Горчаков. Коммандер

К счастью, музыка явно не подразумевала каких-то вычурных па, так что я просто пристроил ладони на узкую талию и неторопливо закружил ее светлость Коломбину по залу. В самый центр – там собралась самая веселая и шумная компания, да и музыка звучала куда громче, чем у столов с закусками.
– Страсбург наш – благодаря вам с князем Оболенским, – выдохнула герцогиня мне прямо мне в ухо. – Все, что вы обещали мне, выполнено с лихвой… А ведь я так и не поблагодарила вас как следует, мсье Волк.
– Не забывайте – у нас были общие цели, Коломбина, – улыбнулся я. – А орденов, полагаю, найдется в избытке у императора Жозефа… или сразу у двух императоров.
– Вот как? Думаете, мне совсем нечего предложить герою, мсье Волк? – Герцогиня легонько ткнулась подбородком мне в плечо. – Впрочем, нам некуда спешить. Куда больше меня интересует, что вы собираетесь делать теперь.
– Служить своей стране – как и раньше, – ответил я. – Подробности вас вряд ли заинтересуют.
– Хотела бы я попросить вас остаться. Хоть ненадолго, мсье Волк. – Герцогиня закинула руку мне за шею и чуть притянула к себе. – Без вас здесь будет непросто. Знаю, что мне пора бы уже научиться справляться самой, но…
– С вами император Жозеф и одна из сильнейших держав в Европе. – Я чуть повернул голову – наши с ее светлостью лица оказались заметно ближе, чем того требовал этикет. – Вам нечего бояться.
– Жозеф? Он даже не пожелал оказаться в списке приглашенных! Не говоря уже о том, что ничуть не спешит подписать указ, хоть на него и насела вся парижская знать… В конце концов, я всего лишь женщина. – Герцогиня вдруг с неожиданной силой сжала мое плечо пальцами. – Которая, признаться, уже привыкла, что рядом с ней человек, способный…
Музыка стихла, и пары вокруг принялись стремительно распадаться – и тут же дружным табуном повалили к столам. Герцогиня с тихим вздохом отступила на шаг – и только это, пожалуй, спасло меня… спасло от чего-то весьма неловкого. Во всяком случае, по дороге к закускам я смог хоть немного подумать, что ответить.
И стоит ли вообще отвечать – если уж на то пошло. Герцогиня не стала дожидаться и заговорила сама:
– Будь я хоть на полтора десятка лет помоложе – пожалуй, уже упрашивала бы вас жениться на мне. Однако мы оба понимаем, что это, конечно же, невозможно.
Я благоразумно рассудил, что молчание будет лучшим решением. Поэтому, не говоря ни слова, подхватил с подноса два узких бокала: один вручил ее светлости, а вторым тут же заткнул себе рот… во избежание.
– Простите, если смутила вас, мсье Волк. – Герцогиня чуть склонила голову, принимая шампанское из моих рук. – Но вы не хуже меня знаете, что такие, как мы, редко женятся или выходят замуж по любви. И чувства – какими бы они ни были – не должны мешать тому, что следует сделать: брачный союз двух великих родов поднял бы оба куда выше того положения, которое нам суждено занять в будущем… Но увы – в нынешних обстоятельствах подобный альянс принес бы больше вреда, чем пользы.
– Пожалуй, – осторожно согласился я.
Разговор приобретал все более и более неожиданной оборот. И ожидать теперь приходилось буквально чего угодно: я бы даже не так уж сильно удивился, попроси вдруг ее светлость сделать ей ребенка. В конце концов, мальчишка с моим Даром и титулом герцога Лотарингского при определенных обстоятельствах смог бы претендовать даже на французский престол…
К счастью, обошлось.
– Сейчас не время говорить о делах семейных, ведь так, мсье Волк? – Герцогиня изящно пригубила шампанское из бокала. – Тем более, что сегодня вас желает видеть… скажем, один очень влиятельный человек.
– Вот как? – отозвался я. – И кто же?
– Думаю, он пожелает представиться лично, князь. – Герцогиня, похоже, решила наплевать на придуманное ею же правило – и назвала меня по титулу. – Вы ведь не откажетесь немного прогуляться?
– Полагаю, у меня нет особого выбора. – Я поставил опустевший бокал на стол и протянул руку. – Ведите же… Коломбина.
Я думал, мы выйдем на балкон или во внутренний двор. Или направимся в сторону кабинета – но вместо этого герцогиня повела меня в собственные покои. Что оказалось не только неожиданно, а еще и весьма… двусмысленно. Настолько, что я тут же представил, как все это выглядит со стороны: двое в масках сначала танцуют, потом пьют шампанское – и потом удаляются в сторону спальни.
 
