Пара варвара (ЛП)

Я в этом не сомневаюсь. Я кончила дважды в течение примерно минуты, а моя киска все еще возбуждена. Она готова к большему. Похоже, теперь, когда мы близки к финишу, резонанс не позволит нам отступить. Я снова дергаю Хэйдена за косу и трусь ногой о его ягодицу. Он такой мускулистый, что это немного похоже на трение о покрытый бархатом шар для боулинга, но даже эта мысль заводит меня. Он тверд как скала, моя пара.
— Ты хочешь прекратить играть? — спрашиваю я его.
Взгляд, который он бросает на меня, полон насмешки.
— Я еще не закончил целовать свою пару повсюду.
— О? — Новая маленькая дрожь пронзает меня.
Он вводит и выводит палец, немного медленнее. Мне не стыдно сказать, что я настолько мокрая от того, что кончила дважды, что каждое движение его руки издает влажные звуки. Я никогда раньше не была такой скользкой от возбуждения, и мне это нравится.
Хэйден кивает и садится на меха, его рука покидает мою киску. Мне немного грустно из-за этого, но озорной блеск в его глазах заставляет меня предвкушать, что будет дальше. Я восхищаюсь его телом, когда он опирается на колени, потому что под всей этой бархатистой синей кожей нет ни грамма жира. Он не что иное, как твердые, как скала, мышцы и пресс, которые тянутся на многие мили. И большой член. Не могу забыть эту часть.
Он хватает одну из моих ног за лодыжку и осторожно поднимает ее в воздух.
Я не могу удержаться от хихиканья.
— Что ты делаешь?
Он хмурится на мой смех и серьезно смотрит на меня.
— Я же говорил тебе. Я буду трахать свою пару во всех ее местах.
— О, прости, — говорю я, поддразнивая. — Я больше не буду перебивать.
— Хорошо, — говорит он резким голосом. — Это требует всего моего внимания. — На мгновение мне кажется, что он по какой-то причине внезапно впал в дурное настроение, но потом я вижу, как дергается его рот, и понимаю, что он пытается сдержать улыбку.
У меня вырывается еще один взрыв смеха, особенно когда он прижимает мою ногу к себе, а затем облизывает ее снизу. Я визжу, извиваясь от щекотки.
— Не лижи мне ногу!
— Молчать, женщина. Твоя пара доставляет тебе удовольствие. — Он снова лижет мою ступню, а затем покусывает мои пальцы.
Я не могу перестать смеяться. Это щекотно и глупо одновременно.
Но потом он целует мою ступню сбоку, и весь смех замирает у меня в горле, потому что это одно нежное маленькое действие просто заставило меня растаять. И тогда я больше не смеюсь, когда он целует мою лодыжку, а затем проводит по ней языком. Когда он переходит к моей икре, покусывая кожу, я перестаю находить это забавным и нахожу ужасно возбуждающим. Моя вошь соглашается, громко напевая.
Он продолжает продвигаться вперед, игнорируя внешнюю сторону моей ноги в пользу внутреннего колена, а затем внутренней части бедра. Он время от времени поглядывает на меня, словно желая убедиться, что я наблюдаю. Как будто я могла отвернуться? Я совершенно очарована его ртом на моей коже. Когда он раздвигает мои ноги и лижет внутреннюю сторону моего бедра, я чувствую, что снова становлюсь вся мокрой, и моя рука опускается между ног, чтобы начать трогать себя.
Однако, когда Хэйден видит это, он отталкивает мою руку.
— Это мое.
— Пффф. Я могу потрогать себя, если захочу. — И я снова кладу туда руку, мои пальцы ищут мой клитор.
Он снова убирает мою руку.
— Мне нужно показать тебе, что это мое, женщина?
Оооо. Теперь я вся разгорячена и встревожена, особенно лукавым блеском в его глазах.
— Может быть?
Он хмыкает в знак признания моего ответа и в последний раз целует внутреннюю поверхность моего бедра, прежде чем положить руку на противоположное бедро и раздвинуть его шире. Он наклоняется к месту соединения моих бедер, и его коса падает мне на ногу.
— Это мое, — рычит он низким горлом, и это единственное предупреждение, которое я получаю, прежде чем он просовывает свое лицо между моих бедер и начинает целовать мою киску.
И, о Боже, я чуть не кончила снова прямо тогда.
Как он и обещал, он целует мои складочки, а затем облизывает их своим языком. Это не столько исследование, сколько явная решимость помучить меня, и он действительно отлично справляется с этим. Я стону, когда он проводит языком по моему чувствительному клитору.
