О бедном мажоре замолвите слово 3 (СИ)

Пока ехал — смотрел по сторонам, первый раз же в знаменитом городе-курорте. И понемногу разочаровывался. Старший Шувалов был прав — глушь.
Практически весь город представлял из себя частный сектор. Нет, кое-где вдалеке торчали здания высотой этажей в десять-пятнадцать, но больше по окраинам и кучно, островками. Спальные микрорайоны, вероятнее всего. А вот центр — он был одно-, двух-, максимум — трехэтажным. Практически везде, куда только не падал мой взгляд.
  
Домики, дома, домища, виллы, коттеджи — ощущение было, что водитель везет меня по огромной деревне. В моем мире Ялта, ну, если судить по фото и видео, что мне сослуживцы показывали, это дичайшая эклектика из строгой, почти питерской грации белоснежных колоннад и лепных фасадов императорских дворцов, аутентичных домиков, лепящихся по склонам гор, и монументальных корпусов советских санаториев. А тут — пригород какой-то. Богатый и сонный. На улицах людей почти не было — сезон закончился?
Таксист тоже был словно бы невыспавшийся. Пожилой то ли грек, то ли еврей — не поймешь. Я как-то рассчитывал, что он будет трепаться без остановки всю дорогу, рассказывая о том, чем тут можно заняться, и предлагая услуги своих братьев, деверей и сватов. А он как кивнул, приветствуя, так и молча рулил. Абыдна, да!
Другой мир, короче. Видимо, здесь Крым не стал всесоюзной здравницей, оставшись тихой южной провинцией. Где у людей с деньгами и положением были имения, куда они приезжали, но не жили постоянно.
Мысли о деньгах вернули меня к моим финансам. Лечение здесь, в этой «глуши», влетело мне в копеечку, но пришлось не только раскошелиться, но еще и из своего кармана. Отец, разумеется, предлагал не заниматься глупостями и взять у него, но я был непреклонен. Принципы, они такие. Один раз слабину дашь — и все, можно рукой махать.
Вместо этого попросил его организовать охрану всем, кто оставался во Владимире, в частности Турова и девчонок из отдела. Мало ли, вдруг эти идиоты из «организации» действительно решат давить на меня через них. Кстати, старшему Шувалову я про встречу с Клейном рассказал. После чего тот сразу сделался задумчивым и без возражений выделил родовых спецов на обеспечение безопасности моих друзей.
Еще и добавил от себя.
— Роберт Леопольдович — известный в узких кругах персонаж. Занял нишу посредника в переговорах важных людей, которые более никому не доверяют. Безобидная внешность и серьезная личная сила — все это делает его кандидатуру идеальной. Но говорит всегда правду. А про организацию эту я поузнаю. Дам знать. За своих людей не беспокойся, — последнее особенно в речи князя умилило. Собственник по натуре, он и коллег моих туда записал, почти в вассалы.
Так что дела во Владимире я не сказать, что бросил на самотек. Но вопросы Клейна и Платова, которому я тоже до сих пор не дал ответа, немного нервировали, как две бомбы с тикающими механизмами. Отличный бэкграунд для спокойного восстановления магических способностей, нечего сказать.
Телохранителей я с собой не взял — Влад еще восстанавливался после ранения, а Игоря тянуть не стал — пусть и он от меня отдохнет. Но взамен выспросил у него про кандидатуры на месте. И получил визитку его приятеля и наставника, который здесь, в Ялте, осел на пенсии. И порой брал заказы.
Не то чтобы охрана была мне здесь нужна, старший Шувалов вообще считал, что я все две недели лечения проведу в пансионате, где имеется собственная служба безопасности. Просто… я себя достаточно хорошо знал. И то, что в четырех стенах мне наскучит сидеть очень быстро. А ну как случится что-то на прогулке, а у меня еще энергетические каналы не восстановлены? «Друзей» ведь я тут завел множество.
Наконец, такси свернуло с основной дороги, проехало через массивные кованые ворота и покатило по идеально гладкой аллее, утопающей в зелени старого парка. Через пару минут сквозь ветви вековых кедров и кипарисов показался особняк — не дворец, не санаторий, а основательный двухэтажный особняк из светлого камня, больше похожий на шикарную частную виллу, чем на медицинское учреждение. Скромная вывеска у входа гласила: «Клинический центр „Волна“».
