Перелетная птица 2 (СИ)

Но пока приходится обходиться примитивными сигналами – покачивание крыльями, ракетами, световыми сигналами. Кстати о свете: темнеет, и Александр включил габаритные огни на своём самолёте. Остальные тоже включили положенные фонари. Всё довольно просто: истребителей у неприятеля мало, да и те летают только днём, следовательно, опасности привлечь воздушных охотников своими габаритными огнями, нет.
Меняясь у штурвала Александр и Агата вели самолёт, а прапорщик добровольно взял на себя обязанности кока. Он варил кофе, разогревал и подавал полётные рационы, а к обеду даже соорудил шарлотку в маленькой духовке.
– Андрюша, вас нам сам бог послал! – умилялась Агата – Вы такой умелый и заботливый мальчик! Вот вернёмся из рейда, я устрою между вами и Алексом кулинарное состязание.
– Состязание? В чём же оно будет заключаться? – изумился Андрей.
– Мы соберём экипажи, участвовавшие в рейде, и, вы приготовите лучшие блюда из тех, которые умеете.
– И кто будет оценивать наши труды? – подключился к разговору Александр.
– Все и будут, причём тайным голосованием, чтобы у кое-кого не возникло желания надавить своим авторитетом.
Александр расхохотался.
– Над чем ты смеёшься, разве идея такая нелепая? – приподняла бровь Агата.
– Нет, милая, просто я вспомнил одну забавную историю. Как-то большая компания моих друзей, и я с ними, поехали на пикник. Ну всё как положено: купание, вкусные угощения…
– Ты наверняка делал свой несравненный люля-кебаб?
– Делал, но речь не о том. Кому-то пришла в голову устроить конкурс красоты между женщин, и дамы подхватили идею. В сущности, ничего особенного: дамы декламировали стихи, песни и монологи из пьес, демонстрировали наряды, сооружали невероятные причёски. А среди конкурсов была демонстрация красоты ног. Чтобы соблюсти приличия, натянули полотнище, чтобы были видны только ножки. А на лодыжке – круглая картонка с номером.
– Смело!
– Конечно, но компания сложившаяся, все друг друга отлично знают… В общем, я решил пошутить. Снял портки, нацепил номерок и вышел вместе с дамами.
– И каков результат? – рассмеялась Агата.
– Не поверите, первое место!
– Пресмешная история! – заключила Агата – Но что за биплан прётся к нам с востока?
– Разрешите занять место башенного стрелка? – вытянулся Андрей.
– Занимайте. Огонь открывать по необходимости. – решил Александр.
– Мальчик справится? – переключившись на внутренний канал спросила Агата.
– Должен справиться, поскольку он не мальчик, а офицер. Первый раз от волнения может и промазать, не без того. Но должен же он набраться опыта, правда?
– Верно. – согласилась Агата – Кроме того, ребята с остальных машин подстрахуют.
Неприятельский самолёт, а других тут быть не может, приблизился настолько, что стало видно лицо пилота. Вот он протянул руку к тросику, чтобы открыть огонь из пулемёта, закреплённого на верхнем крыле…
– Огонь! – скомандовал Александр.
– Ду-ду-ду-ду! – сзади-сверху пророкотала спаренная установка, а вражеский биплан свалился в штопор и устремился к земле, а за ним потянулась витая лента сизого дыма.
– Прапорщик Матвеев, от лица службы объявляю вам благодарность.
***
К Гонконгу вышли в расчётное время, около полудня. Погода, как и обещали синоптики из разведки, идеальная: высокая облачность, ни тумана, ни дождя. Отлично.
– Агата! Сигнал на самолёты группы: «Делать как я».
– Готово! Алекс, а где стоят суда с взрывчаткой?
– На острове собственно находится Гонконг. Но суда выгружаются прямо в вагоны… Видишь в проливе построен длинный причал рядом с которым стоят три парохода? Район, который примыкает к порту называется Коулун.
– Алекс, я вижу английскую эскадру. Нет, они точно сумасшедшие! Броненосцы стоят совсем рядом с теми пароходами!
– Вот и поучим болванов.
С броненосцев заметили самолёты с красными звёздами и открыли редкий и неточный зенитный огонь.
