Перелетная птица 2 (СИ)
Да уж, тому, кто задумал и провёл эту комбинацию, впору давать орден, даром что неизвестно, чем награждают интриганов. Но надо же, отметить склонность дочки? внучки? императора к пришельцу и тут же использовать её? Страшный, должно быть, человек – из ближнего круга монарха, к тому же, вассальной верностью не страдающий, если ради интриги способен поставить под серьёзный удар репутацию такой особы…
– Ваше императорское высочество. – в четверть голоса заговорил Александр – вы позволите говорить прямо, жёстко и нелицеприятно?
– Вы меня узнали? – произнесла девочка едва-едва дрогнувшим голосом – Да, говорите, Мамору-доно.
– Приближается мировая война, ваше императорское высочество, и те, кому выгодна война между Россией и Японией, идут на грязные провокации, чтобы нас столкнуть. Кто-то узнал, что вы испытываете некоторый интерес ко мне, спровоцировал обострение заболевания у моей жены, чтобы я задержался здесь. Он прямо или через исполнителя, возможно, и не знающего о своей роли, организовал нашу встречу, чтобы мы с вами совершили некую ошибку, что скомпрометирует вас в глазах общества и лишит лица царствующую особу.
– Что же нам делать?
– Велите вашим придворным вернуться, мы продолжим музицировать, и помните: все песни сегодня я буду петь только для вас.
– Что же, удовлетворимся такой малостью, какой оказался наш разговор. – почти искренне улыбнулась принцесса.
Девочка приподняла руку, легонько шевельнула пальцами и компания вернулась на свои места.
– Господа, мы обменялись мнениями с Беспечной Стрекозой и решили издать сборник русских и японских лирических песен. – объявил Александр – Песни будут даны в самом лучшем переводе, позволяющем исполнять их любому, знающему письменную и нотную грамоту.
– Исполнять будем строго по очереди – улыбнулась Беспечная Стрекоза – Начинайте, Мамору-доно.
***
Поздно ночью, сразу по возвращению в своё жилище, Александр послал слугу к адмиралу Ямайя Танину с наказом без флотоводца не возвращаться. Уже во втором часу ночи душераздирающе зевающий адмирал ступил на террасу, где сидел Александр, и злобно сверля его взглядом сказал:
– Надеюсь, ваш вызов не продиктован вашим извращённым чувством юмора, Мамору-доно.
– Скорее, он вызван казалось бы, невинными, но крайне опасными действиями наших общих врагов..– вернул любезность Александр и в подробностях пересказал события нынешнего вечера.
А под конец вручил сброшюрованные листы с песнями, которые исполнял на этом вечере.
– Хорошо, Мамору-доно. Я доведу эти новости до нужных людей и те, кто пытается манипулировать особами императорской крови, будут выведены на чистую воду.
– Я не напрасно вас обеспокоил. Ямайя-доно?
– Не напрасно. Прошу вас и в дальнейшем поступать так же.
Адмирал ушел, Александр откинулся спиной на столб, поддерживающий кровлю, голову пристроил на гладком выступе резьбы. От взгляда на звёздное небо стало легче на душе, а в голове вдруг возникла вполне хулиганская мысль: почему бы не устроить Агате очередной сюрприз? Он уже стал прикидывать, как завтра подведет разговор к нужной теме, но всё случилось здесь и сейчас:
– Алекс, почему ты не идёшь спать? – послышалось от дверей.
– Агата! Какое счастье, что ты рядом! – вздохнул Александр – Я дарил тебе песни, я дарил тебе самолёты, а хочешь, на этот раз я подарю тебе заброшенный город, полный сокровищ?
– Целый город?
– Даже несколько. Только надо поработать с архивами, а потом полетать над джунглями. Отпустишь?
– Ни за что не отпущу! Я тоже хочу участвовать в приключении.
– Ну что с тобой поделать? Полетим вместе.
Глава 6. Полдороги к Вашингтону
Утром явился врач и сообщил, что отъезд Агаты он разрешает, но с обязательством строго по предписанию принимать лекарство.
