Служебно-боевой роман (СИ)

— Нет. А что?
— До восьми осталось четыре с половиной часа. Ты что, вампир? Ночами не спишь?
— Не твоё дело, — бросила она. — Адрес знаешь?
— Да.
— Тогда до завтра! — улыбнулась она.
— До сегодня… — проворчал он и раздались частые гудки.
Гермиона рассмеялась. До чего же забавно его доводить! Она буквально в припрыжку понеслась в свою личную мастерскую, лихо обернувшись вокруг своей оси, взмахнула волшебной палочкой.
— Завтра у тебя бал, «Золушка»! Вингардиум Левиоса! — весело воскликнула она, и с верхней полки огромного стеллажа на её раскроечный стол спикировал белоснежный, почти прозрачный, отрез ткани. Гермиона взмахнула рукой: — Акцио!
Рулон бумаги для выкроек развернулся на столе. Её глаза горели азартом, неведомым до этого дня вдохновением, словно принесённым ангелом на крыльях.
— Ты будешь звездой, Малфой! — коварно прошептала она. — Ну… почти!
***
Когда Гермиона взволнованно распахнула дверь, Малфой несколько озадачился. Это стало заметно сразу.
— Это вот так должен выглядеть дизайнер одежды? — иронично скривился он.
Джинсовые шорты и простая бордовая футболка делали её похожей на девочку, а хвостик из мелких кудрей на затылке дополнял картину.
— Дома выгляжу, как хочу! — парировала она и отошла в сторону, пропуская его в квартиру.
— Странно, что ты не в кедах, — усмехнулся он, и Гермиона внутренне вспыхнула. Две минуты назад она решила сменить кеды на маленькие туфли лодочки в тон футболке. Но то, что он это заметил, как будто добавило галлеон в его копилку.
Малфой, войдя в большую гостиную, громко присвистнул. Квартира была обустроена неброско, почти минималистично, всё в кофейно сливочных тонах, светлая мебель, тёмные стены. Две витые лестницы ведущие на второй этаж.
— Знал, к кому напроситься в домовые эльфы, — усмехнулся он. — Так, что? Распоряжайся.
— Кофе? — из вежливости поинтересовалась Гермиона.
— Ты не знаешь, как я предпочитаю.
— Хочешь, приготовь сам, а потом к работе, — дёрнула она плечом.
Малфой раскачивался с носка на пятку. Было странно видеть его в том же костюме, что и вчера, только без галстука. Но Гермиона решила промолчать. Немного подумав, он ответил:
— Обойдусь.
— Тем лучше! — улыбнулась девушка. — Идём. Я кое-что сообразила за ночь, тебе понравится.
— С чего ты взяла, — безразлично бросил он.
— Потому что твоя работа — нравиться мне, Малфой.
Она провела его через гостиную и открыла дверь в одну из комнат. Стало очевидно, что это фотостудия со всеми сопутствующими элементами — мощными лампами, больше похожими на прожектора, чёрными и белыми зонтами, стойками для камер и, конечно, фотокамерой.
— Ты ещё и фотограф? — приподнял он бровь. — Интересно. Будешь лепить на меня компромат?
— Сделаю для тебя тематическую презентацию.
Она закрыла за собой дверь и взяла в руки белую лёгкую сорочку, лежавшую на высоком барном стуле в углу. Драко бросил на неё подозрительный взгляд.
— Переодевайся, — велела Гермиона и, запрыгнув на стул, совершенно спокойно уставилась на бывшего сокурсника.
— Может быть, выйдешь? — требовательно произнёс он.
Гермиона расплылась в коварной улыбке. Малфой нервно сглотнул и снова бросил взгляд на предмет одежды в её руках.
— Ты не работал манекенщиком, не так ли?! — уверенно произнесла она. — Ты вообще не работал в этой сфере. Никогда. Твоё портфолио…
— Ни о чём не говорит, — раздражённо ответил он. — То же, что у всех.
— То же… да не то! Раздевайся, говорю. Тебе придётся себя преодолеть, если хочешь заработать хотя бы на еду.
Он раздражённо сдёрнул с себя пиджак и бросил на пуф, стоящий неподалёку.
— Рубашку! — велела она. — Только! Спокойно… Не волнуйся, Дерек, ты ещё не знаешь, что я с тобой делать буду, а уже боишься.
— Боюсь? — скривился он.
— Всё, прекрати! — закатила она глаза. — Я говорила — не терплю, когда со мной пререкаются.
— Пытаешься меня унизить? — глянул он исподлобья.
— Я работаю, Дерек!
— Хватит меня так называть! — рыкнул он.
— Снимай рубашку, Малфой, и надень вот эту. Брюки тоже придётся сменить. Надеюсь, ты носишь бельё? — усмехнулась она. — А то был у меня один экземпляр…
 