Колонна самолётов разомкнулась в обширный круг, чтобы бомбить свободно. Теперь, с небольшим снижением, они самостоятельно направлялась к своей цели. Агата вела самолёт, Александр приник к бомбовому прицелу. С одной стороны, скорость небольшая, а цели неподвижны, но с другой стороны, высота великовата. Чёрт, концевой самолёт пошел вниз, ниже разрешенных трёх километров.
  
– Вернёмся, сгною паршивца! – заругался Александр.
– Не сгноишь! – ожесточенным голосом ответила Агата – Его уже наказали.
Шрапнель, взорвавшаяся чуть позади самолёта строптивца, послала сноп своих пуль туда, куда следует – в бомбоотсек. Чудовищный грохот прокатился над портом, а на месте самолёта вспухло облако огня и дыма. Но времени на скорбь нет: самолёт Александра вышел на «дорожку».
– Сброс! – сам себе скомандовал Александр и рванул рычаг.
Шесть яйцеобразных бомб с кольцевыми стабилизаторами ухнули вниз, но не совсем удачно: две упали позади тройки атакуемых пароходов, одна угодила в средний пароход, а ещё две упали впереди, а куда делась шестая, было неясно. Следующий самолёт отбомбился куда удачнее, правда, пять из шести его бомб упали позади цели. Зато одна угодила в пароход с взрывчаткой. Бабахнуло так, что самолёты на высоте три километра подбросило, и пилоты с трудом совладали с взбесившимися машинами. А спустя полминуты рвануло снова: это обломки от первого взрыва попали во второй пароход с взрывчаткой. Взрывная волна, видимая с высоты как белая стена сжатого воздуха, разбежалась во все стороны. В заливе возникла волна, которая накатила на берег, выбрасывая на него мелкие и довольно крупные суда. Со строений срывало крыши, некоторые склады и сооружения непонятного назначения отшвырнуло на огромное расстояние, а следом прилетели горящие обломки, и полукруг с центром у причала запылал как костёр. Что-то в этом костре ещё взрывалось – наверное ранее доставленные боеприпасы.
Огромное грибовидное облако стало подниматься над чудовищными разрушениями.
Корабли и суда среднего тоннажа, стоящие в гавани, возникшие волны топили и выкидывали на берег. Крупные переворачивало или укладывало на бок. Но броненосцы были слишком велики и тяжелы. Два из них опрокинулись, но остальные удержались на поверхности.
– Агата, сигнал «Атаковать броненосцы»! – распорядился Александр, заняв место за штурвалом.
Два самолёта, на которых остались бомбы, довернули и пошли к линии броненосцев. По ним не стреляли: видимо взрывной волной с них сдуло все зенитные установки. Поняв это, бомбардировщики опустились на высоту около километра, и, снизив скорость до минимума, уложили свои бомбы в броненосцы, по одной или по две, как кому повезло. Поразительно, но они допустили всего один промах.
Четвёрка самолётов сделала «круг почёта» над разгромленным портом, при этом прапорщик Матвеев щедро сыпал вниз листовки, стараясь попасть в городскую застройку.
***
На обратном пути занялись фотографированием результатов охоты за эшелонами со взрывчаткой, и Андрею пришлось очень много работать. Следы первого эшелона заметили на подлёте у Таньшую – на месте большой железнодорожной станции оказался дымящийся пустырь, а два моста на выходе со станции были снесены – теперь на их месте торчали лишь огрызки опор. Такая же картина встретила в Ланчжоу – деревянного городка просто не стало. Заодно были уничтожен большой мост через Хуанхэ – его смятые фермы теперь валялись внизу, перегораживая течение реки. В бинокли было видно, среди развалин бродят люди, но и их слишком мало для города таких размеров. В районе Увэя, судя по всему, взрывоопасный эшелон был подловлен на скальной полке вдоль крутого горного склона, вдоль большого ущелья. Теперь не было ни полки, ни склона, ни ущелья – взрыв снёс вырубленный в скалах выступ, спровоцировал обвал, заполнивший ущелье. Теперь выше по склону медленно скапливалась вода небольшой речки, текущей в низине. В районе города Чжанье, по дороге в Гонконг, был замечен крупный военный лагерь. Прапорщик Матвеев определил численность военных, обитающих в нём примерно в две дивизии или двадцать пять-тридцать тысяч человек. Теперь на месте лагеря виднелась захламленная пустошь, зато овраг, ранее проходивший по восточному краю лагеря, оказался засыпан.