Черные начала. Том 6 (СИ)

— Ты не понимаешь нашу тренировку! — с набитым ртом, пытаясь запихнуть туда пятый по счёту банан, объяснял он мне. — Самое важное что в бою?
— Терпение?
— Нет, хорошенько всё обдумать! Терпеть можно сокамерников в душевых темниц, а здесь важно подумать.
— Окей, значит, сейчас мы думаем?
— Нет конечно! Сейчас мы едим. Излишние мысли мешают нормальному пищеварению, верно я говорю? — посмотрел он на служанку.
— Господин Гой, абсолютно, господин Гой, — с готовностью ответила та.
Кстати, я заметил, что своих он не так достаёт, как всех тех, кто находится за стенами его дома. Более того, я ни разу не видел, чтобы он вот так над ними шутил, доводя до слёз. Наоборот, скорее слегка подтрунивал, заставляя других улыбнуться.
Да мартышкообразный сейчас просто добряк по сравнению с тем, как доводит остальных.
— Итак… — вернулись мы на площадку. — Тебе надо запомнить одну важную вещь.
— У меня нет шансов?
— Откуда такой пессимистичный настрой?! — ужаснулся он.
— Так ты же сам сказал…
— Нет, не было такого, — тут же последовал ответ. — Ты просто забыл.
Окей, я понял, ты меня подобным не проймёшь, засранец.
— Ты сказал, что не сможешь мне помочь.
— Нет, не было такого, — вновь ответил мартышкообразный.
— Он просто сказал «нет», — неожиданно сказала Люнь. — Сказал нет на твой вопрос, поможет ли он.
Тц… вот срань, специально же это делает. Ладно, засранец, один-ноль, радуйся, ты меня подловил.
— Да, ты этого не говорил, прости, — пришлось признать свою ошибку.
— То-то же! А то споришь тут со мной, споришь… Короче, ты у нас мечник, значит, мечом тебе и орудовать, верно говорю?
— Пока что да.
— Не пока что, а всегда верно говорю. Я не прав только в том случае, когда я не прав, и точка! А теперь слушай внимательно. Турнир проводится по принципу, что из двух победил один и идёт дальше, всё понятно?
— Пока что да.
— Отлично. Значит так, твои противники — все как на подбор злобные хитрые людишки, но особенно опасны те хитрющие питомцы кошатников. Их хлыст — не единственное, что у них есть. Ко всему прочему, они обладают самыми хитрыми техниками, подлыми и низкими, как и они сами.
Я смотрю, у него прямо-таки нелюбовь к кошкам. Может злится из-за прошлого, когда его предки прыгали по деревьям, а их ели всякие ягуары и тигры?
— Например?
Он взмахнул своей палкой-убивалкой, и в сторону манекенов улетели сразу три копии его посоха, которые сделали вираж и врезались в цель: одна в лоб, и другие в бок с противоположных сторон. Следом с его посоха сорвался, как мне показалось, кулак, который врезался в манекен и вовсе снёс его.
— Видел? — горделиво спросил он.
— Ну… да, видел.
— Во-о-от… А у них они выглядят как огромная пасть, которая появляется под твоими ногами и жрёт тебя, утаскивая под землю. Или появляются какие-нибудь животные из песка, которые набрасываются на тебя, стирая твою плоть с костями песком.
— Это неприятно.
— Очень. Вот такие у них техники. Кто-то называет это магией, но это всё же техника. И это малая часть всего их набора подлостей.
— Магия? А она есть в мире вообще? — поинтересовался я.
— То, что называют магией, чаще всего лишь очень сложная техника. И будь уверен, что у них этих техник очень и очень много. Мне-то они не страшны, а вот тебе может достаться по полное число.
— И как мне с ними бороться?
— Как-нибудь, — дал мартышкообразный гениальный ответ.
Блин, если бы меня так учила Чёрная Лисица, я бы сдох в первый же день после того, как ушёл от неё. Вернее, я не ушёл, а нас разлучили. Если бы не это, как знать, как бы сложилась моя судьба и судьба Ки.
Мартышкообразный тем временем неожиданно подпрыгнул на месте вверх, но приземлился не на землю, а на палку, которую воткнул вертикально под собой. В этот момент я подумал, что было бы забавно, поскользнись у него нога и наденься он на него жопой.
