Одиночка. Компиляция (СИ)
Наконец девчонка (как ее зовут, кстати? на айдишке не догадался глянуть…) выходит из кабинета, заметно хромая. Опа-на, еще и в раздолбанных больничных тапках, явно доживающих свои последние дни. Ступни обмотаны бинтами, свои ушатанные вусмерть туфли она держит в руках — видимо, на повязки не смогла надеть. Нет, это капец! «Душераздирающее зрелище!..» — как говаривал один мультяшный ослик.
— Тебя как зовут?
— Эвелин.
— Сценический псевдоним, что ли?
— Нет, на самом деле…
— Ладно, это сейчас не так важно. Пойдем, а то там полиция уже землю копытами роет.
Она еле заметно усмехнулась, и я под руку повел ее к выходу, где все это время маячил молодой полицейский.
Не успеваю подойти к дверям, как в кармане начинает сигналить сотовый. Угадайте, кто звонит? Правильно…
— Ты где? Я уже дома, а тебя еще нет.
— Джин, тут кое-что случилось… Ты не могла бы подъехать к полицейскому управлению?
— Алекс, ты что, опять в какую-то дерьмовую историю попал?
(Ругается, значит, настроение точно плохое…)
— Не я… Короче, буду давать показания, и захвати, пожалуйста, мне мои джинсы и какую-нибудь рубашку или футболку.
Джинджер секунд пять молчала, вникая в информацию, затем сказала:
— Буду у полицейского управления через десять минут, — и тут же отключила связь.
— Ну что, красавица, попал я из-за тебя в неприятности…
Эвелин не ответила, сейчас ее главной заботой было не потерять тапки, которые все время норовили слететь с ее небольших ступней.
Мы сели в полицейский джип, хорошо еще, что нас не стали грузить в «собачник» (шучу!), и патрульные не торопясь покатили в сторону управы.
Когда мы подъехали к входу, на другой стороне улицы уже стоял красный «Гелендваген». Я попросил пару минут подождать и быстро двинулся навстречу очередным неприятностям…
Не успел сесть на пассажирское сиденье и захлопнуть дверцу, как Джин кинула мне на колени пакет с одеждой и недовольным голосом спросила:
— И в чем дело?
— Шел по улице, напал какой-то парень, зацепил мне спину ножом. Он за девчонкой гнался, как оказалось.
— Ну и что дальше?
— Теперь его в морг увезли, девчонка сейчас показания будет давать, и я тоже.
Она чуть-чуть смягчает выражение глаз, но тон все тот же:
— Переодевайся, я с тобой вместе туда пойду!
Хорошо, что сиденье можно отодвинуть назад, как можно быстрее снимаю порезанную и окровавленную рубашку, натягиваю темно-серую футболку, джинсы тоже приходится переодевать — они в пыли после кувырков по земле, да и кровь попала на пояс. Когда я заканчиваю с переодеванием, мы с Джинджер выходим из машины и идем к дверям управления, где нас дожидаются молодой патрульный и Эвелин, затем вся наша группа подымается на второй этаж. Фрау Ирмы в комнате нет, но лица все равно знакомые — Рокки и Бульвинкль, как я их про себя называю.
— Рассказывайте, как все случилось, — обращается к девушке Рокки, — а вы пока подождите в коридоре, пожалуйста, — говорит он мне и Джинджер.
Пока сидим на стульях у стены, я вкратце рассказываю о случившемся (в своей редакции, естественно). Заодно спрашиваю:
— Слушай, среди твоих знакомых есть владельцы какого-нибудь клуба?
— Есть, а что?
— Девчонка сказала, что занималась «танцами на шесте», или как это называется. Пристроить бы ее куда-нибудь в нормальное место…
— С чего это ты такой добрый, а?
— Я ее спас, теперь отвечаю… Или не так?
Джин задумывается, через примерно полминуты достает телефон и звонит:
— Маноло, добрый день! Есть пара минут?
Видимо, собеседник готов пожертвовать для нее не только «пару минут», но и пару часов — дальнейшая беседа происходит на тарахтящем испанском, я не понимаю ни слова, поэтому прислоняюсь к спинке стула и закрываю глаза. Устал что-то, даже есть не хочется…
Кто-то трясет меня за плечо, открываю глаза — молодой полицейский, рядом с ним стоит Эвелин. Ладно, беседовать так беседовать… Встаю и прохожу в кабинет, на мой стул тут же практически падает девчонка. Вот, пусть Джинджер с ней и пообщается, на предмет дальнейшей жизни.
