Режим бога. Вспышка Красной Звезды (СИ)

Поскольку обед мы пропустили, хозяйка гостеприимно предлагает накрыть для нас ранний ужин. Все радостно соглашаются.
- Госпожа Накамура – вежливо встреваю я – И можно устроить ужин не в обеденном зале, а на открытой террасе с видом на горы и ваш чудесный парк? Сил нет отвести взгляд от всей этой необыкновенной красоты!
- Конечно, молодой господин! – улыбается японка – Желание гостя закон для нас. Я распоряжусь развесить дополнительные фонари на террасе и в саду для вашего удобства.
Хозяйка кланяется нам и уходит, чтобы отдать распоряжения к ужину. Вячеслав тут же напускается на меня с нравоучениями
- Виктор, какая открытая терраса?! Она же просматривается со всех сторон!
- Ты еще скажи: простреливается. Слав, ну прекрати! – пресекаю я панические настроения охранника - Ты, что, считаешь, что диверсию устроят прямо сегодня, здесь, во время ужина? Впереди еще несколько дней и ночей, дай же бедным цэрэушникам время осмотреться!
- Шутник… - ворчит наш бдительный глава охраны – Если бы ты знал, как мне этот отель не нравится.
- Лучше выставь дополнительные посты на стадионе. Гораздо больше вероятность, что нам повредят аппаратуру, чтобы сорвать концерт.
- Думаешь, самый умный? Японская охрана из Токио заехала на стадион одновременно с техническим персоналом. Они же сопровождали в дороге наши трейлеры с аппаратурой. 
О, как… А я даже не в курсе. Видимо Майкл тоже поддался всеобщей истерии и нанял лишнюю охрану.
Поднимаемся по лестнице на второй этаж, заходим в мой номер. У меня вырывается нервный смешок, у Вячеслава тихий стон. Номер конечно шикарный, но во всю стену идет широкая открытая терраса с видом на горы и парк. И от спальни эту своеобразную «гостиную» на свежем воздухе отделяют только раздвижные перегородки седзи. Шторки же на террасе, сплетенные из соломы, способны защитить, если только от солнца и дождя, но никак не от проникновения из парка незваных гостей. Сейчас на террасе тень и поэтому они свернуты в рулоны, но достаточно потянуть за шнурок, чтобы опустить их до пола, создавая мнимую преграду от внешнего мира.
- Господи… - бормочет под нос Вячеслав – что же здесь все такое игрушечное-то…?! Пальцем ткни, и все рассыплется.
Плюхаюсь на широкую низкую кровать, расположенную практически на уровне пола, прикрываю глаза и застываю в позе морской звезды, раскинув руки в стороны. Да уж… у каждого из нас свои причины для расстройства. Я вот, например, увидев этот номер, четко понимаю, что о сексе с Снежной Королевой в ближайшие дни придется забыть. Здесь такие тонкие стены, что будет слышен каждый чих, а не только наши с Альдоной страстные стоны. Блин… И как теперь пар спускать при таких сумасшедших нагрузках? Можно, конечно, было бы уединиться с ней в горячих источниках или в бане, но кто же нам вообще теперь позволит уединиться-то? Вячеслав же глаз с меня не спустит в этом отеле. Ладно… придумаем что-нибудь.
*****
Стадион Нисикегоку, на котором нам предстоит выступать огромный, но… какой-то несовременный. Может, для Олимпиады 1964 года он и был вполне себе «ничего», но по прошествии пятнадцати лет это «ничего» сильно потускнело и морально устарело. Я, конечно, говорю о техническом оснащении, так-то японцы его к нашему приезду и подкрасили, и подновили, чтобы приукрасить суровую действительность. Но даже кондиционеры в помещениях, отведенных под гримерки, были не стационарные, а переносные. Хотя в принципе мой райдер япошки прочитали и все пункты старательно выполнили.
Сцена расположена удачно, солнце сейчас у нас за спиной, ну а вечером, когда начнется концерт, это уже будет не так важно. Главное – чтобы местная электросеть выдержала повышенную нагрузку, когда к мощному освещению стадиона добавится наша собственная прожорливая техника. Впрочем, организаторы заверяют нас, что все предусмотрели, и на случай форс-мажора у них есть запасная аварийная линия, которую они моментально подключат. Остается только верить и надеяться, что никакого казуса не случится. Майкл после разговора с главным электриком стадиона подзывает своего спеца и велит ему вечером еще раз тщательно все проверить, дав максимальную нагрузку на местную сеть.
