Месть дракона? Не в мою смену! (СИ)

От чего-то захотелось широко улыбнуться, наплевав на этикет. В груди расцвёл горячий бутон. Никогда раньше я не испытывала чего-то подобного, но от этого на душе стало ещё радостнее. От нежной, тёплой улыбки дракона захотелось расцеловать даже ненавистную мачеху, но не отца. От одного его вида, у меня всё так же портилось настроение. 
Как же прекрасно! Я жена генерала и не обязана стоять в дверях, кланяться и махать вслед платочком ненавистным гостям. Я могу просто уйти! Вот она сила статуса и власти. К такому можно быстро привыкнуть. 
  
Взяв под руку Раугнара, я буквально улетела в гостиную, где, плотно закрыв дверь, мы дружно упали кто на диван, кто на шезлонг, устало растягиваясь и снимая светские маски. 
— Не о такой ночи я мечтал, когда думал о женитьбе... — выдохнул дракон, ослабляя воротник рубашки.
  
13.1
 
— Аллси, как ты умудрился сдержаться и не убить барона? 
Подпрыгнув, я с нетерпением подсела к раскинувшемуся по подушкам другу. Тот заговорщицки улыбнулся и щёлкнул меня по носу. 
— Ай-яй! Какая ты коварная. Надо было убить? 
— Нет, конечно, нет! Но... я же знаю твой темперамент и твои обещания! Так как? 
Фей элегантно провернул кисть, зачёрпывая что-то из воздуха, и показал мне: там танцевала, переливаясь фиолетовыми искрами, тьма. 
— Кошмары? Ты погрузил его в иллюзию! — ахнула я. 
— Ага. Тело не пострадало, иллюзии развеялись, и он ничего не докажет. Высшая магия «детской выдумки» — тёмных фей. Хах! Я наконец отвёл душу, — он с наслаждением вытянулся на длинной софе, напоминая пригревшегося кота. 
— Узнал что-нибудь полезное? — сухо спросил Раугнар. 
— Ничего такого. Мы и так обо всём догадывались, — зевнул Аллси. — Он сам подсадил паразита собственной дочери. За это его друг обещал расплатиться с половиной долгов. Тот же друг, что привёл тебя к нему в дом. 
— Ты видел его лицо? — придвинулся дракон. 
— Нет. Он хорошо себя защищает. В воспоминаниях барона его лицо менялось незастывшей глиной, — поморщился Аллси. 
— Барон настолько любит деньги? Убить Летицию ради списания половины долга! Немыслимо... — похолодев от осознания, я зябко потёрла плечи. 
— Не. Маг наплёл ему, что паразит не опасен. Помучается немного, как от колик и, мол, всё пройдёт. 
— Выходит, он хотел подставить Мистилию... Только вы бы стали оказывать помощь сестре. Мне пришлось использовать магию внушения на баронессе, иначе она не слушала и это при том, что вы вылечили Летицию. К сожалению, могу ярко представить, что бы случилось, не спасите вы сестру. 
— Они бы сдали меня властям и заклеймили преступницей, — хмыкнула я, совсем не удивившись открытиям. 
— А я тебе говорил: он нацелится на неё! Мисти теперь его основная цель! — подскочил Аллси. 
Он раздражённо заходил по комнате, то и дело пиная кончик шёлкового ковра. 
— Ещё этот ваш император... Может, он тёмный маг? 
— Кайрос и тёмный маг? Ха-х. Только если марионетка. Он младше меня. Мы вместе росли, и я знаю его как облупленного. С тёмным магом сражался ещё мой отец. Ему намного больше лет. Я искал его среди советников Императора и приближённых, но так и не смог вычислить. 
Я задумалась. События прошлой ночи наложились на чёрный туман из видения, когда я пыталась вспомнить лицо тёмного мага. 
— А если он вселяется в людей? Ни вы, ни ваш отец так и не смогли поймать его, правильно? Не потому ли, что он менял тела как перчатки? 
— Сохраняя личность людей? Я думал об этом, но... Почему люди, в которых он вселяется, не выдают его? Из-за угроз расправы? 
— А может, они не знают о его существовании в своём теле? Живут обычной жизнью. Иногда делают что-то не свойственное себе, но всегда это можно списать на настроение или обстоятельства. Такие паразиты встречаются чаще, чем агрессивный теневой. Они обычно сосуществуют с человеком, ничем себя не выдавая. 
Раугнар быстро переглянулся с Казарисом. 
— Ваши познания в лечении позволяют взглянуть на ситуацию в новом свете. Благодарю. Мне есть над чем подумать, — серьёзно кивнул дракон. 
— Думать надо быстро, пока ваш император не объявил тебя изменником и не направил армию, — цокнул Аллси. 
Я вздрогнула. Перед глазами вспыхнула часть прочитанной истории: Император повёл войска против Раугнара, и после долгой битвы страна оказалась в руинах, дракон победил и превратил мир в кромешный ад. 
— Для этого нужны веские доказательства. Все знают, сколько лет милорд служил на благо родины! 
— А ещё все знают, даже я, что он долгое время болел. Можно ведь повернуть всё так: ты притворялся, что болеешь, а в это время собирал и настраивал войско против императора. Он об этом прознал и решил казнить тебя! Найдут каких-нибудь козлов отпущения. Скажут, что это твои войска, и всё. 
Впервые Раугнар раздражённо цокнул: 
— Значит, мне понадобятся сильные союзники. Отправляйся в лес и снимай проклятье. 
— Что? Зачем? Я ведь могу продолжать лечить вас обоих. Мне нетрудно, — удивлённо воскликнула я. 
— Ты ещё не рассказывал? — поднял брови дракон. 
— О чём? Аллси? — я впервые занервничала, заелозив в кресле.
  
