Боксер-4: назад в СССР (СИ)

Прямо напротив «армейца»-мажора с другой стороны ринга стоял наш Павлик — тот самый, которого в пользу этого блатного горе-боксера засудили в прошлый раз.
  
Глава 21
 
Вот и началась настоящая драка, можно сказать, бой без правил. Тот, которого тянули, только бойцом был липовым, а вот обиделся он по-настоящему. Несколько секунд — и возле ринга образовалась куча мала из двух туловищ, которые мелькали перед глазами так быстро, что со стороны было сложно разобрать, кто есть кто. Взаимные оскорбления двух боксеров сливались с отчаянными криками тренеров, изо всех сил пытающихся их остановить.
Наконец до наших наставников дошло, что слова здесь никто уже не слушает. Тогда четверо тренеров, не сговариваясь, схватились по двое за каждого бойца — и эта заварушка всё-таки была остановлена.
— Ну ты совсем уже, что ли? — тренер горе-победителя возмущенно стучал себя пальцем по виску. — Ты так на каждую хрень будешь реагировать? Ну запустили в тебя чем-то, так знаешь, сколько таких пускателей за твою карьеру ещё встретится? Если ты с каждым будешь лезть в драку — ты очень скоро вместо турнира окажешься или на пенсии по инвалидности, или в тюрьме! И ещё неизвестно, что для тебя будет хуже!
— Не, ну а чего он? — промычал «победитель», вытирая рукой остатки яйца.
— «Чего, чего», — раздраженно передразнил его тренер. — Своя голова на плечах должна быть! Тебя еще столько не били по ней, чтобы мозги отключились!
А в судейской коллегии тем временем разгорелся жаркий спор. Произошедшее напрочь перечеркнуло весь запланированный ход соревнований, и стало понятно, что сделать вид, что ничего не случилось, не получится. Нужно было найти способ и успокоить зрителей, и оградить бойцов от подобных инцидентов в дальнейшем. Никто не мог гарантировать, что у кого-нибудь еще в зале не найдется с собой еще одного тухлого яйца, а то и чего-нибудь потяжелее. А превращать турнир в базарные разборки формата «толпа на толпу» никому, естественно, не хотелось.
Результатом судейских споров явилось следующее решение. Оставшиеся сегодняшние бои будут проведены без зрителей. А как, в каком режиме будут биться боксеры в финальный, завтрашний день, будет решено завтра. Исходя из обстановки и из результатов сегодняшнего дня. «Если никаких ЧП сегодня не будет, то можно будет и со зрителями. А пока что мы не имеем права рисковать безопасностью — ни болельщиков, ни бойцов», — обронил один из членов комиссии.
— Вот же ёшкин-матрёшкин, — сокрушенно выдохнул Григорий Семенович. — Теперь из нас руководство все соки выпьет. Это же какой скандал-то!
— Ничего оно не выпьет, — возразил я, — если мы возьмем турнир!
— Так, — сердито повернулся ко мне тренер, — ты мне давай тут не умничай! Специалист нашелся, тоже мне. Устроили из соревнований какой-то балаган, честное слово! А ну быстро все по номерам, и чтобы до завтрашнего дня я никого не видел!
Делать было нечего. Мы разбрелись по номерам — все, кроме тех, кому сегодня еще предстоял выход на ринг.
«Вот это, конечно, тут все закрутилось», — думал я, сидя в одиночку в номере (Сеня как раз в эти минуты должен был выходить на бой). «Хорошо еще, что сам турнир не отменили из-за этих метателей яиц. Хотя и могли — народу в зале много, кто его знает, что у кого в карманах — металлодетекторов здесь еще не придумали. В принципе, в большом спорте еще и не такое бывает — в прошлой жизни я насмотрелся на всех этих конкурентов. Но вообще-то эти парни думают явно не о том. Одно слово — мальчишки! Отношения все-таки уместнее выяснять за пределами ринга и зала, а здесь нужно максимально сосредоточиться на деле! Концентрация сил, навыков и внимания, ощущения своего тела, чувство соперника — вот что такое настоящий бой. А все эти забрасывания яйцами и все остальные „а чего я-то, это он первый начал“ — это для двора! Конечно, через несколько лет все участники сегодняшнего турнира вырастут и перестанут маяться этими глупостями, но сегодня всем нам, можно сказать, крупно повезло, что нас вообще не дисквалифицировали».
 
