Гарем на шагоходе. Том 13 (СИ)

Она выгнулась подо мной, с её губ сорвался стон, а ресницы затрепетали.
Волна тёплого, чистого удовольствия прокатилась по телу. А затем грянул фейерверк. Тысячи разноцветных искр, которые вспыхнули за моими веками, рассыпались, погасли, оставив после себя приятную, звенящую пустоту. Я откинулся на подушки, чувствуя, как по телу пробегает последняя, сладкая дрожь.
Девушка рядом со мной тяжело дышала, приходя в себя.
  
Где-то на периферии сознания, словно сквозь толстый слой воды, пробился сдавленный голос Чипа:
ПЕРЕВОЖУ ВСЕ СИСТЕМЫ В СПЯЩИЙ РЕЖИМ. ЭТО НЕВЫНОСИМО. КАПИТАН, ВЫ ХУЖЕ, ЧЕМ ВРЕМЕННАЯ ПЕТЛЯ!
И он отключился.
А вот я ещё нет…
Перевернувшись, накрыл Серену долгим, нежным поцелуем. А затем посмотрел в её смущённые глаза. Боги, и как я только мог подумать, что оставлю её за бортом…
* * *
Курорт Лазурный Оазис оказался именно тем, что доктор прописал измученному свадьбой, войной и бюрократией организму. Минеральные озёра, белый песок, пальмы, покачивающиеся под бризом так, будто им тоже налили по бокальчику чего-то крепкого. Шушундрики, получившие доступ к бассейну с машинным маслом, пребывали в нирване и не безобразничали уже третий день подряд. Почти.
Но сегодня был особенный вечер.
Солнце только что закатилось за горизонт, раскрасив небо в розовато-пурпурные тона. В небольшой беседке у самого берега собрались все свои. Только самые близкие. Мои жёны, я, Фенечка, которую, как всегда, никто не звал, но она всё равно прикатилась, и тихий шёпот волн.
Я стоял в своём лучшем костюме с плащом. Рядом со мной, смущаясь и сияя одновременно, стояла Серена. На ней было лёгкое, струящееся белое платье. Никакого жреца. Никакого храма. Никакого Полигамия с его золотыми статуями и сомнительными догматами. Только я, она и мой экипаж, рассевшийся вокруг за маленькими столиками с коктейлями и лёгкими закусками.
Всё же я капитан и имею законное право проводить бракосочетания.
— Серена Акулина, — начал я, беря её за руки. — Ты пришла ко мне сама. Без приглашения, без предупреждения. Ты прилетела через океан только ради того, чтобы подарить мне коробочку и сказать пару слов. Это говорит о тебе больше, чем любые резюме и рекомендации.
— Вообще-то, это говорит о недостатке инстинкта самосохранения, — донеслось со стороны Кармиллы, которая помешивала трубочкой в бокале что-то кроваво-красное. — Но я это качество в людях ценю.
— Тише, кровососка, — шикнула на неё Лекса. — Давай посмотрим, как наш муж окольцовывает ещё одну бабу для своей коллекции.
— Я не прошу тебя быть девятой женой, — продолжил я, глядя Серене в глаза. — Я прошу тебя быть моей женой. Без номеров. Без очередей. Без рангов. Просто быть со мной. И с ними. Ты согласна?
Серена сглотнула. Её глаза подозрительно заблестели, но слёз не проронили.
— Я согласна, Волк, — ответила она тихо.
Я достал из кармана кольцо. На этот раз никаких обслюнявленных шкатулок. Простое, элегантное, из белого золота. И в центре — крупный, идеально огранённый камень цвета бирюзы. Точь-в-точь как её глаза, как океан.
— Кити-кити! — восторженно выдохнула Сэша, но Лекса зажала ей рот рукой, чтобы не перебивала.
Я надел кольцо на палец Серены. Оно село идеально. Она посмотрела на него, потом на меня, и улыбнулась той самой улыбкой, от которой у меня в груди что-то переворачивалось ещё там, на Акватике.
— Объявляю нас мужем и женой, — сказал я. — На правах капитана. И на правах человека, который устал ждать, пока вселенная снова сведёт нас вместе.
За столиками раздались аплодисменты. Кармилла аплодировала двумя пальцами по ладони, изображая светскую томность. Сэша, вырвавшись из захвата, вскочила, сграбастала плетёную корзину и осыпала нас пригоршней розовых лепестков.
— Горько! — крикнула Шондра.
