Одиночка. Компиляция (СИ)

— Здесь будет даже лучше, — оживился хозяин. (Ну еще бы, и украшения никуда тащить не нужно, хе-хе!..) — Когда это можно сделать? Все равно сегодня до вечера клиентов будет мало, а ради такого дела могу на час-другой и закрыть магазин.
— Хорошо, тогда сделаем так: я вам прямо сейчас отдаю полную стоимость комплекта, а девушка потом сама выберет то, что ей понравится, в качестве оплаты. С фотографом придется договариваться отдельно — скажете, что конкретно хотите видеть на фотографии, а он уже вам скажет, сколько это будет стоить. Ну что, я звоню Джону? — повернулся я к Эвелин.
  
— Звони, зачем откладывать? — легко согласилась она. — Спорим, максимум через пятнадцать минут он будет здесь?
— Что-то мне даже спорить не хочется… Десять минут, и он прибежит. Все, звоню!
Действительно, наш молодой фотограф примчался на велосипеде через двенадцать минут после звонка. Мы видели сквозь стекло витрины, как он торопливо пристегнул своего «железного коня» к ограждению, и буквально через десять секунд Джон вошел в магазин.
— Джон, уважаемый владелец магазина хочет, чтобы ты сделал ему несколько больших фотографий, а Эва Стар любезно согласилась на фотосессию в качестве модели. Ты берешься?
— Да… Конечно… А где нужно проводить съемку?
— Прямо здесь и сейчас, готов?
— Я все взял, подождите несколько минут, сейчас только освещение установлю…
Расстановка светильников и последующая фотосессия затянулись на три часа. Эвелин пришлось перемерять много украшений, но ей это даже нравилось, и она не жаловалась. Ну да, когда еще представится такая возможность покрасоваться в колье, ценник которого мог свалить с ног при подсчете количества нулей?.. Так что когда после этих спонтанных съемок я вез ее в «Танцующие звезды», она всю дорогу что-то весело напевала и улыбалась.
— Ну что, красавица, довольна?
— Очень!..
— Выбрала себе что-нибудь в качестве бонуса?
— Да, и хозяин сразу же отдал. Но я тебе пока не покажу, — опередила она мой вопрос. — Потом когда-нибудь.
— Договорились. Вот мы и приехали, лети в гнездо, ласточка моя…
Она улыбнулась, на этот раз немного грустно, крепко поцеловала меня в губы и, выпорхнув из машины, вприпрыжку побежала к двери служебного входа.
Эх, девочка, что ж ты ко мне так привязалась-то, а? У меня жена есть… И еще куча разных дел впереди… Ладно, домой пора уже…
После ужина, сидя за столиком в мансарде, под звуки музыки из радиоприемника я медленно водил карандашом по листу бумаги, когда услышал позади тихие шаги. Понятно, это Джинджер решила посмотреть, чем это я тут без нее занимаюсь. Ее руки обхватили меня, и она тихо спросила:
— Что рисуешь?
— Да вот, решил нож сделать, который можно будет передать своему сыну, когда подрастет.
— А если будет дочь?
— Тогда нож понадобится сделать более изящным…
— Надо же, какой ты у меня мастер… А почему вообще решил этим заняться?
— У тебя в оружейной комнате висят старинные «дирки», которые долго передавались по наследству. Их делали мастера, по заказу знатного человека, вставляли в резные рукояти драгоценные камни… Но мне хочется сделать что-то другое. Все-таки те кинжалы — оружие. А для наших детей я буду делать ножи, больше подходящие для мирной жизни, чем для нападения. Хотя ты ведь сможешь обучить их защищать себя? Но мне бы очень не хотелось, чтобы мои подарки стали причиной чьих-то страданий. Ладно, не будем сейчас загадывать…
Джинджер отпустила меня и по очереди потрогала лежавшие на столе «запчасти» — прямой клинок длиной около пяти дюймов, пока еще без заточки, со сформированными «от обуха» спусками, небольшой литой больстер с рельефным узором, навершие для рукояти с рельефной головой рыси на торце и брусок твердого дерева, бугрящийся выпирающими изнутри волокнами.
— Ты уверен, что справишься?
— Пока не начну делать, не узнаю… Кстати, у некоторых северных народностей на Старой Земле был интересный обычай, связанный с ножами.