 
Прогон проходит в нормальном режиме, безо всяких накладок. После трех сложнейших токийских концертов и кучи репетиций у нас все доведено до автоматизма. Единственный косяк – стаффы забыли про воду и полотенца, которые должны быть на сцене у музыкантов и у техников. Сорвался и облаял их сгоряча – парням на жаре среди работающей аппаратуры и так не сладко приходится. После репетиции, правда, извинился за свой срыв. Пошутил, что так-то у меня характер золотой, ага… оттого и тяжелый. Утвердили сет-лист, разметили сцену, Клаймич опять рисовал в блокноте хитрые схемы, техники тоже делали какие-то пометки. Все в работе. Если теперь и ждать неприятностей, то только со стороны японцев.
Оказалось, что у женской части коллектива после репетиции есть еще силы на шопинг, и мы с Григорием Давыдовичем, не устояв перед их жалобным нытьем, отпускаем женщин в город в сопровождении переводчика Дмитрия и пары охранников. Музыканты и ребята-рижане на такой подвиг явно сегодня не готовы.
- Ну, что парни? Чем займемся? - обвожу я взглядом свою явно уставшую банду.
- Поедем в отель и завалимся с пивом в баню? – неуверенно предлагает барабанщик Роберт
- В баню? — фыркаю я — Туда мы лучше отправимся завтра, после выступления. А сегодня нам нужно немного отвлечься.
- Помнится, нас кто-то к гейшам в Киото обещал сводить? – подкалывает меня Леха
А что? Это мысль. Побывать в Киото и не посетить местных гейш? Да, я сам себе потом не прощу - когда еще в жизни такая возможность представится? Вон, и у парней глаза загорелись, похоже, у всех разом второе дыхание открылось!
- Нас туда пустят? – засомневался Николай – Это развлечение, наверное, только для местных?
- А мы сейчас у господина Наито поинтересуемся…
Ну, что… японец рассказал нам много любопытного, хотя некоторые вещи я и без него знал. Во-первых, районов гейш в Киото несколько. И в каждом обычно располагаются кабурендзо - музыкальные театры, окия – школа гейш и одновременно дом, где они живут, и о-тяя — чайные дома. В музыкальный театр, где выступают гейши и майко – их ученицы - попасть легко, даже иностранцам. Покупаешь билет на одно из двух вечерних представлений и любуешься их танцами, пением и игрой на национальных японских инструментах. Но если хочешь личного общения с гейшей, нужно идти в чайный дом. Это как бы аналог ресторана или закрытого клуба. Там по вечерам устраивают о-дзасики – что-то типа банкетов, которые включают в себя еду в высоком японском стиле - кайсэки, обильную выпивку, а также развлечения. Вот за эту часть банкета и отвечают гейши. Развлечение гостей заключается в том, что гейша, одетая в кимоно, с традиционным макияжем на лице и прической на голове, поет, играет на японском инструменте сямисэн, танцует и мило общается с гостями. Еще по желанию гостей может лично провести для них чайную церемонию.
- А это вообще очень дорого? – интересуется практичный Клаймич
- Смотря, чего вы от нее захотите, Григорий Давыдович! – ехидно усмехаюсь я, смущая своего директора до стыдливого румянца – но накормят и напоят нас там в любом случае.
Господин Наито терпеливо объясняет Клаймичу, что у гейши в чайном доме обычно фиксированная почасовая плата. За вечер популярная гейша может посетить и два, и три таких банкета. Кроме того, гейши иногда получают от клиентов еще и чаевые, называемые «цветочными деньгами». Но к деньгам гейша не прикасается. Вы приходите к ней скорее как к другу, хорошо проводите время, потом прощаетесь и уходите. А после вам домой присылают счет, в который включена стоимость услуг гейши и напитков, которые вы пили с ней в чайном доме. Узнать точную стоимость вечера заранее нельзя, но можно быть уверенным, что клиента там точно не обманут – репутация дома дорогого стоит. Если вы пришли к гейше в первый раз, то счет присылают не вам, а тому человеку, который привел или порекомендовал вас.