Как несложно догадаться, в эти минуты во мне говорил опытный тренер из прошлой жизни. Сейчас же я больше всего переживал за начало своей боксерской карьеры. И отец — ведь он же сидел на трибуне и все видел! Он только-только поверил в меня, даже специально продлил свою командировку, чтобы встретиться со мной и выразить мне свою поддержку. Только я успел порадоваться и успокоиться, что наши отношения налаживаются и теперь мне не будут препятствовать в занятиях боксом, как этим скандалистам понадобилось срочно выплеснуть свое чувство несправедливости. Что теперь подумает отец, впервые в жизни пришедший на боксерский турнир и увидевший все это? Как бы он теперь снова не испугался, что его сын вместо большого спорта попадет в вертеп, а вместо команды чемпионов окажется в кругу маргиналов…
«Сеня, молоток!» — вдруг послышалось в коридоре. «Здорово ты его приложил!».
Сеня? Неужели он уже закончил бой? Быстро же летит время!
Я осторожно выглянул в коридор. По направлению к номеру шел Сеня, окруженный нашими ребятами-динамовцами. Впрочем, «шел» — это громко сказано: скорее, он пытался пробраться к номеру, но ликующие пацаны никак не давали ему такой возможности. Сам же Сеня выглядел изрядно побитым, но его улыбка и горящие глаза говорили о том, что все закончилось как нельзя лучше для него.
— Сенька наш победил! — заорал мне в ухо Лева, увидевший, что я выглянул из номера. — Бой был серьезный, там уже думали, что все! Но он его все-таки сделал!
— Ну да, — подхватил Колян. — Только вот тому, которого он побил, сейчас не очень весело.
— Ну это понятно, — улыбнулся я в ответ. — Кому же приятно оказаться побежденным.
Вот это да! Наш скромный ботаник наконец поверил в то, что он боец и расправил крылья! Все усилия, которые ему пришлось приложить для сгонки веса, оказались не напрасными.
— Так, а ну-ка спать все! — раздался крик Григория Семеновича. — Опять балаган устроили на ночь глядя! Вам мало того цирка, который сегодня полдня творился, решили дальше представление продолжить?
Все стали расходиться по номерам, обсуждая Сенину победу. Ну а самому победителю, наконец, удалось прорваться к нашей двери.
— Поздравляю, Сенька! — я радостно пожал ему руку и приобнял. — С первой победой тебя!
— Спасибо, Мишаня, — устало улыбнулся Сеня. — Ты даже не представляешь себе, как это для меня важно!
Чего же мне не представлять-то? Сеня не просто победил, и даже не просто впервые. Он, может быть, первый раз за всю свою жизнь сумел победить самого главного соперника — себя. Он смог не просто накачать мышцы и расправить свое тело, а пробудить в себе дух спортсмена, бойца, сбросить всю эту мишуру, которая постоянно мешала ему своими бесконечными «ты все равно не сможешь», «да кто ты такой, чтобы туда лезть» и «а что все вокруг подумают». А это дорогого стоит: у многих, между прочим, за всю жизнь так и не получается этого сделать!
Ладно. За Сеню я, конечно, рад, но пора уже успокаиваться и настраиваться на крепкий, глубокий сон, а затем — на серьезную работу и финальный рывок. Ведь завтра — финал, а значит, решающий бой, по итогам которого будет ясно, чего я сумел достичь за время занятий боксом. В себе и своих навыках я уверен, вся задача только в том, чтобы выйти на ринг отдохнувшим, свежим и полным сил, с послушным и размятым телом.
С этими мыслями я сам не заметил, как отрубился.
* * *
Это утро, как и предыдущее, началось с общего собрания динамовцев, которым предстояло выступать в финале. За время турнира наши ряды сильно поредели, и перед строгим взглядом Григория Семеновича предстали я, Сеня, Бабушкин и еще один динамовский боец — Кирилл.
— Ну что, мужики, — заговорил Григорий Семенович. — Как говорится, последний бой — он трудный самый! Сегодня произойдет то, ради чего все вы тренировались столько времени. Можно сказать, итог всей вашей работы. Конечно, это итог промежуточный, но об этом думать не надо. Вы должны каждый раз работать как в последний, как будто это ваша единственная возможность продемонстрировать себя и свои умения. Запомните: эффектный финал способен исправить практически любые промахи в предыдущих выходах. И наоборот — если этот финал смазать, то, как бы вы блестяще ни выступали до этого, всем уже будет все равно. Партнеров своих вы уже знаете — это плюс. Понятно, что от кого можно ожидать. Так что жду и от вас более осмысленного и продуманного боя, чем в первый день, когда вы только присматривались и приноравливались друг к другу.