только себе, но и всем остальным, что поддержали дружными выкриками:
— Давай, красавица, мы хотим ещё!
И я бы непременно позволила не только им, но и себе развлекаться, но стоило перекинуть чуть взмокшие волосы через плечо, обернувшись вправо…
Чуть со стойки не свалилась!
Ноги подкосились в тот же миг, когда взгляд зацепился за широкий разворот мужских плеч, обтянутый в знакомый пиджак. Не то чтоб я очень хорошо разбиралась в пиджаках, да ещё тех, что свойственны противоположному полу. Но конкретно этот пиджак не забудешь. Я ж к нему сегодня уже прикасалась. Аккурат в тот момент, когда мой босс обещал, что я никуда от него не уйду, а он меня… того самого, вот да. И именно сейчас он, похоже, как раз собирался вытворить со мной что-то в таком роде. Если не физически, так морально.