О бедном мажоре замолвите слово 3 (СИ)

— Деньги ты уже получил?
— Нет. Сделка еще не состоялась.
Аж от сердца отлегло. Если Кузовкин не получил деньги, то и покупатель не забрал еще документы Воронцовых. А это, в свою очередь означает, что архивы все еще у Клейна. И их можно вернуть.
— Звони ему и говори, что сделка расторгнута, — потребовал я.
Насколько я понимаю эту схему, такое возможно. Иначе посредники бы просто не смогли существовать. Отказа вернуть товар равен грабежу, а это уже урон по репутации. В теневом мире она стоит дороже денег.
  
— Я… — промямлил Кузовкин. — Дело в том, что он предупреждал о подобном. Ну, если я вдруг передумаю…
— И что? Сказал, что не вернет? — сузила глаза Аника.
Она большей частью молчала, хотя именно ее тайна личности находилась под угрозой. И она пострадает больше других. Но держалась, не позволяла себе психовать. А тут вдруг словно прорвалось все сдерживаемое напряжение.
— Н-нет! — Володя от ее взгляда даже съежился. — Он сказал, что такое в его практике случается. Но я буду должен заплатить сумму, равную его комиссии.
— И сколько же он берет? — это уже я заинтересовался.
— Пятнадцать процентов от сделки… — глядя в пол ответил воришка.
Я, кстати, не слишком хорош в математике. Пока в уме пытался посчитать сколько будет пятнадцать процентов от двадцати миллионов, все уже успели это сделать, и даже ахнуть.
— Три миллиона! — возмутилась Софья Ильинична. — Неслыханно!
Ну да, три миллиона, точно — я только закончил подсчеты. А Клейн, блин, красавчик! При любом раскладе при деньгах остается. Эх, не туда я работать пошел!
— Не кудахтай, Софа, — вдруг очень жестко произнесла Воронина. — Это вы, две курицы, хранили бомбу, которая может уничтожить и меня и вас. И вы ее потеряли. Так что не надо махать руками и возмущаться расходам. Пиши распоряжение в банк. Немедленно.
Софья Ильинична было вскинулась возмущенно, но натолкнувшись на холодный взгляд настоящей старшей сестры, быстро сдулась и вымолвила лишь:
— Хорошо.
Сразу поднялась и быстро вышла из комнаты. Видимо, отдавать распоряжения.
— Ну! — повернулся я к Кузовкину. — Звони уже этому Клейну.
— Прямо сейчас?
— Нет, блин! Мы сперва шампанского выпьем! Конечно сейчас, дурака кусок!
Трясущимися руками Володя достал из внутреннего кармана пиджака телефон и потыкав в экран дрожащим пальцем, нажал на вызов. Секунд двадцать стоял напряженный, слушая звуки вызова. И вот наконец дождался.
— Роберт Леопольдович? Простите за поздний звонок… Это Кузовкин…
Я подавил рвущиеся наружу ругательства, стремительно приблизился к воришке и вырвал у него из потной ладони аппарат. Нажал на иконку громкой связи и поднес микрофон к его рту. Сделав страшные глаза, при этом.
Динамик в этот момент произнес знакомым голосом.
— Володя? Здравствуйте. Чем обязан вашему звонку?
Говорил посредник спокойно, будто ему постоянно поздним вечером звонят вот такие вот заикающиеся придурки. Хотя, может и так.
— Я… простите, хотел бы расторгнуть нашу сделку, Роберт Леопольдович. Понимаете… обстоятельства…
Я чуть по башке этому недоразумению не стукнул. Ну кто так разговаривает, а? Да об тебя же ноги сейчас вытирать начнут!
— Что-то случилось, Володя? — голосом доброго дедушки поинтересовался Клейн. — Быть может я могу как-то помочь?
Я отрицательно замотал головой и навсякий случай показал Кузовкину кулак. Мол, только ляпни какую-нибудь ерунду.
— Нет, все в порядке, Роберт Леопольдович. Просто так вышло. Прошу войти в положение…
— Конечно-конечно, Володя! — нет, ну ты посмотри, он еще и участия в голос подпустил. Но затем голос Клейна стал тверже и холоднее. — Однако, вы ведь помните, что я в этом случае на вас ложится обязательство по возмещению моего затраченного времени. И неудобств клиента, который хотел приобрести ваш товар?
Я закивал головой и Кузовкин послушно выдал.
— Д-да, конечно. Это не проблема.