— Первое правило в таких ситуациях — будь ловким. Ты быстрый, но по ловкости как камень, брошенный в голову кошатникам.
— Ты их любишь, смотрю.
 
— Конечно, ведь я любвеобильный! Но не отвлекайся. Мало двигаться быстро, надо двигаться ловко! Вот попади по мне ударом.
— Прямо сейчас?
— Нет, можешь вечером, когда я буду принимать ванну. Прямо в затылок, тогда я точно не увернусь, — ответил он со смехом.
Что ж…
Я размахнулся и резко нанёс удар. Не сильный, но быстрый, что даже и меча было не видно, при этом сам я остался стоять на месте, как ни в чём не бывало. Выглядело со стороны, наверное, так, будто я даже не шелохнулся, а передо мной что-то очень быстро пролетело.
Мартышкообразный удивительно легко отпрыгнул, я бы даже сказал, воспарил, пропустив удар под собой, и так же спокойно приземлился.
Ладно…
Я начал очень быстро наносить удары, но тот лишь извивался, как змея, пропуская их мимо себя. Влево отклонился, вправо, подпрыгнул, пригнулся, и делал это на удивление достаточно красиво и элегантно. Тогда я выпустил целую сеть ударов, которая должна была заставить его спрыгнуть с шеста, но он лишь подпрыгнул, вытянулся в сторону и проскочил ровно через решётку между лучами счастья, так и не зацепив ни одного.
— Видишь?
— Ну… ты хорошо уклоняешься, да, — кивнул я.
— Всего лишь хорошо?! Да я просто король уклонений! — возмутился он. — Я могу уклониться от чего угодно, будь то…
В этот момент я нанёс удар, но тот просто слегка отклонился в бок и даже говорить не перестал.
— …потоп или же обвал самих небес! Я лучший.
— Ну… да, я не буду спорить, ты действительно очень хорошо уклоняешься, — согласился я. — Но я тоже хорошо уклоняюсь, нет?
— Да? — удивлённо спросил он.
И тут же подпрыгнул, выдернув хвостом посох, и нанёс мне рубящий удар лучиком счастья.
Я увернулся, отклонился. И тут же увернулся от одного, второго, третьего, ушёл от сетки и… получил тычок под дых, да такой, что меня отбросило назад. Я прокатился кубарем и некоторое время даже не мог встать, так как казалось, что из меня вытащили лёгкие и теперь я не мог дышать.
— Теперь видишь? — спросил мартышкообразный весело. — Ты — неудачник.
— Тут никто бы не увернулся.
— Кроме меня.
— Кроме тебя, — согласился я. — Но я и не ты.
— Но чтобы победить, ты должен стать мной. Вот! — гордо заявил он. — Ты двигаешься быстро и хорошо для уровня Священного Роста. Твой мастер был действительно выдающимся, раз научил тебя читать движения противников и предугадывать их действия, это достаточно редкие знания.
Редкие знания? То есть Чёрная Лисица научила меня действительно чему-то очень редкому и достойному, что даже он, горделивый такой, весь хвалит её? Неплохо-неплохо, Чёрная Лисица, я ещё больше горжусь вами.
А если честно, я по-своему любил Чёрную Лисицу. Сначала я её ненавидел, потом она меня раздражала, позже привык, а под конец проникся. Проникся её своеобразным грубым и иногда жёстким проявлением заботы. В конце концов, она обучила меня с нуля и учила на совесть, естественно, требуя соответствующей отдачи.
Где бы я был без неё?
Наверное, в земле.
Поэтому да, мне грело душу, что её так хвалили.
— Но увы, двигаешься ты как краб.
— Ненавижу крабов.
— Это ты просто не пробовал их жареными, — настоятельно заметил он. — Знаешь, кто помог мне обучаться всему этому?
— Кто?
— Никто, я сам научился. Ты можешь протянуть лапу помощи кому угодно, но лучше всего бойцу сможет помочь только он сам. Поэтому ты сделал полдела, надо сделать и другую половину — научиться двигаться правильно.
И он одним прыжком переместился в бок метров на пять так быстро, что смог бы избежать спокойно той же сетки, причём сделал это без каких-либо видимых усилий, будто просто телепортировался, а потом начал быстро-быстро прыгать влево-вправо, что я бы хрен попал по нему.
— На уровне Мастера Вечных последователь умеет телепортироваться на небольшие расстояния.