Отмороженный 11.0 (СИ)

Замер в маленькой лунке в стене, изучая данные сканера и перечитывая предупреждения системы. Энергетических потоков перед глазами было уже много — свежих, переплетенных в толстый жгут, но непонятно куда идущий. Будто бы сразу во все стороны. А вот фоггера на карте не было, но неопознанный размытый маркер метрах в двадцати был, и он удалялся.
То, что удаляется — это хорошо. Значит, есть проход.
Поднялся, встряхнулся и сменил оружие на скаутган. Полностью высунулся из-за колонны и осторожно пошел вперед, обходя завал. Провалился, так провалился — на рукотворный облагороженный коридор не похоже, максимум кто-то прошелся большим буром.
Я обошел завал, заглянув наверх, но все было плотно. Дошел до саркофага, но трогать его не стал — вся внутрянка была заляпана чем-то полупрозрачным. И эта хрень, мало того, что светилась, так она еще в тепловизоре выдавала какие-то запредельно горячие для Мерзлоты значения. Если это навык фоггера, то, может, зря я ждал отката киберведьмовского копировального аппарата.
Поднявшись в полный рост, пошел по следу маркера. Все больше удивляясь странному месту, в которое угодил. Какие-то не до американские горки — тоннель то поднимался, то опускался, то плавно заворачивал, но лишь для того, чтобы сразу же свернуть обратно. Потолок постепенно становился выше, постепенно из каменного превращаясь в ледяной. А вместе со льдом начал появляться и тусклый свет, неизвестно сколько раз преломленный, пока он до сюда добрался. Радиус сканера Искорки увеличился до пятидесяти метров (только вверх), но до поверхности так и не добивал.
После десятка очередных зигзагообразных поворотов я попал в большую пещеру. Света стало больше, на камнях появился наметенный снег. Неожиданно, но приятно. Вспомнилось ощущение первых вылазок в Мерзлоту — монстры, подземка, жажда исследований и радость открытий.
Сверился с картой: от гробницы я ушел уже на пару километров, а фоггера так и не догнал. При этом маркер был где-то рядом со мной, почему-то в стене. А энергетический фон так вообще вихрем крутился со всех сторон. Я замер, а потом потихоньку начал сдавать назад.
«Кажется, я ошиблась, — неожиданно заявила Искорка. — Провожу повторное сканирование».
— В чем?
«Не учла температурные аномалии, из-за этого не зафиксировала часть органических соединений», — пискнул дрон.
— Много? — прошептал я, делая еще один шаг назад.
Вместо ответа, данные на радаре мигнули и перестроились, показав сразу несколько десятков маркеров, окруживших меня с обеих сторон.
Только я хотел высказать все, что думаю, в общем, о сканерах дрона и, в частности, про значение слова «часть», как ближайший ко мне маркер обрел форму. Кусок стены треснул и оттуда, довольно неуклюже переваливаясь с боку на бок, на меня вышло нечто, что я сначала принял за ледяного хорька.
Внимание! Опасность контакта с Малым керстусом.
Еще и система вовремя опомнилась. Либо у нас какой-то день слоупоков под землей, либо взрывы не прошли даром. Монстр сделал несколько шагов вперед, зайдя в более светлую зону, и я понял, что это ни разу не хорек. Скорее — крот. Маленькие черные глазки, коренастое тельце. Плюс подарки от эволюции в Мерзлоте: костяной гребень на спине и два кривых бивня в довесок к острым коричневым клыкам.
— Ладно, с этими справимся уж как-нибудь. Их, конечно, много, но мелкие, — я прицелился в ближайшего, ища линию, где череп еще не перешел в гребень.
«Эмм, — зависла Искорка. — Кажется, я дважды ошиблась…»
Здесь уже никто не успел — только я. И то, потому что уже был на низком старте.
  
Система только начала разворачивать передо мной предупреждающую надпись, как пещера содрогнулась. Стена треснула, а оттуда вылетел здоровый шипастый червь. Длинное тело с шипами на каждом сегменте, и острый нос, похожий на заточенное сверло.
