Игра на смелость (ЛП)
Это действительно я?
На вершине гроба раскинулась женская фигура. Мое обнаженное тело выставлено на всеобщее обозрение, и эта мысль пронзает меня стрелой чего-то темного и запретного. Я вижу блестящую влагу возбуждения между раздвинутыми ногами и тугими вершинами сосков.
Он сделал это со мной. Возбудил мое тело. Меня это взволновало.
Я помню, что ощущала его рот. Его ласкающий язык посылал в меня кусочки удовольствия. Я закусываю губу, глядя на изображение, внутри меня снова пробуждается коварный нуждающийся рокот.
На один краткий момент я не играла по правилам. Я не была той девушкой, которая опускала голову и усердно работала. Я сделала что-то другое. Что-то смелое. Я отклонилась от учебы и упорного труда. Я выбрала острые ощущения от того, чего не должна была делать.
Я рискнула.
Мне нравится.
Хватит ли мне смелости снова встретиться с ним лицом к лицу?
Илай
— Итак, ты собираешься нарисовать фреску? — пальцы Лейси цепляются за блокнот, который она держит.
— Такова была сделка, — я протягиваю руку. — Это оно?
— Зачем тебе это нужно?
— Не твое дело. Тебе нужна фреска или нет? — между нами повисает вопрос, и я на секунду задаюсь вопросом, появляется ли у нее совесть. Но затем она пожимает плечами и кладет блокнот мне на ладонь.
— Нужна. Знаешь, я понимаю, кто она для тебя.
Я замираю и медленно поднимаю взгляд, чтобы встретиться с ней.
«Что тут можно понимать?»
Она видела, как я выходил после комендантского часа? Арабелла рассказала ей, что делала, и Лейси догадалась об этом?
— Она твоя сестра.
Напряжение в спине ослабевает.
— Сводная сестра.
— Одно и то же.
— Нет, не совсем, — если бы она была мне настоящей сестрой, я бы, черт возьми, даже не думал о том, что хочу сделать с Арабеллой.
— И поэтому ты ее ненавидишь? Отец вписал ее в свое завещание, сократив вдвое твое наследство?
Я фыркаю.
— Я ненавижу всех, Лейси. Разве ты этого не заметила?
— Ты не ненавидишь меня.
Я выгибаю бровь.
— Действительно?
— Ни за что. Твой член не врет, Илай.
Я хватаю ее руку и прижимаю ее к передней части своих штанов.
— Что мой член говорит тебе сейчас, Лейси?
Она сжимает его, и хмурится, когда у меня не встает, а затем поджимает губы.
— Я объясню, чтобы тебе не пришлось больше выжигать клетки мозга. Ты не можешь позволить себе потерю. Есть причина, по которой мы однажды трахались, и я не вернулся, чтобы повторить этот опыт.
— Потому что у меня есть парень.
Я похлопываю ее по щеке.
— Конечно. Вот в чем причина. Спасибо за дневник. А теперь отвали, — я начинаю закрывать дверь.
— Подожди! Фреска?
— Ты успеешь ее сделать к своей дурацкой вечеринке.
Я закрываю дверь перед ее носом и поворачиваюсь, шлепая блокнотом по ладони. Хочу прочитать его, но мне нужно поработать над скульптурой до комендантского часа. Я кладу блокнот под кровать вместе с другим, хватаю толстовку и выхожу из комнаты, убедившись, что дверь за мной заперта.
* * *— Ты пристально смотришь.
Мой взгляд останавливается на Келлане.
— Что?
— Я сказал, что ты смотришь… как извращенец.
— Нет, — но мой взгляд возвращается к тому месту, где Арабелла сидит спиной ко мне рядом с Майлзом в нескольких рядах от меня. По настоянию Келлана мы сидим на трибунах, в то время как футбольная команда тренируется на поле внизу.
Прошла неделя с тех пор, как я оставил ее в гробнице, и она поранилась. Прошла неделя с тех пор, как она сказала мне оставить ее в покое. Прошла неделя с тех пор, как она перестала отвечать на мои сообщения.
— Да, ты смотришь. И они это заметили. К счастью, ты выглядишь скорее сумасшедшим, чем влюбленным.
— Пошел ты. Почему мы вообще здесь? Я чертовски ненавижу футбол.
— Мы либо сидим здесь, либо помогаем с танцевальными декорациями на Хэллоуин, — он открывает бутылку колы и протягивает ее мне. — Я думаю, что я сломлен.