Караульный – французский лейтенант в парадной форме – похоже, подумал что-то в этом же роде. Он отсалютовал нам винтовкой, вытянулся по струнке и уставился в никуда настолько непроницаемо-безжизненным взглядом, что можно было не сомневаться: уже завтра о нашем с герцогиней бегстве будет знать вся рота охраны.
Ее светлость рисковала – и, возможно, не только репутацией. И вряд ли она стала бы затевать подобное ради пустой болтовни: кто бы ни ждал нас в ее покоях – его определенно стоило прятать. Да и сам предстоящий разговор следовало держать в тайне от всех и вся.
А значит, чутье снова меня не обмануло.
Невысокий полный человечек в светлом костюме и смешной маске с поросячьим пятачком вскочил с кровати нам навстречу. Похоже, даже раньше, чем герцогиня открыла передо мной дверь в спальню.
– Проклятье… Я уж думал, вы никогда не придете!
Я сразу же вспомнил его – какого-то из бессчетных кузенов ее светлости с труднопроизносимой фамилией. Кажется, его звали Луи или Гаспар, небогатый барон откуда-то с севера – так, во всяком случае, его сегодня представляли другим гостям. Я в тот момент потерялся в догадках, для чего такую мелкую сошку вообще решили позвать на прием.
Но вот его голос…
– Доброго вечера. Признаться, я немало удивлен. – Я осторожно прикрыл за собой дверь. – Вот уж не думал встретить вас здесь… мсье Кабан.
 
Глава 3
 
– Черт бы побрал эти штуковины! В них совершенно нечем дышать!
Мсье Кабан на ходу сдернул с себя маску… И я окончательно убедился, что чутье в очередной раз меня не подвело. Да и догадки в большинстве своем оказались верными – а «белые пятна», связанные с блестящим приемом ее светлости, тут же заполнились яркими красками. Все определенно становилось на свои места.
Ну… почти все.
– Простите меня за этот спектакль, князь. – Герцогиня чуть склонила голову, изображая раскаяние. – Но, боюсь, иного способа у нас не было.
– Кроме как подбросить местной знати такую тему для пересудов, что за ней можно спрятать даже появление французского монарха? – улыбнулся я. – Подозреваю, вашей светлости удалось провести всех. Даже меня.
– Надеюсь. – Герцогиня тоскливо вздохнула. – Ради блага государства порой стоит рисковать, и не только репутацией. Его величество хотел побеседовать с вами лично – и непременно втайне от всех. Разумеется, я не могла отказать.
– Достаточно реверансов! – Жозеф с явным раздражением зашвырнул маску кабана куда-то в угол. – Мы собрались здесь не для того, чтобы обмениваться любезностями!
– Да… конечно же, ваше величество, – склонила голову герцогиня, отступая к двери. – Оставляю вас с князем наедине.
Вид французского императора с влажной от пота лысиной, нахохлившегося и испуганного, явно намекал, что у него – а теперь, похоже, заодно и у меня – изрядные неприятности. Но я все равно еле сдерживал рвущийся наружу смех – настолько комичным и несуразным выглядел его величество. Не знаю, кто подсунул бедняге маску с пятачком, но она ему определенно шла.
Да и без нее Жозеф почти не утратил сходства с поросенком – маленьким и беззащитным, будто бы увидевшим уже занесенный над ним беспощадный нож мясника.
– Вот так встреча. – Я сложил руки на груди. – Я и подумать не мог, что ваше величество так любит маскарады.
Вместо ответа Жозеф сердито зыркнул на меня, приложил палец к губам и на цыпочках подскочил к двери. Не знаю, чего конкретно ему понадобилось дождаться, но заговорил он заметно позже, чем цокот каблуков герцогини растворился далеко в коридоре. Я же на всякий случай проверил саму спально – и не ошибся: охранных плетений всех рангов и мастей здесь оказалось едва ли не больше, чем в бальном зале.