– Что же послужило причиной такого скоропалительного разрешения, Ямана-сан? – спросил Александр, с зародившимся подозрением разглядывая врача.
– Таково указание моего руководства, Мамору-доно. – неожиданно честно ответил тот – О причинах меня не известили, мое же личное мнение нисколько не изменилось. Длительная поездка может обернуться неприятностями для Агаты-доно. Хотя, если в пути вы будете устраивать небольшие – на день-два – остановки, то ничего страшного не произойдёт.
– Как часто нужно устраивать такие остановки?
– Не реже одной в неделю, но лучше чаще. В идеале выбрать ритм – день езды, день отдыха, но понимаю, что это почти нереально. Я знаю, путешествие по Транссибирской магистрали очень долгое, но такие остановки жизненно необходимы, помните об этом.
***
Отъезжали безо всякой торжественной шумихи, поскольку выяснилось, что имеются силы, желающие испортить праздник. Зато накануне его с Агатой лично посетил император Ёсихито, а с ним прибыло не менее сотни вельмож высшего ранга. Домик, в котором разместились Александр с Агатой ни за что не вместил бы такую прорву гостей, поэтому с раннего утра набежала толпа работников. На соседней лужайке с видом на пруд, очень быстро и аккуратно соорудили ограждение из кольев и натянутого между ними шелкового полотнища. Получившаяся ширма была украшена кругами Восходящего Солнца и стилизованной хризантемой. На возвышении установили помост для императора и семьи, а ниже расположились остальные гости. За ограждением устроился оркестр: музыка на церемонии нужна, а любопытные взгляды всяких простолюдинов – нет.
Все, кому положено, заняли места, указанные распорядителем, но никто не садился, пока не вошел и не занял свой складной стул император, а с ним пять мужчин и женщин, рассевшихся за спиной повелителя Японии. Среди них Александр отметил Беспечную Стрекозу и в очередной раз поразился её красоте. Редко на нашей грешной земле встречается совершенное сочетание телесной красоты и высокого ума. На этот раз они сошлись в японской принцессе.
Между тем, церемония шла по утверждённому сценарию. Агата и Александр вышли вперёд и заняли места перед императором, а переводчик бегло передавал содержание монаршей речи. За великие свершения, направленные на благо всего человечества, в том числе, и Японии, император, дабы достойно вознаградить Александра и Агату Павич, вносит два исключения в положение о кадзоку, а именно: допускается пожалование японского аристократического титула иностранцам, а также разрешается оным иностранцам не проживать в Токио. Титулы были пожалованы немалые – хакусяку, это аналог европейского графа.
Тут же принесли кимоно, накинули их поверх одежды награждаемых. Юноши и девушки, одетые в традиционные одежды, помогли правильно запахнуться, повязали пояса и укрепили большой и малый мечи. После чего были вручены ларцы, а в них – обтянутые алым бархатом папки с жалованными грамотами.
На этом всё закончилось.
***
– Любопытно. – задумчиво произнесла Агата, рассматривая свою грамоту, написанную цветными чернилами на плотной рельефной бумаге с водяными знаками – Мы с тобой португальские и японские графы. Наверняка, впоследствии обретём и другие титулы.
– Ещё нужно, чтобы наши титулы признал русский император. – заметил Александр.
– Ах, это такая ерунда! – хмыкнула Агата – Это Николаю португальская республика была безразлична. А Ивану мнение соседа и союзника ценно, равно как и наоборот. Ты же не станешь отрицать, что Россия и Япония союзники? Иначе тебе просто не разрешили бы поставлять новейшие вооружения, и, тем более участвовать в их испытании. Кстати, я не удивлюсь, если выяснится, что пожалование было по просьбе русского императора. В области геральдики и взаимоотношений аристократов немало подводных течений, странных противоречий, и часто бывало, что свой король не мог пожаловать дворянство или титул, зато это с готовностью делал союзник. Скажем, один из моих соседей носит титул сардинского барона.
– Поживём – увидим.
– Скажи, Алекс, эта японская принцесса… Откуда ты её знаешь?