Инженер. Система против монстров 8 (СИ)

Отправив сообщение, я пролистал список дальше. Ещё куча мелких дел. Заявка на починку генератора в восточном крыле… Это я Косте скину. Жалоба на то, что кто-то ночью громко слушал музыку… И кто им успел телефоны отремонтировать? Просьба выделить людей для сортировки медикаментов…
Я устало провёл рукой по лицу. Обязанности лидера будут отнимать драгоценное время, которое можно потратить на создание нового оружия, разработку брони, роботов или планирование стратегических операций.
  
— Тебе нужен секретарь, — будто прочитав мои мысли, сказала Искра.
— Я подумаю над тем, чтобы подключить к этому делу Прометея, — пробормотал я. — Пусть сортирует запросы по степени важности и предлагает варианты решений.
— Скайнет всё ближе, — вздохнула рыжая.
После завтрака, состоявшего из овсянки (действительно, почти не солёной) и крепкого чая, мы с Искрой вышли на крыльцо отеля. Утро было ясным и на удивление тёплым. Двор кипел работой. Бригада строителей уже вовсю работала на лесах, но уже не заделывала трещины, а начинала более серьёзный проект. Контрфорсы. Другая группа под руководством Медведя занималась физической подготовкой — бегали кругами по двору, отжимались и таскали какие-то мешки. Жизнь кипела.
Я направился к «Ленд Крузеру», который стоял у крыльца, чистый и готовый к выезду.
— Ну, я поехал, — бросил Искре.
— Возьми меня с собой! Пожалуйста! — тут же взмолилась она, делая самые жалостливые глаза, на которые была способна. — Я помогу! Буду прикрывать! Ну, Лёш! Я хочу посмотреть, как ты будешь охотиться на эту перекачанную галину бланку!
Остановился и посмотрел на неё.
— Аня, мы это уже обсуждали, — укорил я. — Во-первых, ты нужна на кухне. Валентина жалуется на пропажу тушёнки и отсутствие дисциплины. Ты там «смотрящая», мой заместитель по тылу. Это очень ответственная задача. Во-вторых, мне нужна чистота эксперимента. Робот, я и курица. Никаких лишних переменных.
— Я не переменная, я константа! — возмутилась она, уперев руки в боки.
— Ты — хаос в чистом виде, — улыбнулся я. — Искрящийся, рыжий и прекрасный хаос. Но сегодня я справлюсь сам. Тем более, если что-то пойдёт не так, мне не придётся отвлекаться на твою защиту. У меня есть доспех, а у тебя пока нет.
Она вздохнула, понимая, что дальше спорить я не собираюсь.
— Ладно, — буркнула девушка. — Но чтоб без наггетсов не возвращался! Иначе я тебя самого в кляре обжарю!
— Договорились.
Я уже открыл дверь машины и собирался сесть за руль, как вдруг со стороны стройки донёсся какой-то гомон. Не крики тревоги, а именно удивлённые возгласы, шум, обсуждение. Я обернулся. Искра, стоявшая рядом с машиной, тоже повернула голову в ту сторону. Несколько рабочих на лесах перестали заниматься кладкой и, свесившись вниз, показывали куда-то за пределы нашей территории.
Интуиция кольнула неприятным холодком.
— Пойдём, посмотрим, — сказал я, захлопывая дверь машины.
Мы с Искрой быстрым шагом пересекли двор. Подойдя к строительным лесам, я поднял голову.
— Семён! Что там? Докладывай!
Строитель оторвался от созерцания и посмотрел на меня сверху вниз. Его лицо выражало крайнее недоумение.
— Алексей… там это… человек за забором! — крикнул он. — Мужик какой-то! Стоит и руками машет!
  
