Гарем на шагоходе. Том 13 (СИ)
— Давай, потанцуем! — кричал Беркут в эфир, кашляя кровью. — Ну же! Эй, ящерица трёхголовая! Я здесь! Я ещё не сдох!
Мы заходили противнику в тыл. Сквозь дым, сквозь гарь. Левая нога «Избушки» сгибалась с трудом, но форсажные турбины толкали нас вперёд. Я чувствовал, как от каждого кособокого скачка мозги бьются о черепную коробку. Миранда, кажется, потеряла сознание.
— Тридцать секунд до готовности лазера, — доложила Вайлет.
Правая голова Горыныча медленно, с оскорблённым достоинством наводилась на лежачего «Мехатирана». Дракон ещё не компенсировал крен, однако уже обратил внимание на поверженного, но огрызающегося врага. Словно лев, который отвлёкся от раненой антилопы на укусившую его блоху.
— Беркут, эвакуируйся! — заорал я. — Уходи из отсека! В катапультный шлюз! Живо!
Пасть дракона открылась. Крылатый монстр выровнял положение корпуса.
— Некуда нам идти, Волк, — голос Беркута стал совсем тихим. — Шлюз заклинило. Переборки повело. Пожар везде… Дышать нечем.
Пространство вокруг меня сжалось в точку.
— Нет… — прошептал я.
— Волк, — произнёс Беркут. Твёрдо. Отчётливо. Как приказ. — Не смей киснуть. Слышишь? Прикончи эту ящерицу. Прямо в задницу ему засунь свой лазер. За меня. За парней.
Кристалл лазера в драконьей пасти вспыхнул ослепительно ярко.
— ЗА ТЕХ, КТО В ШАГОХОДЕ! — выкрикнул Игнат Беркутов.
И эфир оборвался.
Я увидел это на экране. Луч ударил наискосок вниз. Прямо в «череп» лежащего тираннозавра. В командный отсек. Броня испарилась, внутри сдетонировала боеукладка «Челюстей Тирана».
Огненный шар расцвёл на месте головы «Мехатирана». Огромный, жирный, черно-рыжий клуб дыма и пламени поднялся в небо, скрывая под собой искорёженный металл. Когда он рассеялся, головы у динозавра больше не было.
На мостике «Избушки» кто-то всхлипнул.
— Нет… — Лекса отвернулась от экрана и стиснула зубы, по щеке скатилась слеза.
Ди-Ди закрыла лицо руками, её плечи затряслись. Зелёные лианы Розы, до этого собранные и напряженные, безвольно поникли, будто внезапно увяли. Шондра и Кармилла сильнее стиснули рычаги, лица окаменели.
А я сидел и смотрел на горящие обломки. Внутри меня не осталось ничего. Ни боли. Ни страха. Только пустота размером со вселенную.
И ненависть. Холодная, расчётливая, абсолютная.
АНАЛИЗ СИТУАЦИИ: ПОТЕРЯ СОЮЗНОГО ЮНИТА. СНИЖЕНИЕ БОЕВОГО ПОТЕНЦИАЛА ГРУППЫ НА 38%. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕШНОГО ЗАВЕРШЕНИЯ МИССИИ УПАЛА ДО 0,4%.
«Заткнись», — мысленно рявкнул я на Чипа.
НЕ ПЕРЕЖИВАЙТЕ, КАПИТАН. СУЩЕСТВУЕТ ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ ВЕРНУТЬСЯ В ПРОШЛОЕ И ПРЕДОТВРАТИТЬ ЭТО СОБЫТИЕ. ОДНАКО ГИПЕРКУБ РАЗРЯЖЕН, А СВЯЗЬ СО ШЛЯПОЙ ПОТЕРЯНА. ТАК ЧТО, ЕСЛИ МЫ СЕЙЧАС ПОГИБНЕМ, ЭТО БУДЕТ ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ И БЕСПОВОРОТНАЯ СМЕРТЬ. КОНЕЦ ИГРЫ. GAME OVER. БЕЗ СОХРАНЕНИЙ.
«Ты ни хрена не помогаешь, так что хоть не мешай», — огрызнулся я.
Ненависть — отличное топливо. Горит ярко, выброс энергии колоссальный. Причём настолько, что может взорвать двигатель.
За дымовым облаком от горящего «Мехатирана», за клубами пыли, поднятыми падением тираннозавра и шагами дракона, за тем хаосом, который разворачивался на обзорных экранах…
Мы зашли за спину Горыныча.
Я смотрел в тактический дисплей на позицию — двести метров до его левого хвоста. Сто девяносто, сто восемьдесят…
— Ди-Ди, — сказал я ледяным голосом. — «Кузнечик».
Механик посмотрела на меня заплаканными глазами.
— Волк… Беркут… он…
— Он мёртв, — отрезал я, не глядя на неё. — И мы будем следующими, если немедленно не начнём работать. Ди-Ди, запускай «Клешни» немедленно!
Рыжая механик вздрогнула, резко вытерла слезы тыльной стороной ладони. Её пальцы с остервенением забарабанили по клавиатуре.
