Запрещённый юг (Альфа-10)

Враги не были наивны, они прекрасно знали, что степь не сама по себе вспыхнула в таком неудобном для них месте. Поставили повозки в круг, расположили там и сям мобильные рогатки из тонких кольев, приготовились встречать нас в этой импровизированной крепости. Почти шесть с половиной сотен противников – их в три с лишним раза больше, чем моих бойцов. Однако, несмотря на столь несправедливый расклад, даже мысли отказаться от атаки не возникло.
  
Ведь не зря же мы целый день убили, огонь разгоняя. Специально всю эту братию в одном месте собрали.
Пора приступать к самому главному этапу несложного плана.
Мы приближались неспешно, при этом разведчики непрерывно следили за окрестностями при помощи своих птиц. Спрятать засаду в здешней степи – задача нетривиальная, но ничего невозможного в мире нет. Поэтому всегда и везде следует опасаться подвоха, и надо тщательно его выискивать до того, как он себя проявит.
Пока что ни намёка на тревогу со стороны наблюдателей. Лица у обоих отрешённые и спокойные, они привычно контролируют округу и ничего угрожающего пока что не видят.
Ан нет, один встрепенулся:
– Господин, они собирают баллисту. Похоже на то, что перевозили её по частям в обозе.
– Большая баллиста? – слегка напрягся я.
– Вроде не очень. И как-то они неуверенно её собирают.
– Продолжай наблюдение. Сразу же докладывай о любых изменениях с этой баллистой.
Не знаю, как там, на Земле, дела обстояли, а здесь метательные машины заставляют себя уважать. Даже с обычными материалами и при минимуме работы артефакторов самые неказистые баллисты и катапульты способны метко забрасывать снаряды на полкилометра и дальше. Если же речь идёт о лучших изделиях, для них даже два с половиной километра, вроде бы, не предел.
Ну это если верить книгам. Сам я подобных монстров инженерии никогда не встречал, максимум, что видел – тяжёлые артефактные катапульты в Хлонассисе. Они принадлежали не самому солидному отряду наёмников, следовательно, вряд ли относились к элитным. При этом метко запускали тяжеленные снаряды на полтора километра, и это явно не было их пределом.
Но это так… лирика. Одной баллистой враг сегодня много не навоюет. Будь это скорострельный стреломёт, куда ни шло, но наш наблюдатель не новичок, не перепутает одно с другим.
Так-то именно мне и большие стреломёты с баллистами способны устроить неприятный сюрприз. Дело в том, что мой щит Хаоса, так прекрасно защищающий от метательного оружия, может спасовать в тех случаях, когда прилетает что-то чрезмерно тяжёлое. Но какова вероятность попадания из такого оружия по одиночной быстрой цели? К тому же, по словам наблюдателя, машину собирают неуверенно. Подозреваю, что перевозят её без расчёта, для усиления уже действующей батареи, или замены старья. Следовательно, опытных инженеров в этом обозе нет, а это значит, что опасность ещё меньше.
Сегодняшний бой меня напрягал. Враг в последнее время ведёт себя так, будто мы тут с ним в поддавки играем. Вспомнить хотя бы тот взрыв, что мы устроили три дня назад. Разнесли центр немаленького лагеря, после чего завели погоню в овраг, где её дожидалась засада. Полсотни всадников выкосили, включая трёх офицеров и двух магов с их сильными телохранителями, захватили прекрасных лошадей. И при этом отделались парочкой легкораненых.
Вот и сейчас, ставя себя на место противника, никак не мог понять, почему они так покорно позволили нам устроить загонную охоту, а затем дружно собрались для заклания, даже не попытавшись огрызнуться. Да, мы заставили южан себя уважать, но нас рассмотрели во всех подробностях и знают, что из особо опасных бойцов у них лишь я. Враги понимают, что численное преимущество на их стороне, и по качеству мы не сильно выигрываем. К тому же стоя на месте, они играют нам на руку, ведь наша обычная тактика эффективна лишь против пассивных целей. Однако ни намёка на противодействие до сих пор не продемонстрировали.