Глава 9
 
Пришлый
 
Калитка, скрипнув, открылась, и во двор шагнул тот самый «человек».
Это был мужчина лет сорока, ничем не примечательный. Среднего роста, худощавого телосложения, с уставшим, небритым лицом. На нём была потёртая серая куртка, свободные штаны и грязные ботинки. Он не выглядел ни как воин, ни как безумец. Скорее, как уцелевший офисный работник, которому не повезло оказаться в эпицентре апокалипсиса. Но взгляд прямой, спокойный. Слишком спокойный для одиночки, зашедшего в логово вооружённой группировки.
Он остановился в нескольких шагах от нас, поднял руки, демонстрируя пустые ладони, и замер в ожидании.
— Кто ты и что тебе нужно? — я сделал шаг вперёд, отделяясь от остальных.
— Меня зовут Игнат, — ответил мужчина бесцветным голосом.
— Это я и так вижу. Игнат, пятый уровень. Что дальше?
— Я ищу убежище. Еду, воду, крышу над головой. Готов работать.
— Ты один? Откуда ты пришёл? — продолжил я допрос.
— Сейчас один, — кивнул Игнат. — Нас было шестеро. Мы пытались выбраться из Москвы. Наша группа… мы нарвались на стаю Мутировавших Псов в районе Митино. Их было слишком много. Я единственный, кто выжил.
Его рассказ звучал до боли знакомо. Классическая история выжившего. Но вот эмоциональный фон… Он говорил об этом так, будто зачитывал текст с бумажки.
— Один против стаи? — с ноткой яда в голосе уточнил Ершов. — Не верю. Сожрали бы и не подавились.
Рядом со мной стоял не только полицейский. Варягин тоже вышел «познакомиться», а Женя замер в обманчиво расслабленной позе у калитки. Он пока не вскидывал свой АК-74М. Но тот висел на ремне так, что вскинуть его было делом одной секунды.
Игнат перевёл на полицейского спокойный, пустой взгляд.
— Я не сражался. Я бежал. Прятался. Мне повезло.
— Везёт только покойникам, им уже ничего не надо, — пробурчал опер.
— Какой у тебя класс? — спросил я, игнорируя реплику Тараса.
— Мнемоник, — без заминки ответил Игнат.
Я удивлённо приподнял бровь. Редкая специализация, таких у нас ещё нет.
— Это что, фокусы с памятью? — уточнила Искра.
— Идеальная память, — пояснил Игнат. — Я запоминаю всё: карты, тексты, маршруты, лица. Могу воспроизвести любой увиденный документ или схему. Ещё есть навык «Ментальная картография». Я помню путь, которым шёл. Помню, где видел опасности. Это помогает обходить ловушки.
Звучало складно. Мнемоник в команде был бы подарком судьбы. Ходячая база данных, картограф и разведчик в одном флаконе.
Я посмотрел на Ершова. Бывший капитан полиции стоял, скрестив руки на груди, и буравил новичка тяжёлым взглядом. Я вскинул бровь, безмолвно спрашивая его мнения. Ершов едва заметно качнул головой и отошёл на несколько шагов. Я последовал за ним.
— Ну? — шепнул я. — Что скажешь? Врёт?
— В том-то и дело, Алексей, что хрен знает, — тихо, сквозь зубы процедил Ершов.
— В смысле? — удивился я. — Твой детектор сломался?
— Не сломался, — огрызнулся полицейский. — Он молчит. Понимаешь? Вообще молчит. Обычно, когда человек говорит правду, я чувствую… резонанс. Гармонию. Когда врёт — диссонанс, скрежет. А тут тишина. Вакуум. Будто я стену пытаюсь прочитать, а не человека. Ни отклика, ни эмоций, ничего. Я не могу его прощупать.
— Тишина? — я задумчиво потёр подбородок. — Это может быть связано с классом. Мнемоник. Работа с мозгом, с памятью, с подсознанием.
— Думаешь, ментальная защита? — спросил Ершов.
— Возможно, — кивнул я. — Какая-нибудь «Железная воля» или «Чертоги разума».
— Всё равно мутный тип, — покачал головой полицейский. — Не нравится он мне. Слишком гладко стелет. Нормальный человек, выживший в мясорубке, должен фонить эмоциями — страхом, облегчением, адреналином. А этот пустой, как барабан. Я рекомендую жёсткий карантин. Изолировать, поставить охрану, и потом я с ним поработаю плотнее. С «Гласом Истины» и, может быть, с парой дополнительных навыков.
— Согласен, — поддержал я. — Рисковать не будем.
К нашему шёпоту присоединилась третья голова. Искра, подкравшись с другой стороны, тоже заговорщически зашипела:
— Мне он тоже не нравится. Он какой-то… неживой. Скучный. И глаза у него стеклянные, как у куклы. Может, он контуженный? Или, знаете, есть такие люди — душнилы по жизни. Вот он мемоник… тьфу, мнемоник. Будет ходить и нудеть: «А я запомнил, что ты три дня назад на завтрак две сосиски съела, а не одну».
  
Я едва сдержал улыбку. Искра, как всегда, зрит в корень, пусть и через призму своего восприятия.
— Ясно. Твоё чутьё тоже говорит, что что-то не так.
— Слишком громко шепчетесь, — раздался за спиной голос Варягина. Он не поворачивался, продолжая сверлить Игната взглядом, но всё слышал.