Путешествие на запад

– Эй, Татьяна! – позвал Андрей, хотя понимал, что ему никто не ответит.
Из этой квартиры, точно так же как из тысяч других, жители просто-напросто исчезли…
И черт его знает куда.
Он прошел в зал, заглянул в обе спальни – кровати расстелены, но никого нет, и опять же – никаких следов насилия, все выглядит так, будто сестра и двое ее отпрысков ушли. Но при этом отчего-то не стали тратить время на то, чтобы собраться или хотя бы одеться.
  
Полный бред…
И что делать дальше? Попытаться найти кого-нибудь из друзей или знакомых? Ведь есть шанс, что уцелел еще кто-то помимо Андрея Соловьева? Или поискать ответ на вопрос – что все же произошло? Но где? Советский район вымер, это точно, но ведь можно отправиться в центр города, к кремлю… Может быть, там все нормально и власти в курсе?
Так и не придя ни к какому решению, он направился к бару, вытащил оттуда бутылку водки. Отсутствием под рукой тары заморачиваться не стал, открутил крышку и хлебнул прямо из горлышка. Вряд ли Татьяна, даже если вернется сюда, осудит брата за подобный поступок – в условиях такого стресса алкоголь необходим для того, чтобы голова хоть как-то варила.
Водка провалилась в горло, словно вода, а в следующий момент Андрей замер.
Показалось, что с улицы донесся крик…
– Умри, сука! – заорали вновь, на этот раз вполне явственно, и донеслись глухие, чавкающие удары.
Андрей поставил бутылку на пол и бросился к двери. Вылетел на лестницу, не заботясь о том, чтобы закрыть дверь в квартиру, и помчался вниз, прыгая через три ступеньки. На последней площадке едва не сшиб со стены почтовые ящики и, запыхавшись, вылетел на улицу.
У соседнего подъезда невысокий, бритый наголо парень лупил бейсбольной битой нечто, лежащее на земле.
На хлопок подъездной двери он поднял голову, и Андрей увидел багровое от натуги лицо с бешеными глазами. Парень вскинул биту, измазанную кровью, а в следующий момент замер и даже рот открыл.
– Спокойно, не суетись, – сказал Андрей, демонстрируя «ПМ».
Вид огнестрельного оружия почти всегда успокаивающе действует на агрессивных придурков.
– Человек? О-ха-ха! – заорал бритоголовый, не обратив на пистолет внимания. – Вау, чувак, ты не представляешь, как я рад тебя видеть! Я конкретно думал, что остался один в этом сраном городе!
– Я тоже, – Андрей опустил пистолет и вытер со лба пот. – Что там у тебя такое?
– Да урод, в натуре, – бритоголовый сплюнул. – Уже второй, первый, правда, другой был… Разные они. Я думал, типа зомби всякие будут, как в кино, а тут вообще какая-то хрень нереальная.
Андрей подошел.
На асфальте, вяло пошевеливаясь, лежало нечто человекоподобное. У него вроде бы имелись две руки, две ноги, одна голова и полный комплект остального, что положено, да только все это было перемешано в таком произвольном порядке, что сразу же вызывало острейший приступ тошноты.
Тело перекручено, ребра торчат сквозь кожу, голова болтается на копчике, голени вырастают из боков…
И это существо было живым! Оно ухитрялось двигаться!
– Бросился на меня из подъезда, козел тупой, – сообщил бритоголовый. – Но я не зря биту с собой захватил… И уже второго такого снусмумрика заколбасил, показал им, чего стою.
– А я – одного, – сказал Андрей. – Как тебя зовут?
– Илья. Я в последнем доме по Васюнина живу, у парка троллейбусного. Проснулся, а тут такая ботва непонятная – никого, и тихо… На улицу вышел, а тут вообще фиготень какая-то творится.
Стоило признать, что тип Соловьеву встретился болтливый, но не трусливый.
– Да уж, именно фиготень. Версии есть, что именно произошло?
– Конечно, а как же… Это инопланетяне над нами экспериментируют, – заявил Илья с такой уверенностью, будто зеленые человечки с Марса лично признались ему, что нынешнее безобразие – их рук дело. – Как в том кино голливудовском, помнишь? Где все не догоняли, в чем фишка. Типа конкретно вывезли почти всех, других изуродовали, а третьих так оставили, как и было.
