Неугодная жена. Школа для бедных леди Эйтлер (СИ)

Она смотрит на меня изумлённо, будто я сказала что-то странное. А за спиной раздаётся женский голос.
- Он не может, леди Эйтлер. Иначе потеряет всё, что принадлежит вам.
  
Глава 10
 
Резко оборачиваюсь, но в комнате никого нет, неужели, у меня уже слуховые галлюцинации? Только, судя по матери, она тоже кого-то слышала, потому что повернула голову, всматриваясь вдаль.
  
- Мерзкая девка, Кардиус тебе спуску не даст, - обращается то ли ко мне, то ли к кому другому.
Надо убираться отсюда, как можно быстрее. Хорошим дело не закончится. Держу в ладони пузырёк, он может ещё пригодиться, и подхожу к двери, тут же отстраняясь, потому что там кто-то стоит.
- Леди Маорика, - зовёт меня голос, и я шагаю из комнаты. – Слушайте внимательно, - шепчет девушка. В коридоре темно, и я не могу точно сказать, как она выглядит. Кажется, волосы убраны в пучок, цвета не различить, одета в платье. Может даже я встречала её за короткий промежуток времени, что здесь нахожусь. – Лорд Лайфин считает, что вас опаивают зельем, которое влияет на память. Именно он прислал меня сюда.
- Кто считает? – переспрашиваю, потому что впервые слышу эту фамилию.
- Значит, он прав, - кивает девушка. – Постарайтесь есть и пить только то, что принесут верные слуги.
Легко сказать, знать бы, где ещё эти верные слуги. Только говорящая всё же заблуждается, считая, что мои уточнения - причина какого-то зелья. Признаваться в том, что я прекрасно помню, только другую свою жизнь, не стану. Иначе меня упекут в психиатрическую клинику. Представляю грязные и сырые подвалы, бегающих крыс. Здесь точно нет белых больничных стен современных клиник.
Но меня устраивает их подсказка, касательно опаивания. Буду каждый раз говорить, что причина, по всей видимости, - какой-то мифический отвар. На мгновение накатывает страх, а что если она права? И я действительно ничего не помню лишь потому, что мне подмешивали в еду снадобье? И тут же отметаю эту мысль. Поместить в головы чужие воспоминания, длинною в жизнь, - невозможно.
Где-то над головой слышатся шаги и какие-то крики. Разобрать не удаётся: радости или ссоры. Но то, что скоро или мать придёт в себя, или придёт кто-то ещё, - несомненно.
- Карф Лайфин – лорд-оборотник с магией третьей степени, - поясняет мне девушка.
- У магии есть степень? – кажется, словно это только что придумали для меня.
- Всё намного хуже, чем он думал, - подводит итог девушка, оборачиваясь назад, потому что слышится какой-то стук, словно что-то тяжёлое уронили на пол. – Времени нет. Вы должны знать, что Кардиус Эйтлер не разведётся с вами и не отпустит потому, что вы слишком важны для него, как источница. К тому же по договору он обязан быть с вами в браке не менее десяти лет, иначе всё завещанное старой тётушкой имущество отойдёт вашему брату. А Эйтлер не из тех, кто любит терять.
Новые данные. Оказывается, у меня ещё есть брат!
- Если я умру? – решаю уточнить.
- То же самое, потому он не тронет вас.
Вспоминается, как, очнувшись, услышала: «Кажется, ты её убил». Ну да, конечно, расскажите кому другому, что дракон не тронет. А я пришла сюда именно потому, что, по всей видимости, он расправился со своей женой в порыве злости, ведь она отказывалась подписывать бумаги. Бедняжка отдала Богу душу лишь потому, что не желала делить мужа с сестрой.
А на её месте когда-то могла быть я… И вопрос не в сестре, а в том, что несколько раз я была на грани жизни и смерти из-за Лёни.
Шаги снова над головой, и я невольно поднимаю глаза к потолку, будто могу видеть через доски.
- Настаивайте на ссылке в старое поместье, чтобы быть как можно дальше от Эйтлера, - советует девушка. - И вот ещё, - она хватает мою руку, что-то быстро перекладывая в неё. – Обязательно наденьте и не снимайте. Это обманет повитуху, заставив поверить в вашу беременность.
- Но зачем?
- Кардиус негодяй, но никогда не станет убивать своего ребёнка. А когда вы будете далеко, станет неважно. Карф придёт за вами, если вы ему позволите. Это ваш шанс спастись. И придётся решить, как поступить. Эйтлер, скорее всего, отправит вас с глаз долой, чтобы дождаться рождения малыша и проверить на родство при помощи артефакта, а не открыто заявит обществу, что вы носите ребёнка, чтобы потом быть выставленным на посмешище, окажись он не его.
Значит, между Маорикой и этим юношей всё же что-то было, иначе отчего он так волнуется за мою жизнь?
- Почему нельзя определить родство сейчас?
- Ваше магическое поле сильно, оно будет защищать ребёнка от любого воздействия.
- Но вы сказали, что можно определить беременность.
- Это другая магия, бытовая. Артефакты действуют иначе.
Слышу шаги, тут же оборачиваясь, и вижу в коридоре быстро приближающуюся рослую фигуру. Кардиус Эйтлер намерен сейчас заняться мной сам.
  