— Какой? — Джинджер с улыбкой посмотрела на меня.
— Когда девушка считала, что она готова выйти замуж, она вешала на пояс пустые ножны. Парень мог подойти и подарить ей нож, а спустя несколько дней нужно было посмотреть — носит она его в ножнах или нет. Если нож на месте — можно было засылать сватов.
— А если нет?
— Значит, парню не повезло…
— Хммм… У некоторых девушек, наверное, была обширная коллекция ножей… — засмеялась она. — А для меня потом сделаешь?
— Хочешь?
— Конечно!
— Тогда обязательно сделаю, только изложи свои пожелания письменно, пожалуйста.
Она в шутку стукнула меня по плечу кулачком:
— Главное, чтобы был красивый! И не «кухонник»!.. Вот и все требования… А это тебе авансом… — после чего поцеловала меня так, что закружилась голова. Ну вот, теперь придется осваивать изготовление ножей мелкими партиями, наверное.
Джинджер спустилась по лестнице, и я вернулся к рисунку. Так, что у нас здесь получается? Больстер шире клинка на пару миллиметров, это значит, что размеры точно подобрать не удалось. Жаль, придется подтачивать угол, только бы рисунок не затронуть. Ладно, для первого раза и так сойдет, потом буду внимательнее выбирать размеры железа… Кстати, почему бы потом не сделать парные ножи? В одном стиле, отличающиеся только размерами. Но это потом, сначала нужно попрактиковаться, нужные умения приобрести, чтобы не стыдно было плоды трудов кому-нибудь показать…
* * *
10 число 05 месяца 24 года, Порто-Франко 
Ровно в десять утра мой мобильник засигналил мелодией входящего вызова. Кто там названивает в такую рань? Номер незнакомый…
— Слушаю!
— Приветствую, это Игорь. Тут тебя кое-кто хочет видеть, можешь подъехать в гостиницу прямо сейчас?
— Надеюсь, это не банда киллеров?
— Нет, ты его знаешь, но дело срочное, просит поторопиться.
— Ясно, сейчас приеду, минут через десять-пятнадцать.
Ну вот, а хотел сегодня еще с ножами повозиться, придется корректировать планы на ходу…
Так, сейчас только Джинджер скажу, куда еду, и вперед! Что-то моя чуйка резко зашевелилась, хотя до этого звонка я уже и думать про нее забыл. Вот что значит спокойная семейная жизнь… Даже несколько вылетов по заявкам на отдаленные фермы (возил врачей на вызовы) прошли будто по маслу — вылетел, привез доктора к больному, через некоторое время увез или доктора, или доктора вместе с больным, на аэродроме передал его в «Скорую помощь», и адью! Максимум на такой рейс уходило полдня. Для клиента — дело совсем не дешевое, но и общины вызывали санрейсы не каждый день, а только по совершенно неотложным случаям, если не успевали или не могли доставить медиков наземным транспортом. В этих вылетах я научился приземляться на грунтовые площадки небольших размеров, по скудным данным с земли, иногда для определения направления и скорости ветра приходилось требовать зажечь возле полосы что-нибудь коптящее, вроде старой автомобильной покрышки. Не знаю, было ли страшно при этом врачам, но летать со мной никто не отказывался, значит, удалось набрать какие-то баллы для своей репутации. Еще большим плюсом к авторитету было то, что летать меня учил Хокинс. Ну и как же без этого — периодически всплывала история про посадку с неработающим двигателем, правда, я предпочитал уходить от этих воспоминаний. Считаю, что мне тогда очень повезло, и не нужно лишний раз испытывать свою удачу.
Игорь стоял возле двери служебного номера и явно ждал моего приезда. Вот сейчас мы и узнаем, кому это я понадобился с самого раннего утра…
  
— Привет!
— Привет! Заходи, тебя человек ждет почти час.
Войдя в номер, я увидел сидевшего возле стола Бориса.
— Здрав будь, боярин! — Это у меня приветствие такое.
— Здорово! Проходи, нужно поговорить.
— Да уж явно ты меня не на чай с плюшками позвал…
— Не буду разводить долгое предисловие, скажу сразу: тебе нужно на неделю, а еще лучше на две исчезнуть из города, причем как можно дальше. В ППД ехать не обязательно, но и соседние города тоже не вариант.