Князь мертвецов. Часть II (СИ)
Девочка была бледная настолько, что лицо будто припорошило пеплом, под тусклыми глазами - темные круги. Из окна дохнуло холодным мокрым осенним ветром, и Митя всерьез подумал, что сейчас Даринку попросту унесет. Видно, подумал не он один, потому что Ингвар наскоро сунул раму в проем, а Йоэль подставил Даринке стул.
- Благодарю вас! - с прямой спиной она аккуратно присела на край и благонравно сложила ручки на коленях. Правда, поведению благовоспитанной барышни несколько противоречили старые мальчишеские портки с рубахой и картуз с заправленной под него короткой мышиного цвета косицей.
- Что ж, господа... и дама. Приступим. - Митя вытащил припрятанный в шкафу саквояж. Щелкнул замочек, и пачка ценных бумаг с золотым обрезом легла на стол.
- Теперь это надо разделить, - он слегка беспомощно поглядел на стопку. – Бумага с карандашом нужны, наверное, считать.
- Давайте я - мне не нужны. А вы поправите, если я ошибусь, - предложил Йоэль.
- Ну... Давайте... - согласился Митя. Альва ведь и впрямь всегда можно ... поправить.
- Насколько я понимаю, летом сего года, сразу после варяжского набега, между присутствующими здесь Меркуловым Дмитрием Аркадьевичем, потомственным дворянином ... - тонкими изящными пальцами ловко пересчитывая бумаги, начал альв, - ... и Шабельской Дарьей Родионовной, потомственной дворянкой, было заключено соглашение по совместному... - Йоэль на мгновение остановился, подумал и закончил. - ... отбойному и железопрокатному прожекту!
— Это в смысле, что отбитое у виталийцев железо катали по реке туда-сюда? - слегка ошарашенно переспросил Митя.
- Именно! - с энтузиазмом согласился альв.
На бледных губах Даринки мелькнула слабая улыбка.
- Если я правильно понял, по предварительному соглашению прибыль от реализации оного проекта должна быть поделена пополам.
Даринка торопливо кивнула, и альв ловко, как шулер колоду, раздели стопку на две.
Митя поджал губы, но промолчал. Он сделал гораздо больше Даринки. Но благородный человек держит слово и получает удовольствие от собственного благородства!
- Из этих средств господину Йоэлю Альшвангу полагается процент как посреднику в продаже имеющегося у господина Меркулова... - поклон Мите. - ... и госпожи Шабельской товара заинтересованным покупателям, каковой процент должен быть выплачен обоими компаньонами в равных долях, - от каждой из стопок были столь же стремительно и аккуратно отделены бумаги, и собраны в третью, тоненькую стопочку. - Также Йоэлю Альшвангу полагается некоторая - весьма скромная, скажу я вам! - доля за участия в передаче товара покупателю, во время которого... возникли сложности, успешно вышеупомянутым Альшвангом разрешенные.
- А ваши родственники не поймут, что это ваши лозы саквояж утащили? - пробормотал Ингвар.
- Они не знают - про лозы, - беспечно отмахнулся Йоэль. - Думают, от меня только герань хорошо в горшках растет. Так что теперь я знаю ваши тайны, а вы – мою, - и он обвел собравшуюся компанию таким прицельным взглядом, что у Мити даже переносица зачесалась. - Вернемся к делам ... Ингвару Штольцу, участвовавшему как в изъятии товара с места его хранения, так и в передаче оного ...
- Не надо мне ничего! - вскинулся Ингвар.
- Благодаря вам, Ингвар, я чувствую себя просто воплощением ума и благородства, - процедил Митя. - Ума - потому что не я это сказал, благородства - потому что не собираюсь припоминать вам эту глупость. Разве что иногда ...
- То есть, у компаньонов нет возражения по поводу доли Ингвара Штольца? – Йоэль испытывающе поглядел на Даринку, но если у той возражения и были, она их удержала при себе. - Каковому также выделяется доля от каждого из совладельцев прожекта. Таким образом! - торжественно провозгласил Йоэль. – По добровольному согласию всех участников сделки Ингвару Штольцу будут принадлежать ценные бумаги на предъявителя «Южно-Русского днепровского металлургического общества», чья стоимость по прошествии двух лет должна составить три тысячи рублей ... - он подвинул меньшую пачку к Ингвару. - ... а Йоэлю Альшвангу - на четыре тысячи четыреста рублей соответственно. В собственности компаньонов предприятия остается ценных бумаг на шестнадцать тысяч шестьсот рублей, из каковых каждому причитается по восемь тысяч триста, - и он торжественно указал на две «похудевшие» стопки с золотыми краями. – Также участники предприятия имеют права на доход, что будет начислен на вышеназванные ценные бумаги в течении этих двух лет. Но я бы на это не рассчитывал, - уже буднично закончил он. - Доход там только через два года и пойдет, не раньше.