– Но зачем? – спросил Андрей.
– А кто же его знает? – Илья заухмылялся. – Разве что у них спросить. Да только где взять этих гнусных уродов? Они где-нибудь там, на орбите, прячутся… в своих этих, кораблях, и следят, волки позорные.
В инопланетян Соловьев не верил, но до сегодняшнего утра он не верил и в то, что могут существовать собаки с человеческими головами и монстры вроде того, что издыхал неподалеку.
– Может быть, и так, – сказал он. – Что делать будем?
– Вооружаться! – Илья взмахнул битой. – Это штука хороша, но если всякие какодемоны и прочие мегауроды полезут, то нам хреново придется. У тебя вон пистолет есть, но и этого мало будет, зуб даю.
С этим стал бы спорить только идиот – в неожиданно изменившемся Нижнем Новгороде могли иметься твари, куда более опасные, чем давешний «песик» или тот псевдочеловек, что напал на Илью.
– Есть магазин «Русское оружие» на Ванеева, – Андрей задумчиво почесал подбородок. – Да только он на сигнализации, за решетками. Как туда заходить будем?
– Не вопрос! Надо только инструменты добыть. Я в автосервисе работаю и любую дверь как два пальца об асфальт. Можно в хозяйственный магазин заглянуть, что на Советской, там все должно быть. Стекло расколошматим и заберемся, а если менты по вызову приедут, так тем лучше, значит, не все в этом городе похерено насмерть.
Определенная логика в этом была, хотя Андрей предпочел бы просто добраться до центра города. Очень хотелось верить, что неведомое бедствие ограничилось Советским районом и что в остальных все так же, как и раньше.
– Ладно, пошли, – сказал он.
– Чего «пошли»? – удивился Илья. – Поехали! Вон сколько тачек стоит! Одну позаимствуем, хозяин возражать не будет, я уверен, все равно он за ней не вернется… Так, вот эту возьмем.
И прежде чем Андрей успел возразить, бритоголовый отправился к потрепанной «копейке» цвета лягушачьей шкуры. Зазвенело выбитое тычком биты стекло, клацнула открывшаяся дверь, и забравшийся на водительское сиденье Илья радостно заухмылялся.
– Вот гопота, – пробормотал Соловьев и отправился к автомобилю.
– Сейчас мы заведемся, и все будет чики-пуки… – бормотал бритоголовый, возясь с приборной панелью.
Раздался щелчок, Илья снял панель, деловито выдернул два проводка и сомкнул их оголившиеся концы. Через мгновение глаза его округлились, рот приоткрылся, а брови поднялись, поскольку не произошло ничего.
– Что, не выходит? – спросил Андрей.
– Да не может быть… если только она сломана? Да не похоже. Сейчас в мотор глянем, чего там да как…
Илья выскочил из «копейки», открыл капот и полез туда.
– Да все в порядке… – доложил он через пару минут. – Ничего не понимаю, хрень какая-то…
– Я пока сюда шел, видел пару машин. Разбитых, но не загоревшихся, – сказал Андрей. – Может быть, твои инопланетяне что-то сделали с двигателями? Или изменили свойства бензина?
– Но зачем им… – тут Илья осекся. – Хотя кто ж их знает? Ладно, пешком пойдем.
– Только сначала я в квартиру к сестре загляну, кое-какие инструменты и там есть.
Оставив бритоголового на улице, Андрей вновь поднялся на третий этаж. После недолгого колебания прихватил небольшой рюкзак, принадлежавший племяннику, положил в него молоток, кусачки, несколько отверток и нож вроде того, которым пользовался Рэмбо.
«Инструмент» этот добыл племянник где-то в Средней Азии, когда путешествовал по ней автостопом.
– Ну чо ты так долго? – спросил Илья, когда Андрей вернулся на улицу. – Я уж решил, что тебя там схавали, или на кусочки порвали, или вообще в зомби голимого превратили.
– Не превратили. Идем.
  
* * *
На Советской площади за те полчаса, что Андрей тут не был, все осталось так же: троллейбус у остановки, столкнувшиеся машины, окровавленные внутренности на клумбе и полное отсутствие людей.
– Мать ети, как тихо, у меня аж мурашки по шкуре, – пожаловался Илья, нервно тиская биту.