О бедном мажоре замолвите слово 3 (СИ)

— Так. У нас на руках чертежи секретного военного прототипа. Флешка подала сигнал, когда ты ее открыл. И ты считаешь, что за тобой следят. Я ничего не упустил?
— Тут все гораздо хуже!
Даже так! Я вот навскидку не могу придумать, что может быть хуже.
— Ну, удиви меня.
В этот момент к нашему столу подошла девушка с подносом, и с улыбкой поставила на стол прозрачный чайник с облепихой и пару кружек. Что-то начала щебетать про «не желаете ли чего-то еще», но я быстро положил на стол купюру и отпустил официантку. Про то, чтобы чай налить, даже не подумал — настолько увлекся историей.
  
— Ну? — поторопил я Сашу.
— Проект «Святогор» закрыт, — Туров еще ниже пригнулся к столу, а шепот стал уж совсем заговорщическим. — То есть, в конструкторском бюро создали чертежи и собрали прототип. Даже провели испытания. Но мобильный доспех оказался слишком мощным. Три погибших оператор-испытателя — машина высосала весь их резерв, как сок через трубочку. Вместе с жизненной энергией.
Тут мой товарищ сделал паузу, как бы давая мне осознать сказанное. Я молча кивнул, понял, мол. Слишком сильный экзоскелет, операторы не вывозят и умирают. У военных такое часто и густо случается.
— Проект, получается, заморозили? Ученые или вояки сами испугались того, что сотворили?
— Тут скорее проблема в том, что нет операторов с достаточным резервом, — поправил меня Туров. — Ты же знаешь, как их готовят?
Я кивнул. Мединская рассказывала. Как она выразилась, из детей с даром делают магических калек. В смысле, развивают магический дар, но очень односторонним способом. Гробя в организме человека все, кроме непомерно раздутого резерва. Но и тот сейчас пляшет на уровне Ветерана максимум. Представить, что можно раскачать объем маны до Мастера, было сложно. Для этого понадобилось бы уже не простолюдинов превращать в операторов, а представителей дворянства. Причем, с хорошей родословной, чтобы они могли выйти на этот рубеж.
Понятно дело, что пойти на это военные не могли — и вовсе не из человеколюбия. Кто б им дал цвет нации в батарейки превращать. Поэтому и отказались от перспективной разработки. И убрали ее в архив. А кто-то украл. Иностранная разведка? Или же «наши» из гражданского сектора? Любой вариант имел право на жизнь.
— И это все не вчера произошло, — кивнул Туров. — Проект уже несколько лет назад как закрыт. На чертежах стоит резолютивная часть приемочной комиссии — свернуть все работы и закрыть финансирование. Поэтому, скорее всего, чертежи и смогли похитить, за архивами следят похуже, чем за открытыми разработками.
— Хреново. Надо их уничтожить.
— Чертежи?
— И флешку тоже, — подтвердил я. — Не наш это уровень, Саша. Не хотел бы в это влезать. И тебе не стоит.
— Не думаю, что это как-то поможет, Миша, — кисло ухмыльнулся ломщик. — Если сигнал с флешки ушел, те, кто ее ищет, уже знает, что она попала не в те руки. И вряд ли поверят, что мы полностью уничтожили всю информацию.
Тут он был прав. Не поверят. Я бы — не поверил. Какие гарантии мы можем дать, что стерли все окончательно и бесповоротно, а не наделали, скажем, копий? Чтобы потом продать на сторону или шантажировать правительство. Власть имущие всегда исходят в своих предпосылках из наихудшего варианта.
Конечно, сигнал с флешки мог и просто уйти в никуда. Или установили его не военные и не похитители, а сам поляк-наемник, который уже мирно лежит в могилке. Это было бы идеальным вариантом, но…ты сам-то в это веришь, дружочек? Нет, не верю. Я тоже всегда стараюсь исходить из наихудшего варианта развития событий.
А по этому сценарию рано или поздно — скорее первое, чем второе — за флешкой и хранящейся на ней схеме «Святогора» придут. Гадство, почему я постоянно в такое дерьмо вляпываюсь? Что-то с кармой не в порядке?
— Хорошо. Не уничтожаем. Тогда что делаем? — спросил я, не отрывая от него взгляда. Наверняка ведь Саша уже думал об этом.
— Твой отец, — как о чем-то очевидном сообщил Туров. — Он князь, приближенный к трону вельможа, и имеет связи в военных ведомствах. Даже, если он не знает ничего о «Святогоре», то сможет выйти на людей, которые знают. И вернуть похищенное.
