Режим бога. Вспышка Красной Звезды (СИ)
- Поэтому вы так сегодня печальны?
- Ах, наверное, я плохая гейко! – грустно смеется Мизуки - Гость ведь не должен видеть моих настоящих эмоций.
- Может я заметил вашу печаль потому, что чувствую в вас… родственную душу?
Проходя рядом с раскидистым кленом, я останавливаюсь и несмело прикасаюсь к руке Мизуки.
- Возможно… - тихо отвечает она, но ладонь не отбирает.
Мы так и стоим, молча держась за руки. Хочется, чтобы это волшебное мгновение длилось и длилось. Конечно, это неправильно предлагать такое малознакомой женщине, но я ведь сейчас действую от чистого сердца
- А я не могу вам помочь с покупкой чайного домика?
- Нет – твердо отвечает Мизуки и осторожно высвобождает свою руку из моей.
Идиот…! Ну, кто меня тянул за язык?! Привык в прошлой взрослой жизни решать проблемы своих женщин с помощью денег. Я сейчас окончательно опозорюсь, если не прикушу свой длинный язык и не включу мозг.
- Поймите правильно мой отказ, Виктор-сан. Я благодарна вам за участие, но в наших общинах гейши и чайные дома строго отчитываются за все свои доходы. Как я смогу объяснить появление у меня такой крупной суммы? Моя репутация может пострадать. А репутация для гейши - это все.
Ну, да… конкуренты тут же обвинят ее, черт знает в чем. И вдобавок мне только что дали понять, что услуги интимного толка здесь не оказывают. Даже за очень большие деньги. Я и, правда, ляпнул, не подумав. Чтобы скрыть свое смущение, отступаю чуть в сторону, уходя в еще более глубокую тень.
- Простите, Мизуки-сан. Я не подумал. Кто я для вас, чтобы предлагать такое.
Неожиданно гейша делает шаг за мной и осторожно дотрагивается тонкими пальчиками до моего рукава, заглядывая мне в лицо
- Поверьте, Виктор-сан, я оценила и вашу искренность, и вашу доброту. Но принять такой подарок просто не могу. Может, я лучше покажу вам нашу коллекцию старинных вееров, чтобы немного сгладить свой грубый отказ? Я киваю, и мы направляемся в дом через весь сад. Краем глаза вижу, как Вячеслав в отдалении следует за нами. В доме мы подходим к лестнице, ведущей на второй этаж, и начинаем медленно подниматься по ней. Но вроде бы гостям вообще не положено входить на жилой этаж, или я ошибаюсь? И только по тому, как Мизуки неуверенно замирает у одной из дверей, я окончательно понимаю, что сейчас происходит что-то нерядовое. А может, мне тоже ...пора уже проявить мужскую инициативу? В комнате, куда мы заходим, я не даю ей сделать и пары шагов. Просто делаю то, о чем мечтал с момента ее появления в зале – смело сгребаю Мизуки в свои объятья и впиваюсь жадным поцелуем в ее яркие, зовущие губы. И тут вдруг с удивлением понимаю, что мечтал об этом поцелуе не я один, а все эти веера видимо были лишь удобным предлогом с ее стороны.
*****
Мизуки оказалась нежной и умелой любовницей. Молва не врет – несмотря на другие строгие ограничения, гейши все-таки изучают искусство любви в своих окия, хоть и не демонстрируют его клиентам. Ее тело такое восхитительно хрупкое, что я моментами чувствую себя грубым варваром, покусившимся на небесную пери.
- Как странно – шепчет Мизуки, сидя рядом со мной и задумчиво проводя пальчиками по моему плечу – мы такие разные, а совпали, словно клинок и ножны.
Я лежу в ее личной спальне на футоне, но даже не помню, как мы добрались до него. Подушек здесь нет – бедная Мизуки спит, укладывая голову на специальный валик-подставку под шею, чтобы сохранить свою высокую прическу хотя бы на пару-тройку дней. И кстати, часть этой прически – все-таки специальный шиньон. От двери в коридор нас отделяет лишь длинная складная ширма с панорамными видами древнего Киото. Мизуки назвала ее ракутю – дословно «столица изнутри». За второй такой ширмой в самом конце комнаты прячется японское подобие умывальника, которым мне пришлось воспользоваться после… ну, сами знаете чего. На мне, как и на Мизуки, сейчас легкое хлопковое кимоно, тело и душа расслаблены до состояния полной нирваны. Я умиротворен и по-настоящему счастлив…
- Ты думаешь, я легкомысленная? Вовсе нет! – нежно ерошит она мои волосы, пропуская светлые отросшие пряди между тонкими пальчиками - Просто ты поразил меня в самое сердце, когда я увидела тебя среди гостей. Ты показался мне юным и в тоже время мудрым богом из древних легенд. Немного хмельной, такой веселый...