13.2
 
Поймала расстроенный взгляд чёрных-омутов глаз фея и поняла: это оно. То, что он скрывал от меня. Договор с драконом и необходимость уйти. 
— Да. Не рассказывал. Это наше с Мисти дело, — задрав подбородок, огрызнулся Аллси. — К тому же я ещё не доверяю тебе. 
— Аллси, зачем тебе нужно возвращаться в лес? Моего лечения недостаточно? — я поймала его за локоть и потянула на себя. 
Закусив губу, фей взлохматил мои волосы, пытаясь казаться отстранённым. 
— Да. В моём случае твоего лечения недостаточно. Будучи королём фей, я черпаю силу из леса. Только в своём лесу я смогу полностью скинуть оковы проклятья и вернуть прежнюю силу. 
Я решительно кивнула: 
— Хорошо. Пойдём вместе. Я помогу тебе. 
Фей невесело хмыкнул и снова растрепал мои волосы. 
— Нет. Ты ещё не стала полноправной ведьмой, тем более проводником духов. Тебе будет опасно там находиться. 
Я нахмурилась. Глаза предательски защипало. 
— То есть... мы должны расстаться? 
Последнюю часть фразы я произнесла едва слышно. Голос заскрипел заржавевшим механизмом. Я опустила глаза, боясь увидеть реакцию фея, но продолжая сжимать ткань его рубашки, пытаясь смять шёлк и оставить свой след. Горло сдавило от горечи и печали. В голове зашептал противный голос: он бросает тебя. 
«Неблагодарная рыжая дрянь! Такую как ты никто не полюбит!» — звучало уже уверенным голосом мачехи. 
— Мисти, глупышка, — вдруг позвал тёплым голосом фей. — Я ещё никуда не ушёл. Что ты там себе навыдумывала? Уже глаза на мокром месте! 
Я отвернулась, пытаясь спрятать лицо, но встретилась взглядом с Раугнаром. Он пристально следил за нами, хищно сузив, полыхающие пламенем, глаза. Выпрямив спину, весь подобрался, сжимая кулаки. В голове мелькнула мысль: ещё чуть-чуть и кинется разнимать нас. 
— Мистилия, ему придётся уйти. Иначе он не восстановит свою силу и не сможет сразиться с тёмным магом, — он попытался убедить меня, разговаривая словно с капризным ребёнком. 
Я непроизвольно придвинулась ближе, прижимаясь к плечу Аллси. Раугнар нахмурился, опасно сверкнув глазами. 
Тёмный фей самодовольно хмыкнул, нежно гладя по голове: 
— Помнится, ты буквально недавно хотела, чтобы я ушёл. Кричала: когда ты уже меня оставишь! 
Я обиженно фыркнула: 
— Ты умеешь доводить! 
— Так чего ты не радуешься? Вернусь наконец в своё болото. Оставлю тебя с красавцем генералом. Чем ты недовольна? — хихикнул Аллси. 
Я раздражённо наступила ему на ногу. Он запрыгал шипя: 
— Это чтоб я не смог уйти? Не выйдет! У меня крылья есть. 
Я хмыкнула и, сжав губы, спросила: 
— И когда... когда ты собираешь от меня улететь? 
— В мечтах кое-кого я должен был улететь ещё вчера, — хохотнул фей, кивая на хмурого Раугнара.