— Звучит так себе…
Но это скептик и пессимист во мне сейчас сказал. На самом деле, предложенный хакером вариант не так уж и плох. Саша был прав практически во всем. Если передать чертежи Юрию Шувалову, то тот в самом деле может все замять. Хотя бы попытаться. А еще сделать так, чтобы ни ко мне, ни к Турову не пришли люди с дурацкими вопросами.
Мешало мне это принять только одно — придется идти к Мишиному отцу на поклон.
То есть, для дела я спокойно переступлю через гордость и сложившиеся между нами непростые отношения, но как это все воспримет сам князь? Тут еще подумать надо, как все правильно подать…
— Это единственный вариант! — повторил хакер.
— Еще можно стереть все данные, закрыть глаза и представить, что мы в домике, — видя, как расширяются глаза Турова, я добавил. — Да пошутил я, пошутил. Ты, похоже, прав. И мне придется идти к отцу. Но давай еще раз все обдумаем, ладно. Решение непростое, и обратной дороги не будет. Так или иначе замазаться придется, поэтому давай пройдемся с самого начала и подумаем не упускаем ли чего. Итак, флешку украли с секретного КаБэ, на ней был поставлен маяк…
Договорить я не успел. Одно из ростовых окон кафешки вдруг взорвалось стеклянным крошевом. А в метре от нас возникло едва заметное колебание воздуха с синеватым отливом — сидящий в двух столиках от нас Влад успел поставить щит. Который отбил не только осколки, но и несколько пуль.
В нас что, стреляют⁈ Какого хрена⁈
— На пол! — сразу же прокричал телохранитель, перекрывая своим ревом воцарившийся в кафешке людской визг.
Храни Господь людей, которые сравнительно добровольно поделились со мной своими деньгами, чтобы я мог нанять такого опытного охранника, уже не первый раз спасшего мою шкуру. Не будь его сейчас рядом, получил бы в лучшем случае порцию стекла в лицо. А в худшем — парочку свинцовых подарков в живот.
Распоряжение телохранителя я выполнил быстро, как образцовый солдат на учениях. Еще и Турова вслед за собой со стула стащил. Прикрыл нас обоих уже своим щитом и только после этого глянул в сторону разбитого выстрелами окна. Вовремя — через него в помещение как раз входили люди.
Пятеро. Лица закрыты пластиковыми бронированными масками, все в черной полевой форме и навороченной даже на вид сбруе. В руках короткие пистолет-пулеметы, что-то вроде «Р-90». Идут клином — один впереди, двое за ним углом, и следующая пара тоже. Некстати пришло в голову, что такое построение обеспечивает высокую плотность огня при штурме, и не дает перекрывать друг другу сектора огня. Очень же важная информация для текущего момента.
А еще, и это было куда важнее, они просаживали щит Влада. Били по нему короткими очередями: ведущий, левый во второй паре, потом правый. Третья двойка пока не стреляла — контролировала сектора, водя стволами по сторонам.
Инстинкты — дело такое. Я вот, например, в случае опасности, тянусь к пистолету, а не к полученной в этом мире магии. Вот и сейчас, видя, как нанятый мною Воин сдерживает атаки неизвестных противников, выхватил свой табельный, и начал стрелять в их лидера — щиты же анизотропные. Раз, два, три!
Фигушки! То есть, попадал я ровно туда, куда целил, вот только без всякого результата. Пули не достигали тела боевика, вспыхивая при столкновении с таким же, как и у нас, защитным полем. Да что же за засада такая — просто не протолкнуться без магии!
  
Пущенный вслед за выстрелами «ветерок» тоже не дал никаких результатов — незнакомцев даже не пошатнуло, только сильнее обозначило границы щитов. А Влад даже пытаться не стал бить своими «сосульками», видимо, бросив все резервы маны в защиту. Бросился вперед, как я думал, чтобы закрыть меня своим телом, и врезался в правого боевика из второй двойки.
Его маневр сработал, вызвав тот же эффект, что и шар для боулинга, врезавшийся в кегли. Сбитый с ног противник зацепил лидера отряда, тот левого из второй пары, и в результате в трех шагах от меня образовалась настоящая куча-мала. Что там внутри происходило, я не особенно понимал, только увидел пару раз взлетевший короткий клинок в руках Влада.