- Мизуки, не смущай меня...! - взмолился я - подобный комплимент женщина говорит мне впервые в жизни!
- Какие твои годы, Виктор! Впереди у тебя еще много разбитых женских сердец.
Она улыбается и невесомо проводит пальчиками по моей груди, спускается к животу, заставляя мышцы пресса напрячься и проявить все кубики.
- Нет, правда. Такие божественные тела были только у древних греков… - вздыхает Мизуки - Я видела на картинках в учебнике истории.
Ну… если сравнивать меня с мелкими кривоногими японцами, то наверное да, моим телом можно восхититься. И рост высокий, и мышцы в меру прокачанные, и светлая кожа сейчас покрыта легким летним загаром. Плюс длинные ровные ноги, что вообще большая редкость для японцев. Но вот «божественное»?! «Как у древних греков»?! Это уже как-то слишком… Невольно сразу Райкин на ум приходит: «...Кто Аполлон?.. Я - Аполлон? Да, я Аполлон!»
- Виктор, сделай мне подарок – я вопросительно смотрю на Мизуки, она смущенно улыбается - скинь пожалуйста кимоно, я хочу запомнить тебя таким …открытым. Вряд ли нам доведется еще встретиться, так пусть это волнующее воспоминание навсегда останется со мной.
Желание дамы закон, и ее искреннее восхищение, конечно льстит мне, чего уж там… Поднимаюсь с футона и медленно, как в кино, даю кимоно соскользнуть с моих плеч. Стриптиз исполняю впервые за всю свою долгую, насыщенную приключениями жизнь, но для этой удивительной женщины я и не на такое готов.
- Щедро тебя наградили боги… - восхищенно шепчет она, снова проводя рукой по моему плоскому животу
- Этим? – я шутливо направляю ее руку вниз, чтобы скрыть свою неловкость от ее похвалы.
Мизуки так же медленно, как я недавно, опускается передо мной на колени, не отводя при этом глаз. И у меня сбивается дыхание. Ее нежная рука добирается, наконец, до цели, все разговоры снова забыты. Только наши рваные вздохи… А потом два тела, сплетенных на футоне в вечном танце страсти…
Когда через какое-то время раздается тихий стук, и женский голос тихо шепчет, что меня ждут внизу, мне остается только одеться. Но очередной план, как помочь Мизуки в моей голове уже созрел.
- Мизуки, я хочу, чтобы завтра ты отменила все визиты и провела вечер на моем концерте. Майко тоже бери с собой. Сначала побудете в VIP-ложе с нашими почетными гостями, а потом на банкете, устроенном для VIP-персон после концерта. Все ваши расходы будут естественно оплачены.
- Это большая честь для нас! Но ты уверен, что твой директор готов все оплатить?!
- Уверен. И нам, и вашему чайному дому не помешает лишняя реклама и шумиха в прессе. Завтра утром вам привезут приглашения, а к шести вечера подадут лимузины, чтобы доставить на концерт. Давай, сделаем все по высшему разряду и наведем там шороху. Вам ведь тоже нужно выводить ваших девочек в свет?
- О-о-о…! – восхищенно округляет гейша свой маленький ротик – это так щедро с твоей стороны, Виктор! Конечно, нашему дому нужны и реклама, и новые связи.
- А если совсем честно… я просто умру, Мизуки, если не увижу тебя еще раз перед отъездом.
Мизуки смущенно склоняет голову, а в дверях на прощанье одаривает меня долгим нежным поцелуем.
- До завтра – шепчет она – я буду ждать нашей встречи. Обещаю, мы не подведем, ты будешь гордиться мной и девочками…
Когда я спускаюсь вниз, Вячеслав окидывает меня недовольным взглядом. Но прежде, чем он успевает начать бубнить, я по-хулигански показываю ему язык, и сбегаю от него в сад. В павильоне вся наша мужская компания смотрит выжидающе, стоит мне появиться на пороге. Потом Леха на правах лучшего друга хлопает меня по плечу и прерывает затянувшееся молчание