Глава 11
 
Когда артефактор подходит ближе, понимаю, что уже одна. Только что рядом со мной была девушка, и вот её нет. Самое удивительное, дракон даже не спрашивает, кто это был. Может, она мне привиделась? Только в руке всё ещё зажато что-то, и я прячу её за спину, боясь, как бы он не отнял дар.
- Где твоя мать?! – требует ответа, а в коридоре гулко раздаются шаги бегущего. Снова Адония, я даже соскучиться не успела. Она хватается за локоть Эйтлера, и я понимаю, что в этом её сила. Так она в большей степени его контролирует.
– Что ты с ней сделала? – смотрит на меня сестра с ненавистью.
Со своими учениками я была в меру строга, в меру добра. Если перебарщивать с одним из ингредиентов – пенять стоит лишь на себя. Я позволяла немного баловства, шуток, смеха, но, когда требовалась дисциплина, они старались её поддерживать, чтобы меня не огорчать. Я добилась это не криками и угрозами, а разговорами по душам, через которые можно было достучаться даже до самого, казалось бы, неподдающегося.
Нет, были в моей практике и те, кого никогда не забыть, потому что нервы тоже не восстанавливаются. И Адония напоминала мне девочку-принцессу, которая считала, что вокруг неё вертится земля. Неудивительно, учитывая, что мать между двумя дочерями сделала выбор в пользу младшей, ломая судьбу Маорики.
Наверное, Адонии не нравится моё спокойствие, отчего она смотрит на меня с ненавистью, или же причина куда глубже. Но я часто нервничаю именно так, скрывая страх за маской безразличия. Нельзя показывать, что ты боишься, как и бравировать своей смелостью. Я отлично это запомнила из-за Лёни, стараясь в моменты его агрессии слиться с окружающей действительностью. Самое смешное… Нет, не то, что он говорил всем, что никогда не бил женщину. А то, что он не трогал меня при сыне, за это ему спасибо, но Юра считал его чуть ли не святым.
Громкий стук из комнаты, и Адония летит туда, а мы играем с артефактором в гляделки.
- И когда ты была намерена мне сказать о…, - он замолкает, будто ему трудно выговорить слово, - ребёнке?
- Это что-то бы изменило?
Думаю, любая женщина мечтает услышать ответ: всё. Но я не знаю человека, стоящего передо мной, как и того, любила ли его Маорика прежде. Для меня Кардиус - обычный негодяй, что позволяет себе издеваться над слабыми, над своей женой. И я не вижу ничего, что могло бы заставить полюбить такого. Только… Лёву я всё же любила до определённого момента. Может, сейчас мне дан шанс посмотреть на себя со стороны. На свои отношения из прошлого другими глазами, чтобы что-то понять…
Вскрик Адонии из комнаты, и Кардиус бросает взгляд на дверь, а затем переводит его на меня.
  
- Она жива и невредима, - отвечаю на его немой вопрос. - А нам пора договориться, что будет дальше, потому что это уже не первая попытка меня убить.
Он оглядывается, будто боится, что нас могут услышать, хватает меня за локоть, вталкивая в комнату, и тут же закрывает дверь. Крепко сжимаю руку, боясь потерять то, что там лежит, а он воспринимает это, как желание его ударить, тут же сдавливая мой кулак в своей ладони, и нечто острое протыкает мою руку изнутри, а я стискиваю зубы, чтобы не проронить ни звука. Кардиус не должен понять, что там что-то есть.