— Неинтересно! — психовал Драко, расстёгивая пуговицы. — Мне до твоих любовников нет дела.
— Манекенщики, знаешь ли, разные бывают. Тоже ведь люди. Пришлось приучать его носить обтягивающие трусы.
Она смотрела на бывшего сокурсника и глазам своим не верила. Розовые пятна выступили у него на щеках, дыхание стало глубоким, прерывистым, ноздри вздулись. Гермиона не представляла, что когда-нибудь увидит смущение Драко Малфоя.
— Майку тоже снимай, испортит образ, — ласково сказала она и спрыгнула со стула.
Гермиона оказалась в одном ярде* от него и только теперь обратила внимание, насколько он вытянулся после школы.
— Какой у тебя рост?
Малфой сдёрнул с себя майку и выпрямился.
— Шесть футов и два дюйма*.
— Ого! — она подала ему рубашку, в упор уставившись на его рельефный, но довольно гармоничный пресс. Но стоило ему протянуть руку, как Гермиона шагнула назад. Внутри всё дрожало. В горле пересохло. Она знала, что это слишком жестоко, но уж лучше рубануть сразу. Грейнджер взглянула ему в глаза.
— Брюки тоже снимай.
Взгляд серых глаз буравил её лицо. Казалось, эта дуэль закончится гибелью обоих. Гермиона не намерена сдаваться, но и он ни за что не будет побеждённым. Его длинные пальцы ловко расстегнули пряжку на ремне, пуговицы. Брюки медленно сползли вниз, обнажая стройные ноги, покрытые в области голеней золотистыми волосками.
— Носки, — методично произнесла Гермиона и отошла ещё на два шага назад.
— Это мерзко, Грейнджер, — выдохнул Малфой, уже стоя перед ней в одних обтягивающих белоснежных боксерах. — Я просил тебя о договоре…
— Я ничего не нарушаю, Малфой. Я работаю. А ты думал, чем манекенщики занимаются?
— Одежду демонстрируют.
— А одежда что, сама на тебя надеваться и сниматься будет? Или, может, ты думаешь, я, как дизайнер этой одежды, не стану подгонять модель по твоей идеальной фигуре? Мне твоё стеснение будет мешать работать. А у меня планы очень серьёзные! — она на мгновение бросила взгляд на его татуировку. — Спиной повернись!
Лукавила ли она? На самом ли деле хотела помочь? Гермиона в тот момент руководствовалась каким-то нездоровым азартом. Этот такой чужой, но почему-то очень знакомый, человек рождал в её душе море чувств, прекрасных образов в белых и молочно-шоколадных тонах. Она смотрела на его широкую спину, подтянутые ягодицы, длинные стройные ноги, а перед глазами струились батист и лён, мягкий хлопок.
— Повернись и одевайся.
Его лицо было безразличным, может быть, даже уставшим. Как будто с ним произошла какая-то трагедия.
— Малфой, прекрати! — закатила она глаза. — Пойми, это необходимо! Все проходят через это… первый раз.
— Как ты можешь так спокойно об этом говорить? — взволнованно воскликнул он, выхватывая предложенные ею светло-коричневые брюки. — Ты не была такой в школе!
— Откуда тебе знать, какой я была, — усмехнулась Гермиона. — Я общаюсь с парнями с первого курса Хогвартса. В моей жизни десятки мужчин! Лучших мужчин! И я тебе скажу откровенно — ты — один из лучших! — его брови бесконтрольно поползли в верх, а глаза стали просто огромными. — Но! Исключительно внешне! Тебе нужна практика, иначе ты не сможешь работать. Позволь, я помогу! У тебя может быть большое будущее.
Пока она говорила, Драко уже надел льняные свободные брюки и лёгкую просторную сорочку с V-образным вырезом на груди.
— Не обувайся, — подытожила Гермиона. — Идём.
 
Она велела ему встать на фоне белого куска материи и критически разглядывала с головы до ног.
— Магия мне в помощь, — выдохнула Гермиона и направила палочку на Драко — так ему показалось. Белый фон за спиной превратился в стену, выложенную из камней разных размеров и форм. Она направила палочку на пол, и прямо под его ногами проросла сочная зелёная трава.