- Никогда не думал, что альвы в ценных бумагах разбираются! - покачал головой Ингвар.
- Не знаю насчет альвов, ни с одним не знаком, - покачал головой Йоэль. - А я - еврей.
- Я могу это забрать? - Даринка протянула дрожащие пальцы к бумагам, отдернула, протянула снова ...
- Конечно, можете, Дарья Родионовна! - протянул Митя тоном настолько ласковым, что в глазах Даринки тут же метнулся испуг. - Гнедого братцу Петру купите, платье из альвийского шелка сестричке Лидии... что там с вас еще семейство требует? Поездку в Петербург?
— Это ... это подло! - прошипела Даринка, и глаза ее стали жутко-прозрачными, как стекло, а взгляд острым, как стеклянные грани. - Выставить на всеобщее обозрение семейные секреты, которые вам удалось случайно узнать!
- И вправду, Митя! - промямлил Ингвар. - Если Лидия так хочет платье из альвийского шелка ...
- Она его не получит. Равно как и Петр Шабельский – гнедого, - холодно бросил Митя. - Во всяком случае, из этих средств.
Ловким, змеиным движением Даринка метнулась вперед, и схватила стопку ценных бумаг. Стул рухнул. Девчонка прижала бумаги к груди, скакнула в сторону и исчезла, будто ее и не было!
- Держи ее! - кричать было нельзя, Митя это прошипел, но Йоэль начал действовать раньше.
Гибкая лоза мгновенно затянула двери от косяка к косяку - точно зашила проем зеленой нитью. Вторая переплелась, запечатывая окно. Еще две свесились с потолка, изгибаясь, как охотящиеся питоны.
Пустота в середине комнаты взвизгнула и тут же лозы кинулись вперед, плотно обматывая возникшую посреди комнаты тоненькую фигурку. Конец лозы зажимал Даринке рот: Лоза запульсировала, рывком подтягивая вырывающуюся девочку к поднятому Митей стулу.
- С ума сошли - кричать? А если сейчас прибегут? - нависая над Даринкой, прошипел Митя и все замерли - и трое юношей, и их отчаянно извивающаяся в путах пленница - напряженно прислушиваясь. - Обошлось! - вздохнул Митя, и Даринка молча принялась брыкаться с удвоенной силой. - Да прекратите же вы! – с досадой сказал Митя, а лоза вокруг Даринки предостерегающе сжалась.
— Это вы прекратите! - зло зашептал Ингвар. — Это дело Шабельских, куда потратить их деньги!
- Только вот господин Карпас и мои дядюшки будут внимательно наблюдать, у кого в городе неожиданно появятся средства. Новую лошадь и платье альвийского шелка они не пропустят, - заметил альв.
- Тем паче, что у вас шелк и купят! - фыркнул Митя.
- Но вы же можете продать шелк для Лидии как-то... тайком? – промямлил Ингвар.
- И носить она его тоже будет – тайком, - процедил Митя и повернулся к переставшей брыкаться Даринке. – То, что, продав бумаги сейчас, вы потеряете половину денег - меня не касается. Равно как и ваше желание удовлетворять любые капризы своего семейства! Но выдать нас всех я не позволю, - он кивнул Йоэлю и лоза, послушно разжав тугие кольца, вдруг выхватила у Даринки стопку бумаг и перенесла их Мите.
- Вы! - почти вскрикнула Даринка, но тут же спохватилась и зашептала. – Не понимаете! Я ведьма Шабельских! Для этого мне сила дана! Мой долг – заботиться о них!
- Заботиться! А не потакать! - прошипел Митя и вдруг замер, поняв, что повторил ту самую фразу, что говорил ему отец каждый раз, отказывая в очередном прекрасном, но дорогом жилете. Как же Митю эта фраза всегда злила - и вот он говорит ее сам!