— Есть «Клешни»! Ядрёна гайка, ты… ты хоть понимаешь, что задумал⁈
— Понимаю, — я повернулся к Кармилле. Её красные глаза, до этого полные ярости, теперь смотрели на меня с чем-то вроде изумлённого уважения. — Мы оседлаем эту тварь.
Клыки вампирши хищно блеснули в свете аварийных ламп.
— Ты рехнулся! — выпалила Лекса. — Он в несколько раз больше нас! Мы на нём будем как муха на быке!
— Именно, — кивнул я. — А муху сложно прихлопнуть, когда она сидит у тебя между лопаток. Ди-Ди, баллистический режим наведения для САПТ. Цель — основание центральной шеи. Синхронизация с прыжковыми двигателями. Шондра, готовься шмалять ракетами, как только приземлимся.
Шондра молча кивнула, её перчатки-митенки скрипнули на огневых рычагах. Волосы Кармиллы пришли в движение. Ди-Ди уже заканчивала активацию. Система Аварийного Позиционирования и Траверсирования «Кузнечик-3М» пришла в движение.
Снаружи, по бортам «Избушки», с тяжёлым гидравлическим вздохом разошлись массивные бронепанели, обнажая скрытые отсеки. Из них, словно жала гигантских насекомых, выдвинулись две пусковые установки с гарпунами.
— Я всегда мечтала покататься на пони, — промурлыкала Кармилла, заставляя избушку присесть. — Особенно на трёхголовом и крылатом.
— Цели захвачены, — доложила Вайлет.
Чип тут же радостно выпалил:
ОПЕРАЦИЯ «БЕЗУМНОЕ РОДЕО». ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕХА: 3%. ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО НАС РАЗМАЖЕТ О БРОНЮ ПРИ ПРИЗЕМЛЕНИИ: 48%. ВЕРОЯТНОСТЬ, ЧТО ТРОСЫ ЛОПНУТ И МЫ УЛЕТИМ В СТРАТОСФЕРУ: 22%. ВЕРОЯТНОСТЬ, ЧТО БЕРКУТ СЕЙЧАС СМОТРИТ НА НАС С НЕБЕС И РЖЁТ: 100%. ПОЕХАЛИ, КАПИТАН!
— Пуск! — скомандовал я.
«Избушку» тряхнуло. Это сработали электромагнитные катапульты, вытолкнув гарпуны из пусковых гнёзд. На долю секунды в воздухе повисли две чёрные сигары, а затем, на безопасном расстоянии от корпуса, вспыхнули твёрдотопливные ускорители. Два огненных хвоста с рёвом прочертили короткую дистанцию до спины Горыныча.
Я смотрел на главный экран, не дыша.
Оба. Точно в цель.
«Клешни» распахнулись и вцепились в броневой пояс у основания центральной шеи с таким звуком, будто в скалу ударили два титанических молота. Инерционные датчики сработали штатно. Внутри каждого гарпуна взорвался пиропатрон, и четыре карбид-вольфрамовых когтя с чудовищной силой вырвались наружу, вгрызаясь в металл намертво.
— Зацеп есть! — крикнула Шондра. — Тросы в натяжении!
— Прыжок! — рявкнул я.
Кармилла не ждала, сразу же вдавила кнопки руками и волосами. Форсажные турбины взревели, прыжковые ударили в землю столбами пламени, а маневровые движки добавили вектор тяги. В ту же секунду лебёдки «Кузнечика» взвыли, переходя на максимальную мощность. Арахно-керамические тросы натянулись, как гитарные струны, с вибрирующим гулом.
Инерция прыжка и бешеная тяга лебёдок сложились в один вектор.
«Избушку» швырнуло вперёд-вверх.
Тысячетонный стальной дом, сорвавшись с места, полетел по параболе, устремляясь на спину гигантскому дракону.
Внутри кабины начался локальный армагеддон. Всё, что не было прикручено болтами, обрело свободу полёта. Пластиковые стаканчики для кофе, карандаши, вылетевшие из нагрудного кармана Ди-Ди, несколько гаечных ключей, которые она всегда носила с собой, — всё это закружилось в воздухе в невесомом, хаотичном танце. Моя шляпа, однако, сидела на голове как приклеенная.
ХОРОШИЙ ЗНАК, КАПИТАН. ЕСЛИ ШЛЯПА НА МЕСТЕ, ЗНАЧИТ, ВСЕЛЕННАЯ ВСЁ ЕЩЁ НА НАШЕЙ СТОРОНЕ. ИЛИ ПРОСТО СТАВИТ НА ВАС В ЭТОМ ТОТАЛИЗАТОРЕ.
— А-а-а-а! — визжала Лекса, вцепившись в кресло.
Мы летели по дуге. Волот, брошенный через воздух на тросах и огне.
Горыныч не успел среагировать. Он только начал разворачивать боковые головы, когда мы рухнули ему на спину.
ГРОХОТ!
Звук был таким, словно на свалку металлолома сбросили товарный поезд. Белая керамическая броня на спине дракона, рассчитанная на отражение лучей, а не на удар тысячи тонн, лопнула с треском, похожим на пушечный выстрел, и разлетелась шрапнелью. Броневые плиты под ней прогнулись с мучительным стоном.