Здесь же у входа меня ждали. Целая процессия — почувствуй себя барином, так сказать. Какая-то девица с караваем (серьезно?), монументальная дама в белом халате поверх дорогого брючного костюма, судя по всему, главврач, и еще трое мужчин, которые на ее фоне немного терялись.
— Как доехали, Михаил Юрьевич? — радушно прогудела эта мадам.
Один из мужчин, коротко поклонившись, тут же подскочил с зонтом, раскрыв его над моей головой. На весь миллион сервис!
Про главврача нужно сказать отдельно хотя бы потому, что таких женщин я до сих пор не встречал. Около двух метров ростом, крепкая, как гренадер, но при этом не толстая, а совершенно сообразная. То есть хорошая фигура, приятное лицо, ну, может быть, с несколько крупноватыми чертами, короткие светлые волосы уложены волосок к волоску. И одета очень элегантно для своих габаритов.
— Спасибо, все хорошо, — отозвался я. — А вы?..
— Жанна Вячеславовна Жигалова, руководитель клинического центра «Волна» и ведущий нейромант. Буду лично заниматься вашим лечением. Это, — она широким взмахом обвела всех присутствующих, — мои помощники.
Она представила каждого: маг-целитель, алхимик — он как раз зонтик и держал, и физиотерапевт. Должность последнего меня даже позабавила немного — так странно встретить привычное слово среди всех этих «нейромантов». Даже духом советского санатория повеяло. Интересно, а он чем будет заниматься? Заталкивать меня в ржавую ванну с полезными водами или бить низкочастотным током?
— Очень приятно. Какой план?
Оказалось — простой. Жанна Вячеславовна проводила меня до своего кабинета, где его и поведала. Сегодня диагностика каждым из специалистов, а с завтрашнего утра — начало процедур. Первые три дня все будет очень плотно, можно сказать, буду бегать от одного врача к другому, а потом уже посвободнее станет. Можно будет даже в город на прогулки выбираться.
— Я буду заниматься восстановлением поврежденных нейронных связей, — под конец брифинга сообщила она. — Но об этом позже, для начала послушаем, что скажут врачи. Пары часов на отдых после дороги вам хватит, Михаил Юрьевич? Мы бы хотели сегодня провести полное обследование.
— Можно и раньше. Давайте только вещи брошу, и можно приступать, — я всегда исповедовал принцип «раньше сядешь — раньше выйдешь».
— Отлично! — просияла великанша. — Пойдемте, покажу вам ваши апартаменты.
Во как — апартаменты, не палата. С другой стороны, за такие деньги наверное не стоило ждать комнаты с подселением соседа, парочкой кроватей и сломанным санузлом.
Комнаты — их было три (зачем?) — меня устроили. Гостиная, спальня, кабинет — будто нельзя книжку на диване почитать или в кровати. Мое пролетарское (в прошлой жизни) происхождение смотрело на все эти роскошества и вид на море (серое и совсем недружелюбное) с легкой неловкостью. А вот урожденный княжич Шувалов все принял как должное.
— Ладно, пойдемте уже, — бросил я сумку на пол. — Не терпится вернуть утраченные способности.
Следующие несколько дней в «Волне» пролетели в режиме, который я в шутку окрестил конвейерным лечением. После диагностики специалистов мне был вынесен и без того ясный диагноз, однако с кое-какими правками.
— Вы уже каким-то самолечением занимались, Михаил Юрьевич? — уточнила Жанна Вячеславовна, читая заключения профильных врачей.
— Травки кое-какие пил, гимнастику делал, — не стал я играть в партизана.
  
— Кто посоветовал? — в тот момент главврач почему-то показалась мне похожей на сотрудника ФСБ. Ну или на советника Тайной Канцелярии, как тут говорят.
— Ёкаи, — пожал я плечами. — Времени на полноценное лечение не было, и друзья рекомендовали обратиться к этому племени. Что-то не так?
— Я почему-то так и подумала, — кивнула великанша удовлетворенно. — Нет-нет, все в порядке, по крайней мере хуже вы себе не сделали, а это уже немалое достижение при самолечении.