Он привлекает мое внимание, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.
— Сломлен?
— Ага, — он машет рукой Майлзу, уткнувшемуся лицом в волосы Арабеллы. — Я был уверен, что он гей.
— Действительно? — я смотрю на него, кривя губы, когда он убирает волосы с ее шеи и целует чуть ниже уха. — Учитывая стоны, которые он вырвал из нее на прошлой неделе, он либо натурал, либо би.
— Может быть.
Я достаю второй телефон и открываю сообщения.
— Думаю, она закончила, Илай, — он кивает подбородком туда, где они сейчас хихикают, их головы близко друг к другу.
— Она вернется. Внутри нее тьма. Она не сможет сопротивляться.
— О, я думаю, она будет сопротивляться. Девочки могут выдержать много дерьма, прежде чем решат, что с них достаточно.
Я просматриваю сообщения, которые я ей отправил. Все они по-прежнему помечены как непрочитанные.
— Она не собирается отвечать.
— Я извинился за то, что оставил ее там.
Келлан смеется.
— Илай, ты отвел ее к могиле, раздел, сделал ей… стрижку киски, а потом взял…
— Что за хрень такое стрижка киски?
— Как маникюр, только для кисок. Ты подстриг ее… не спрашивая предварительно, должен акцентировать. Потом сфотографировал и даже не довел ее до оргазма, прежде чем уйти и оставить ее одну на чертовом кладбище в темноте. Ты серьезно думаешь, что она вернется после этого?
— Я сделал именно то, о чем она меня просила.
Он стонет.
— Я почти уверен, что она не просила тебя унижать ее.
— Разве? — мой взгляд снова прикован к ней. Рука Майлза обнимает ее, а ее голова лежит у него на плече. — Эй, Кавана! — зову я его.
Голова Келлана опускается на руки рядом со мной.
— Ты занимаешься самоуничтожением, — бормочет он.
Я игнорирую его.
— Кавана! — кричу громче, и он поворачивается, чтобы посмотреть на меня.
— Обязательно купи жидкость для полоскания рта. Черт его знает, что ты подхватишь из киски своей вонючей подружки, если будешь есть ее слишком часто. Какая мать — такая и дочь, понимаешь? Рады открыть ноги тому, кто предложит самую высокую цену.
Его лицо краснеет, и он начинает вставать. Арабелла хватает его за руку и качает головой.
Я ухмыляюсь.
— Еще и подкаблучник, да? Легко понять, кто мужчина в ваших отношениях. Ее член больше твоего? Вот почему ты так притянут к ней? Кто кого трахает?
На этот раз он стряхивает ее руку, встает и подходит ко мне. Я поднимаюсь навстречу ему.
— Не говори так о Белле!
— Кто меня остановит? Ты? Иди обратно в бассейн, водяной. У тебя нет смелости что-либо с этим поделать.
Его пальцы сжимаются в кулаки. Я поднимаю подбородок.
— Хочешь меня ударить? Сделай это. Первый удар бесплатно, — улыбка растягивает мои губы. — Но как только ты сделаешь свой выпад, настанет моя очередь. Запомни.
Краем глаза я вижу, как Арабелла карабкается по трибунам. Синяк на ее лбу побледнел, теперь почти желтый, но меня начинает тошнить, когда я это вижу. Этого бы не случилось, если бы я остался.
— Вот и она. Твой сияющий рыцарь… — я смотрю на нее. — В цветах чирлидерши. Принцесса, не могла бы твоя юбка стать короче? Хорошо, что ты носишь трусики; в противном случае для твоей киски сезон был бы открыт. Слава богу, что ты не предпочитаешь стринги, как Лейси. Никто не должен этого видеть.
Она краснеет и кладет руку на руку Майлза.
— Пойдем.
— Да, Майлз, беги со своей маленькой принцессой, — я обращаю на нее взгляд. — Увидимся на английском, принцесса. Не опаздывай. Ты не захочешь пропустить сегодняшнее занятие.
Глава 36
Арабелла
Майлз делает шаг ближе к Илаю, но я хватаю его за руку.
— Не надо. Он того не стоит.
Он меня не слушает. Я чувствую напряжение, распространяющееся по его телу. Я знаю, что все, что он хочет сделать, — это защитить меня, но я не хочу, чтобы у него были проблемы.