Странно.
Подозрительно.
Я обернулся к ближайшему наблюдателю:
– Снижай свою птичку. Покружись над самой землёй возле лагеря. Ближе трёх сотен шагов к повозкам не приближайся.
– Искать что-то особенное или просто смотреть всё подряд? – уточнил понятливый боец.
– Всё смотри. Если следы хорошо видно, на них тоже посматривай.
– Я уже на них посматриваю. Мне кажется, что здесь многовато небольших копыт. Свежие оттиски. У них нормальных коней немного, странно это.
Коней здесь у врагов как раз очень много. Впервые мы замахнулись на столь многочисленную добычу, даже не представляю, как такой табун гнать будем. Но наблюдателя понять неправильно невозможно, он правильно подметил, размеры настораживают. Оттиски копыт обозных лошадей выглядят так, будто им вместо подков сковородки приделывают. Бойца привлекли следы поменьше.
Такие остаются после конницы, что разъезжает на тех самых знаменитых южных скакунах.
Дождей давно нет, следы, если их не затаптывать, держатся неделями, а место здесь оживлённое. Сильный отряд мог проехать как сегодня, так и десять дней назад, обычным наблюдением с воздуха такие нюансы точно установить сложно.
Настораживает то, что этот отряд мог никуда не уезжать, а остаться здесь. Зачем? Да хотя бы затем, чтобы устроить кровавый сюрприз обнаглевшим налётчикам.
Но в округе ни деревца, ни куста приличного. Где им здесь прятаться?
Где-где… Это вам не Земля, здесь надо всегда и всюду быть готовыми к чему угодно.
Камай, приблизившись, сообщил:
– С другой стороны у них возы, а с этой фургоны. Как-то очень уж удачно встали, будто готовились именно отсюда нас встречать. Обычно обозники паникуют и разные глупости творят, а эти нет, эти совсем не такие.
Я кивнул:
– Да, как-то странно себя ведут, так что не разгоняемся. Передай второму наблюдателю, пусть тоже пониже спустит птицу. На следы скакунов особое внимание.
Может я и перестраховываюсь, может даю врагам лишние минуты для подготовки обороны, но лучше так, чем влететь в грамотно организованную засаду.
Если это действительно засада, с организацией у них всё в порядке. Ведь ничто прямо на западню не указывает, лишь смутные подозрения по весьма косвенным уликам.
В стороне лагеря промелькнуло неожиданное движение. Подняв голову, я проследил взглядом за взлетающей к небу чёрной точкой. До ушей донёсся характерный стук сработавшего метательного механизма.
Баллиста заработала.
Снаряд упал в сотне шагов левее, подняв тучу пыли. Ни намёка на алхимию, простой каменный шар или даже подобранный в степи булыжник, наскоро приспособленный обозниками. Но если расчёт у них неопытный, для такой дистанции неплохо пристреливаться начали. Ещё несколько выстрелов и кого-нибудь зацепят.
Если я и дальше продолжу сдерживать атаку, мы рискуем понести потери ещё до начала схватки.
Я на воду дую, или здесь действительно что-то не так?
 
Глава 3 Та ещё засада…
 
То, что я дул не на воду, выяснилось после четвёртого выстрела баллисты. Камень упал среди дружинников, обдав нескольких бойцов комками сухой земли и скрыв их в туче пыли. Мне поначалу показалось, что-то кого-то зацепило всерьёз, потому обратил в ту сторону самое пристальное внимание.
Но хоть и отвлёкся, ни буквы из восклицания наблюдателя не упустил:
– Глаза! Мои глаза! О Хаос! Они убили птицу! Убили! Но как?! Она же далеко, лучники не доставали!
– Стрелой сшибли снизу, – доложил второй наблюдатель. – Видел, как сокол будто подпрыгнул, а сейчас вижу, как он падает. Но там внизу никого нет, чистая степь. Получается, стрела из пустоты прилетела.
  
– Дай направление и дистанцию! – рявкнул я.
Боец указал чуть правее:
– Вон туда, шагов семьсот. Да я птицу даже своими глазами отсюда вижу.
Присмотревшись, тоже заметил, как несчастное пернатое безжизненной тушкой летит к земле. Да, шагов семьсот или чуть больше.
– Камай, пошли туда дальнобойный десяток. С максимальной дистанции три залпа. Остальным смещаться влево.