Светлая проблема темного куратора (СИ)

– Настойка сомнительная, – возразила я. – А для того чтобы узнать, как увеличить силу с помощью рога, придется пойти на сделку с Сайлавом. В этот раз был мышехвостый надуват, что дальше?
– А может быть, зверей в общежитие он больше не потащит, а попросит что-нибудь другое.
Я неопределенно пожала плечами и не стала продолжать разговор. Но слова наджи достигли цели. Пока я расставляла газеты и старые книги, мои мысли то и дело возвращались к Старому кругу и Священной ночи.
  
Когда я закончила работу, ужин давно прошел, и на академию спустилась темнота. Гаэру долго и придирчиво разглядывал полки, прежде чем отпустить меня. Но историк так и не нашел к чему придраться.
Стоило мне покинуть кабинет, как желудок напомнил о том, что в него давно не попадала еда. Осталось понять, как раздобыть ее в такой поздний час. Я вышла в залитый лунный светом двор и вздрогнула, когда из-за колонны показалась чья-то фигура.
– Очнулась? – раздался знакомый голос.
Я поняла, что передо мной куратор Низоры, Палван. Старик приблизился и протянул руку. Несмотря на добродушную улыбку, я инстинктивно отпрянула и уперлась спиной в колонну.
– Я только посмотрю, что у тебя с магией, – терпеливо пояснил он. – Так вышло, что я в этих вопросах довольно сведущий человек… И я уже осматривал тебя, пока ты была без сознания. Дангатар так волновался, что позвал меня. Подтвердить или опровергнуть выводы лекаря в госпитале.
– Волновался? – пробормотала я, позволяя коротким пальцам коснуться моего лба.
– Да, покрепче бы тебе стать, – пробормотал привратник. – И самой было бы легче, и Дану… Учись, девочка. Тебе нужно стабилизировать магию.
В памяти тут же всплыла прочитанная статья. Про стабилизацию магии там тоже что-то было. Наверное, этому тоже способствуют Священная ночь и Старый круг. Но говорить об этом чужому куратору я не стала. Мы распрощались, и Палван направился к двери, которая вела в крыло преподавателей. А я пересекла двор и свернула левее – к входу в общежитие.
Я собиралась только заглянуть в комнату и отправиться на поиски ужина. Но там меня ждал сюрприз. На прикроватном столике я обнаружила чашу с персиками и черешней. Кажется, про мою любовь к местным фруктам здесь осведомлен только один человек. Неужели куратор решил порадовать болящую адептку? А днем просил Тулуна забрать меня обратно…
Я села на постель и вгрызлась в бархатистый бок персика. И только после этого заметила, что на столике лежит кое-что еще. А когда поняла, что это простонала:
– Нет, ну зачем он его притащил?
Короткую записку к гладкой деревянной поверхности прижимал массивный перстень с черным камнем. Тот самый, который оставил мне Пятый. Я с чистой совестью “забыла” его в госпитале. Но Ихлас зачем-то притащил кольцо сюда.
На листке бумаги было выведено знакомым почерком:
“Такими вещами не разбрасываются”.
– Не разбрасываются… — раздраженно произнесла я. – Вот и сдал бы его ростовщику! А мне это барахло без надобности.
– Может быть, Дан прав, – пропищала Таран. – Никогда не знаешь, какую пользу может принести эта вещь.
Я не стала спорить, и с чистой совестью зашвырнула кольцо в ящик, где ждал своего часа обломок рога. И снова задумалась об усилении магии. Даже покосилась на шкаф, куда спрятала подаренную бутыль.
Я попыталась сесть за домашнюю работу. Но быстро поняла, что организм по-прежнему требовал еды. Персики и черешня – это хорошо, но мало… Поэтому я с тяжелым вздохом отложила учебник и отправилась вниз. Может быть, повара еще не ушли, и мне удастся раздобыть хоть что-то, напоминающее приличный ужин.
Но стоило мне подойти к лестнице, как в закутке что-то шевельнулось. Я пригляделась и поняла, что передо мной снова Сайлав и Юлиан. Что они здесь делают в такой час?
У меня не было никакого желания разговаривать с парнями, поэтому я только вежливо кивнула и хотела пройти мимо. Но Сайлав сцапал меня за рукав и прошипел:
– Стой! У меня к тебе деловое предложение!
  