Меня в очередной раз начинают спрашивать о деталях случившегося, я стараюсь придерживаться согласованной с неудачливой танцовщицей версии. Судя по невозмутимому выражению лиц собеседников, никаких особенных вопросов не возникает. А теперь — самое интересное.
— Согласно местным правилам, имущество, находившееся при нападавшем, переходит к вам. Вот, ознакомьтесь: кинжал, деньги — две с половиной тысячи экю крупными купюрами и две сотни мелочью, ключи от машины, с брелоком «Тойота». Девушка не смогла указать нам местонахождение автомобиля, но мы проверим близлежащие склады, скорее всего, он где-то недалеко от места происшествия. Имущество, которое обнаружится в машине, тоже будет передано вам. Если родственники его жертв захотят — они смогут у вас выкупить их вещи.
— А сколько было… жертв?
— Нам известно о пяти случаях. Не исключено, что их больше. Мы объявляли премию за его поимку или ликвидацию, теперь она ваша.
— Вы уверены, что это точно он?
— Форма лезвия кинжала соответствует ранениям у жертв, характер вашей раны — тот же самый. Кстати, как вам удалось избежать удара?
— Услышал шаги сзади, это показалось подозрительным. А потом девчонка испугалась, я сразу и прыгнул в сторону…
— Вы раньше проходили специальную подготовку?
— Нет… С женой утром в тир ездили, занимались, видимо, еще не успел расслабиться после тренировки.
— А ваша жена кто, спецназовец?
Мы дружно смеемся, потом я говорю:
— Нет, но она умеет стрелять лучше меня. Да вот, можете в коридор выглянуть, она там сидит, меня ждет.
Бульвинкль выглядывает в коридор, потом, чуть изменившись в лице, что-то шепчет на ухо Рокки, и наша беседа как-то очень быстро подходит к концу. Я забираю полученное добро, которое мне любезно сложили в небольшой пакет из темного непрозрачного пластика, и выхожу в коридор.
— Ну как дела, девушки?
Эвелин несмело улыбается, а Джинджер отвечает:
— Сейчас едем в клуб к Маноло, я договорилась о просмотре. Если покажет себя нормально, она будет там работать.
— Ну и отлично. Пошли, чего ждем?..
День еще только начал движение к закату, а столько всего произошло… Ладно, сейчас передадим потенциальную «артистку сцены и пилона» в клуб, и домой, домой!..
Клуб оказался довольно большим зданием с художественно оформленной вывеской, на которой было вычурным шрифтом написано «Танцующие звезды». Вот так, не больше и не меньше, понимай как хочешь. Судя по внешнему виду стен, здание весьма ухожено, и средства в него вложены немалые.
— Джин, а откуда ты этого Маноло знаешь?
— Я ему помогала оборудование для клуба доставать, чтобы разные шоу оформить. Сейчас сами все увидите.
Она останавливает машину за углом клуба, на стоянке, и мы не спеша идем к небольшой двери с надписью «Только для персонала». Когда я открыл дверь, к нам навстречу сразу же поднялся шкафообразный охранник, но увидел Джин и расплылся в улыбке:
— Вы к хозяину?
— Да, он нас ждет.
— Тогда идите в зал, сейчас я ему сообщу. — С этими словами он вытащил сотовый телефон из нагрудного кармана своей рубашки, а мы по извилистому проходу двинулись вглубь этого рассадника культуры.
Пара поворотов — и вот они, «закулисья»! Мы вышли в зал, где возле невысокой сцены нас уже дожидался усатый латинос, очень похожий на мексиканского бандита из старого вестерна, разве что на нем не было ремня с кобурой и «бандольеро» с патронами через все огромное пузо… пардон, через могучую грудь. Ростом он был заметно ниже Эвелины, но совершенно не комплексовал по этому поводу. Действительно, чего тут стесняться? «Мал золотник, да дорог!..»
Они с Джинджер по-дружески расцеловались, и она представила нас друг другу:
— Это Маноло, владелец клуба. Это Алекс, мой муж, это Эвелин. Прошу тебя, посмотри, что она умеет, может быть, и понравится.