— Горько! — поддержала её Роза.
— Ядрёна гайка, горько! — присоединилась Ди-Ди.
Я обернулся на неё. Она сидела в удобном уличном кресле, а на её руках, завёрнутый в мягкое одеяльце, посапывал наш первенец. Денис. Маленький, розовощёкий, с рыжим пушком на макушке, как у матери. Он мирно спал, не подозревая, что прямо сейчас его отец увеличивает семейство до неприличного масштаба.
— Дэн, не подглядывай, папочка сейчас будет целовать тётю Серену, — проворковала Ди-Ди с такой нежностью в голосе, какой я не слышал в отношении никого другого.
Я наклонился к Серене и поцеловал её. Неспешно, со вкусом. Под шум прибоя, смех и фырканье моих жён.
— Ну вот, — раздался голос Кармиллы, когда я наконец оторвался от новоиспечённой супруги. — Девять. Я, конечно, предполагала, что наш капитан не остановится на восьми. Но чтобы настолько быстро… Браво, дорогой. Ты превзошёл мои самые смелые ожидания.
— Такими темпами, — Лекса отставила бокал и скрестила руки на груди, — твой гарем скоро действительно станет императорским. С сотнями жён. И нам придётся строить отдельный дворец. С казармами, гауптвахтой и системой пропусков.
— Неплохая идея, — задумчиво произнесла Кармилла. — Я бы взяла на себя должность главной жены. Или, скажем, министра внутренних дел, но не гарема, а империи.
— Размечталась, — хмыкнула Лекса. — Вот я точно буду министром обороны.
— А я министром дружбы! — тут же подхватила Сэша.
— Я уже заведую логистикой и баллистикой, — пожала плечами Шондра.
— А я — единственная, кто родила наследника, — самодовольно заметила Ди-Ди, гладя Дениса по голове. — Так что у меня иммунитет от ваших дрязг.
Серена тихо рассмеялась.
— Кажется, у меня будет очень весёлая семейная жизнь, — сказала она.
— Ты даже не представляешь насколько, — ответил я и снова её поцеловал.
Сэша принялась радостно сыпать лепестки уже не только на нас, но и на всех вокруг. Роза присоединилась, снова обрастая цветочками. Лия светилась мягким зелёным светом, заменяя собой подсветку беседки. Вайлет методично фиксировала всё на встроенную камеру, комментируя в стиле:
— Архивация события: приращение гарема, плюс одна единица.
Я стоял в центре этого цирка, обнимая Серену. Волны тихо разбивались о прибрежный песок, ночной бриз трепал волосы моих жён, где-то вдалеке перекрикивались чайки, а из мазутного бассейна доносилось довольное «Фыр-фыр!».
Жизнь определённо удалась. И она только начинается.
 Эпилог 
Двадцать долгих, безумных, невыносимо счастливых и одуряюще утомительных лет прошло с того дня, как я стоял у алтаря в храме, пахнущем ладаном и розами.
Я думал, что война с Кощеем была вершиной безумия, но глубоко заблуждался. Настоящий хаос начался после. Он состоял из детских присыпок, ядрёных гаек и перманентного недосыпа.
  
Ди-Ди подарила мне наследника. Маленького, крикливого гения, который в два года разобрал тостер, а в три попытался взломать бортовую систему «Избушки», чтобы заказать себе годовой запас шоколадного молока.
А потом начался эффект домино.
Остальные, глядя на счастливую Ди-Ди и мелкого тирана, который уже командовал вигтами, как своей личной армией, тоже решили, что им срочно нужно «маленькое счастье».
Шондра подошла к вопросу с военной точностью. Никаких сюрпризов. Двойня. Два пацана, как две капли воды похожие на меня, только с её спокойными, серыми глазами. Будущие операторы тяжёлого вооружения. К пять годам их любимой игрушкой стал разобранный пулемёт.
Лекса тоже не отстала. И тоже двойня. Но на этот раз девчонки. Кира и Мира. Две маленькие фурии с её характером и моей тягой к неприятностям. Я почти уверен, что когда они вырастут, одна станет начальником полиции, а вторая главой самой крупной преступной группировки. И они будут вечно воевать друг с другом, деля город и моё наследство.