Глава 12.
 
Таран метнулась к его лицу и пискнула:
– От вас у Лайи одни неприятности!
Парень отшатнулся и шикнул на нее:
– Тише! На этот раз дело плевое!
Я вырвала свой рукав из его цепких пальцев и скрестила руки на груди. А затем сообщила тоном, не терпящим возражений:
– Сначала я раздобуду себе хоть что-то, напоминающее ужин. И только после этого соглашусь тебя выслушать.
Юлиан прошептал:
– Кухня закрыта. Но я знаю, у кого можно разжиться съестным. Сбегаю за едой, а Сайлав тебя пока введет в курс дела.
С этими словами он неожиданно бесшумно проскользнул на лестницу. Его приятель тут же поймал меня за локоть и втянул в закуток. Я отодвинулась, и Сайлав примирительно вскинул руки.
– Сначала еда – потом слушать, – отрезала я.
Он не стал спорить, и это само по себе было подозрительно. Интуиция подсказывала, что “плевое дело” может обернуться проблемами. Особенно “плевое дело”, из-за которого Юлиан помчался за ужином среди ночи.
Сайлав оказался на удивление терпелив. Он придирчиво оглядел меня с ног до головы и прошептал:
– Выглядишь здоровой. А говорят, Непревзойденный чуть не убил тебя на тренировке. И спрячь бабочку, от нее слишком много света.
Я отогнула ворот пиджака, позволяя наджи скользнуть мне за пазуху. И только после этого возмутилась:
– Ничего подобного. Я была… неосторожна.
Сайлав смотрел так, будто ждал каких-то объяснений. Но я не нашла слов, чтобы описать произошедшее. Да и сама слишком мало поняла… Придется завтра вытрясти из куратора причину произошедшего. Пока я понимала только одно: все проблемы из-за моей слабости.
Юлиан вернулся подозрительно быстро. У его ног вышагивал наджи-кабан. Парень втиснулся в нишу и торжественно вручил мне внушительный сверток. Я развернула бумагу и обнаружила там две аккуратные стопки бутербродов. Запах нежнейшей ветчины и копченого мяса наполнил ноздри. Чего это он так расщедрился? Дольше жуешь – дольше слушаешь?
Я не стала его разочаровывать и объявила:
– Времени у вас ровно столько, сколько я буду есть.
А затем с наслаждением вгрызлась в бутерброд. Сайлав торопливо заговорил:
– Дело и правда плевое! Тебе ничего не нужно делать, никаких сомнительных авантюр. Только постоять в коридоре в нужный час и посмотреть, чтобы туда никто не зашел.
– А фы фто футете фелать? – спросила я с набитым ртом.
– Да так… – туманно пояснил Юлиан. – Ничего запрещенного. Старые счеты.
Справившись с очередным куском мяса, я с подозрением уточнила:
– А почему именно я?
Тут парни мрачно переглянулись, и Сайлав нехотя признал:
– Другие не согласятся. Мне нечего предложить взамен…
– Мне ты тоже еще ничего не предложил, – напомнила я.
– Расскажу, как усилить магию с помощью рога скочирога в Священную ночь, – с готовностью произнес он. – Метод рабочий, клянусь. Непревзойденный о нем не знает.
После слов Палвана и магического истощения его предложение выглядело по-настоящему заманчивым. Но я продолжала колебаться.
– В каком коридоре? Когда?
– На следующих выходных, – прошептал Юлиан. – В ночь с субботы на воскресение, когда часть адептов не ночует в комнатах.
Я только хмыкнула, продолжая жевать. Бутерброды казались умопомрачительно вкусными. Наконец, я ответила:
– Мне нужно подумать.
– Хорошо, – согласился Сайлав. – Но постарайся принять решение до вторника. Иначе мне придется искать кого-то другого.
С этими словами парень пожелал мне доброй ночи и удалился, прихватив своего товарища. Я отправилась в свою комнату, сжимая в руках остатки бутербродов.
  
Этой ночью мне снова снился тот же сон. Магия Ихласа так же скользила по моему телу. И, несмотря на произошедшее в реальности, это успокаивало. А когда я открыла глаза, то неожиданно ясно почувствовала внутри собственную силу. Как будто после слияния с магией куратора в реальности и во мне что-то изменилось.