Тело червя изогнулось, нос ударился в то место, где я только что стоял, зацепив и подмяв под собой крота. Температура в пещере моментально подскочила градусов на двадцать, будто свечение внутри монстра было настоящим огнем. Хотя я уже ничему бы не удивился, может, ему так проще лед бурить.
А, нет! Удивило меня другое — пасть червя, которая находилась метрах в пяти от кончика «бура». Широкая дыра с короткими отростками, сочащаяся тем самым странным клеем. И, кажется, там в пасти что-то застряло — черный кусок шлема «самурая».
— Ну, здравствуй, ламповая Мерзлота, давно не виделись, — хмыкнул я и рванул в сторону от летящего в меня плевка клеем.
 Глава 5 
Я отскочил за каменный выступ, от души поливая скайкрафтом неопознанную горячую тварюгу. Пробил шкуру в нескольких местах, глядя как тугие капли клея (или это все-таки слизь) брызжут во все стороны. Там, где капли попадали на снег, происходил эффект раскаленной магмы — все шипело, появлялись проталины и даже дымок какой-то шел. Выглядело стремно, хотя по человеческим меркам оно даже теплым не могло считаться.
Досталось и кротам, которые воинственно бросились на монстра. Уже не знаю, кто хозяин на этой территории, а кто в гости зашел, но чувствовалось, что межвидовой любовью здесь не пахнет.
Зато сразу запахло кровью, паленкой и чем-то кислым с примесью хлорки. Червь отвлекся на парочку особо рьяных керстусов, проскочивших мимо «бура» и вцепившихся в отроски возле пасти. Выдал какой-то хлюпающий звук — будто заревел, но сразу же подавился и вздыбился в полный рост, ударившись в лед на потолке. Потом весь содрогнулся и от души протошнился слизью.
Кроту, который попал под поток, содрало и шкуру, и мясо, остался только скелет и зубы, так и не отпустившие отросток. Второму керстусу досталось меньше слизи, но его сбил вытошненный фоггер. Точнее, то, что от него осталось — полуразъеденная броня, обмыленный шлем и мочалки-культяпки вместо конечностей.
Окей! Я, кажется, впишусь за кротов!
— Так, больше нет ошибок? Может, Большого керстуса еще пропустила? Не, ну мало ли? — спросил я Искорку, расстреляв первый магазин и перезаряжая скаутган.
«Нет, с этим все в порядке, — ответила Искорка. — Его я вижу, он в паре километров отсюда прячется у выхода.»
— Ага, действительно, все в порядке, — я улыбнулся. Люблю, когда все в порядке.
Ставка на малых керстусов не сыграла. Уже шесть тушек валялось на снегу. Поломанные или разъеденные кислотой. Хотя еще четверо, как репейник на собаке, болтались на теле червя, вцепившись мертвой хваткой. А еще двое решили разобраться со мной.
Несмотря на тучность, прыгали они действительно здорово. Один нацелился в голову, второй в ногу. Объяснять, что я временно за них, было некогда. Крутанулся так, чтобы одновременно встретить обоих. Верхнего поймал за неожиданно мягкое брюшко, а нижнего пропустил мимо и поддал ему под зад. Направил его на камни и тут же припечатал его собратом. А потом в эту кучу отстрелялся, не дав им разлепиться.
Пропустил сообщение об опыте, развернулся и уставился в открытую пасть червя. Глотка вибрировала, готовясь к плевку, а острые шипы на круговом «небе» ощетинились, скрывая внутренности.
Но меня это не смутило! Маловато за сегодня взрывов в узких проемах! Выхватил пирамидку и, задав ей ускорение энергетическим ударом, буквально пропихнул в глотку монстру.
Тут же рвануло — за спиной у червя будто воротник распахнулся, разбрасывая на стены горящую слизь и ошметки кожного покрова, похожего на очень мягкий, почти прозрачный хитин.