Новогоднее желание Веры Кот
Зашипев, как дикая кошка, она наконец справилась с волосами и, выпрямившись, отошла на шаг – и невиданный наряд качнулся на её стане богатыми складками, заискрились в свете факелов золотые локоны, затмевая блеском драгоценный мех.
Олаф от восторга и благоговения (и ещё немного страха, но это он показывать не собирался) опустился стоять на коленях. И вообще негоже, если он, мачта корабельная, будет возвышаться над богиней.
Только рот прикрыл, чтобы совсем уж олухом не казаться. Даже если кое-кто его так зовет. И подумал: даже если Фрейя явилась, чтобы лично пришибить наглеца, трижды оскорбившего богиню в ее праздник, то все равно жизнь уже прожита не зря: ну вот кто еще сможет похвастаться, что самолично богиню видел? Никто! Будет, что внукам рассказать!
А. Ну да.
Не будет.
Если Фрейя его самолично нынче порешит, то внуков у него не будет.
Олаф как раз подумал, что это, конечно, честь великая – но лучше бы как-то обойтись, когда золотокосая оглядела святилище и вперила голубой, что морские воды в летний полдень, взгляд в него.
– Я – Вера! Вера Кот. Кто ты такой, как я здесь оказалась и где стоят скрытые камеры?
Глава 3. Что это ещё за кино?
Вера глазам поверить не могла. Вот подружка называется! Что Олька подсыпала в бокал? Где эта, мать ее, гадалка? Где сама Вера? Она очнулась на руках у дюжего молодца с огненно-рыжими лохмами, которые абы как обкорнал тупыми ножницами косоглазый барбер. Интересно, это парик или родные отдал на поругание? Вот это самоотверженность! Поверх рыжих волос не первой свежести была натянута шапочка а-ля бини, только из грубо тканой шерсти с меховой опушкой. Из-под мохнатых бровей с глубочайшим благоговением на неё смотрели светло-карие глаза. Даже Станиславский бы расчувствовался и утёр слезу! Вера была готова самолично взять с полки Оскара и вручить его парню. И где таких берут? Это в какое же шоу дорогая Олечка втянула подругу?
Домой вернётся, устроит Ольге дружеский променад боков. Какова змеюка, а! И руны ещё свои притащила для пущей аутентичности. Она что, думала, Вера поверит в этот развод? Ну какой непуганной наивности человечек! Вера Кот сурово взглянула на актера, и тот послушно и бережно опустил её на каменный пол.
И тут всё пошло не так. Хотелось бы верить, что это не было задумано, потому что счёт к организаторам представления в этом случае у неё возрастет до космических величин. Верины волосы, какого икса распущенные и накрученные локонами, запутались в раритетной хреновине на плече криворукого дубины, который даже помочь ей толком не сумел. Спасибо, что слюнями не залил.
Хотя последнее льстило.
В душе.
Где-то очень глубоко.
Вера освободила волосы и огляделась.
К декорациям организаторы шоу подошли с огоньком! Но без обогрева. Холодрыга стояла неимоверная – не иначе, снимали в рефрижераторе! Если бы не теплый реквизит, который перепал Вере по роли, она бы тут дуба и дала. Возможно на то и был расчет: что она согласится на всё, лишь бы согреться. Хотя одели её достойно.
Наряд Веры заметно выделялся на фоне архаичной брутальности зала. Мягчайшей выделки дубленка в пол с воротником и опушкой из песца была просто ми-ми-ми. Шапочка была тоже песцовой, но фасон было сложно определить без зеркала. Скорее, что-то вроде кубанки. Можно было снять и посмотреть, но не так это важно. Опять же, уши и мозги не казённые, чтобы их морозить ради удовлетворения любопытства. Для Веры это профессиональный инструмент и требовал тонкого обхождения.
Пальцы мерзляки Кот наверняка бы заледенели в меховых перчатках, но в дополнение к ним шла песцовая же муфта, подвешенная за шею на кожанном шнурке. Просто девочка-припевочка, а не Вера Кот, гроза арбитража! На ногах неожиданно обнаружились высокие ботинки на протекторной подошве. Из общего рахат-лукумного лука они выбивались, зато теплые и устойчивые. Так что за наряд Вера была на организаторов не в обиде. С точки зрения реквизита и декораций они расстарались.