 
— Такая влажная, — хрипит он между облизываниями. — Твой вкус не похож ни на что, что я пробовал раньше. Это заставляет меня хотеть только большего.
Я хватаюсь за его косу на бедре, отчаянно желая за что-нибудь зацепиться, но когда это не удовлетворяет желание, вместо этого я беру его за рога. Он держит мои бедра раздвинутыми и лижет меня длинными, медленными, неторопливыми движениями языка, и каждое из них заставляет мои бедра выгибаться и подниматься. Я хочу, чтобы это продолжалось вечно, даже когда я хочу, чтобы он остановился и наполнил меня своим членом. Да, это пытка, но самая лучшая.
— Хэйден, — стону я. — Ты мне нужен.
— Мне нужно, чтобы ты кончила для меня, — отвечает он хриплым голосом, а затем лижет мой клитор своим восхитительным языком с ребрами. — Я хочу, чтобы мой язык был внутри тебя, когда ты это сделаешь.
Еще один стон вырывается из меня при виде визуального образа, и я опускаю его голову обратно, чтобы он продолжил лизать.
— Моя пара, — бормочет он между облизываниями и покусываниями. — Я так долго ждал тебя. Чтобы попробовать тебя на вкус. Чтобы доставить тебе удовольствие
— Правда? — Его слова растопляют меня больше, чем его язык. — Я надеюсь… Надеюсь, я тебя не разочарую. — Я так упорно боролась с ним и чувствую себя виноватой за то, что так долго отталкивала его.
— Никогда не разочаруешь. Это все, чего я хотел, и даже больше.
По какой-то причине это заставляет меня плакать. Может быть, это все эмоции, бурлящие в нас, благодаря нашим кхаям. Может быть, это потому, что я впервые чувствую, что меня любят и лелеют. Что бы это ни было, рыдание вырывается из моего горла.
Хэйден напрягается, и мгновение спустя он оказывается у моего лица, неистово целуя меня.
— Моя пара, мое сердце. Что такое? Почему ты плачешь?
Я качаю головой.
— Я просто счастлива. Эмоциональная, но счастливая. Ты даешь мне все, чего я когда-либо хотела.
— Мы еще не полностью соединились, — напоминает он мне еще одним поцелуем. Я чувствую свой вкус на его губах, и это странно эротичный вкус.
— Так чего же мы ждем? — Я кладу руку ему на бедро и обхватываю его ногами, пытаясь расположить его в идеальном месте. — Приглашение с гравировкой?
— А… что? — его лоб хмурится.
— Это по-человечески означает «воткни это уже».
Глаза Хэйдена сузились.
— Это так?
— Достаточно близко.
Он колеблется надо мной, а затем наклоняется, чтобы запечатлеть еще один поцелуй на моих губах.
— Я не хочу причинять тебе боль, моя Джо-си. Человеческие самки не такие сильные или крупные, как самки ша-кхаи. Что, если меня будет слишком много?
Я похлопываю его по плечу.
— Это мило, Хэйден, детка, но есть еще одиннадцать женщин, которые очень счастливы в браке с твоими соплеменниками, и ни одна из них не жаловалась, что ее мужчина сломал ее в постели. С нами все будет в порядке.
— Есть еще одиннадцать женщин, но они меня не волнуют, — говорит он и нежно гладит меня по волосам. — Я забочусь только о своей паре. И она маленькая и хрупкая.
— Она выдержит это, уверяю тебя. — Я разрываюсь между разочарованием из-за задержки и головокружением от его сладких слов. — Мы будем двигаться медленно, и я дам тебе знать, если это будет слишком, хорошо?
Черта с два я это сделаю, но если он думает, что я подниму тревогу, по крайней мере, мы сможем сдвинуть дело с мертвой точки. И я начинаю отчаянно хотеть, чтобы все сдвинулось с мертвой точки. Глубокая боль внутри меня срочно нуждается в заполнении.
Он бросает на меня еще один обеспокоенный взгляд, но затем целует меня, потому что он знает, что поцелуи — это круто, и они не причиняют мне боли. Я отвечаю на поцелуй со своей собственной настойчивостью, проводя языком по его языку, что, надеюсь, является соблазном для большего. Он отрывает свой рот от моего и стонет, закрыв глаза, и я понимаю, насколько это трудно для него. Он уже кончил один раз, и если я восприимчива, я уверена, что он в агонии.