«Нам надо встретиться!» — беззвучно проартикулировал я ему. И Володя послушно транслировал мои слова Клейну.
— Сегодня? Помилуйте, молодой человек! Это вам что утро, что день, а мне, знаете ли, очень боком выходит нарушение режима.
— Завтра?
— Да, завтра в первой половине дня мне будет более чем удобно. Благодарю вас, Володя, что пошли на встречу немощному старику.
«За три-то ляма, че б не пойти! — подумал я. — Да и насчет немощного ты, Роберт Леопольдович, явно загнул».
— Где?
— Я пришлю вам место встречи завтра утром. Всего доброго, Володя.
— И… вам, — Кузовкин с облегчением нажал иконку завершения звонка и вздохнул так, будто только что в одно лицо разгружал грузовик с цементом. — Все?
Это уже мне. Я усмехнулся.
— Что значить «все», Володя? Завтра мы с вами идем забирать украденную вами собственность. А уж что потом с вами решит делать их светлости, я понятия не имею. Да и не интересно, в общем-то.
Тот сразу с детской надеждой уставился на Анастасию Ильиничну, одним лишь взглядом и лицом голодного кота выпрашивая прощения. Женщина замахала руками и отвернулась.
— Просто исчезните из моей жизни, когда это все закончится, господин Кузовкин, — донеслась до нас ее глухо произнесенная фраза.
Я, кстати, не врал — мне правда было все равно. То есть, да, вор должен сидеть в тюрьме и вот это все, на чем стоят правильные менты. Вот только дело это скорее семейное, чем уголовное. И Володенька этот уже так себя наказал, что больше и придумать нельзя. Так что я решил проявить гибкость и закрыть на это глаза.
Аника кивнула, подтверждая мой выбор. И приблизившись, шепнула.
— А его куда на ночь денем?
— У меня в пансионате три комнаты. Переночует на диване, я присмотрю. У тебя, кстати, наручников с собой нет?
— Я всегда вожу с собой пару «браслетов» в дорожной аптечке, — шутливо фыркнула она. Но секундой позже добавила. — Чуть позже принесу.
Блин, а я ведь ей почти поверил. Ну что тут скажешь — Воронина такая Воронина. Если уж она в красноярской командировке умудрилась найти в «аренду» боевой «мобильный доспех», то про наручники можно даже не сомневаться. Уж к поездке в Крым она точно подготовилась. Ствол же «левый» прихватила, значит и еще что-то по мелочи есть. Но мне же легче. Я этого гаврика и пристегнуть смогу, чтобы никаких неожиданностей не ждать, и телефон заберу. Только сперва в душ загоню — все-таки немного попахивает.
В этот момент в гостиную вошла Софья Ильинична и кивком в сторону Аники сообщила, что с деньгами все решено. Та ответила таким же наклоном головы, а после снова повернулась ко мне.
— Уверен, что тебе стоит идти с ним? — не скрывая беспокойства спросила она. — Клейн ведь тебя знает. Вдруг он захочет… Ну, ты понимаешь.
Понимаю, конечно — выбить из меня ответ по флешке. Да вот только я уверен, что делать этого Роберт Леопольдович не станет. Не его эта задача.
— Уверен, — с улыбкой сказал я. — Ничего он мне не сделает.
— Я напомню, что тебе магией пользоваться нельзя, — тихо произнесла девушка.
— Толку с моей магии против ранга Мастера, — улыбнулся я. — Но ты права. Надо к встрече подготовиться. Сделаю-ка я один звонок.
  
Глава 22
 
Рандеву мы назначили на десять часов утра в сквере Голикова. Уж не знаю, кем был сей персонаж в этом мире, а территорию под то, чтобы увековечить его имя ялтинцы отвели немалую. Я бы даже сказал настоящий парк, а не сквер. Но совершенно без изысков: деревья, дорожки, скамейки. Где-то среди деревьев прятались административные здания и арт-объекты, а разок мелькнула летняя сцена, сегодня, естественно, пустая. Ну и очень много цветов — в очередной раз поразился тому, что где-то октябрь может быть таким ярким и теплым.
  
— Молчишь, понял? — в очередной раз напомнил я Кузовкину, который тащился за мной с видом приговоренного к казни. — Вообще не звука!
— Да, ваша светлость, — покорно вздохнул воришка, уже успевший узнать, что взял его ни кто-то там, а целый княжеский наследник.