Помещение было отделано под пещеру. Грамотно. Очень похоже. С экрана вообще будет выглядеть как настоящее. Стены и свод были испещрены рунными надписями и просто резным орнаментом. Нет, такое сооружать ради неё одной – чистой воды безумие. Это дело точно на поток поставлено. Шоу или мошенники? Интересно, какова цель? Вынудить жертву заплатить за освобождение из якобы викинговой реальности? Могли бы на главную роль и красавчика-блондина с голубыми глазами подобрать! Кого-нибудь из Скарсгардов, а? Слабо?
С другой стороны, рыжеволосый и рыжеглазый – это тоже неплохо. Особенно когда к этому прилагается рост под два метра, размах плеч, который даже с учетом зимней одежды впечатляет, и мускулатура, которую Вера не видела, но успела оценить в деле: на руках её рыжий держал как пушинку, без напряжения. Сразу видно – парень тренажерным залом не пренебрегает и железо потаскать не дурак!
Что-то в нём было от молодого Рагнара из сериала «Викинги». Какая-то безбашенная упертость во взгляде. Трэвис Фиммел, конечно, не Сашенька Скарсгард, – но, с другой стороны, Вера не уверена, что Скарсгард стал бы таскать ее на руках. Нет в отечественной развлекательной (или деньгоизвлекательной?) индустрии таких гонораров!
Центральным объектом интерьера в пещере являлся круглый стол, сработанный под камень. На нем стояла свеча с живым огнем и лежали веточки-ягодки, видимо, призванные изобразить дары языческим богам. На стенах горели эко-ретро-факелы и с тихим шипением пожирали масло, или что там им скармливали? Бензином не воняло.
– Прости меня и прими мой дар, Прекрасноликая Фрейя!
Пока Вера осматривалась, парень пал на колени и, опустив взгляд долу, протянул к ней руки. В его ладонях лежал браслет – весьма правдоподобная подделка под старинные скандинавские украшения. А может и нет. Вера имела о викингах довольно смутное представление по одноименному сериалу. Да и сериал-то смотрела вполглаза через серию, о чем сейчас жалела.
– Так. Давай не под запись – думаю, операторы вырежут. Что это за…
– Кого вырежут?.. – напрягся парень, до которого, похоже, доходило с отсрочкой.
– Не «кого», а «что»!
– У кого?.. – испугался рыжий ещё сильнее.
– Из эфира! – рявкнула Вера, но парень неожиданно расслабился. Или очень правдоподобно сыграл облегчение. – Что это за шоу, спрашиваю?
– Шоу?..
Что ж они такого тупого на главную роль-то взяли? Может, это просто статист, и его задача отнести Веру к какому-нибудь местному конунгу?
– Передача какая? – начала злиться Вера.
– Передача – добровольная! – Парень выдохнул с явным облегчением и снова потянул к ней руки с браслетом. – Вот.
– Ладно. Надеюсь, это зафиксировано.
Она сняла перчатку, взяла украшение и примерила на запястье. Оказалось в самый раз. Покрутила рукой. Морды котов на браслете очень интересными вышли. Вроде и стилизованные под старину, но узнаваемые. Вера бы себе такое купила, если бы встретила. На мгновение в прорезях кошачьих глаз мелькнули зеленые искры. Видимо, свет так упал. Оригинальный эффект. Она покрутила рукой туда-сюда, но добиться повторения не удалось. Может, показалось.
– О Прекрасноликая Фрейя, дочь Ньёрда, – запричитал парень.
– Вера я. Вера Кот.
– Кошка?.. – неуверенно уточнил актёр. Кажется, его не проинструктировали. Или проинструктировали, но не до конца.
– Я тебе сейчас как дам кошку!
Всё детство, юность и часть взрослого возраста Вера боролась с этим проклятьем. Мужики через одного норовили пошутить над её фамилией. Она изобразила боксерский замах. Парень вжал голову в плечи.
– Так. Передай своему начальству, что в их постановках я участвовать не намерена. И свои законные выходные торчать здесь не собираюсь. Шутки насчет того, что на холоде я лучше сохранюсь, можешь сразу засунуть себе…
Вера угрожающе нависла над бедолагой-статистом. А ведь он ни в чем не виноват. Просто работа у него такая…
…Хотя это ещё нужно выяснить, какая такая у него работа. Вдруг это всё же мошенники?..