Тайны затерянных звезд. Том 9 (СИ)

Тут Кайто совершенно прав, впрочем, как и всегда. Если Администрация действительно решила ликвидировать Кирсану, а всё выглядит именно так, хоть и непонятно за что именно, то она сейчас — цель номер один. Наш корабль это просто её транспорт, и, если понадобится, он может быть ликвидирован тоже, вместе с экипажем. В Администрации это называется «сопутствующие жертвы» и является абсолютной нормой, просто ещё парой строчек в отчёте.
  
И Кайто прав во второй раз, насчёт того, что Администрация, даже несмотря на то, что мы для них — мелкие сошки, — всё равно взяла нас на карандаш. Внесла наши позывные во все базы данных, и теперь в любой точке космоса, где есть администратский корабль, его экипаж будет знать, что нас можно уничтожить.
А до тех пор, пока на нашем борту Кирсана — нужно. И, видимо, Фарида Малик восприняла это «нужно» буквально, как руководство к действию. И, возможно, Кори права тоже: капитан «Фиолетового» действовала, в том числе, из личных побуждений. Обрадовалась, что её вечная соперница сама залетела к ней в лапы, и теперь готова была пуститься во все тяжкие, лишь бы её прикончить. Две цели одним выстрелом — и похвалу от начальства получишь, и наконец окончательно поставишь точку в вопросе, кто же из вас двоих лучше. Подсказка — не тот, кто умер.
— Кто ей вообще разрешил минировать… тут? — хмуро спросил Магнус, глядя на мину так внимательно, словно ожидал, что она от этого взгляда резко провалится в спейс, расчищая нам дорогу.
— Скорее всего, никто, — Кирсана покачала головой. — Не представляю, чтобы командование разрешило кому-то пойти на такой шаг. Даже командиру целого звена.
— Думаешь, она пошла против приказа? — капитан с интересом посмотрел на администратку.
— Думаю, что она просто не спрашивала, — серьёзно ответила Кирсана. — Доложила что-то из серии «Веду преследование противника, враг будет уничтожен любой ценой» и понимай это как хочешь. Это же Фарида. Она привыкла к тому, что события всегда складываются так, как нужно ей, а любые её решения не требуют нести никакой ответственности. «Победителей не судят» — вот её девиз, и он очень хорошо подходит для той, кто всегда — победитель. Даже если её собственной заслуги в этом — чуть.
В голосе Кирсаны проскользнула боль. Хорошо скрытая, но всё же заметная, особенно заметная тому, кто прошёл схожим с ней путём. Может, у меня и не было вечного соперника, любые действия которого не имели никаких последствий, потому что эти последствия засыпались деньгами богатеньких предков, зато у меня были офицеры Администрации, один другого дурнее, но при этом считающие, что каждый из них умнее всех остальных вместе взятых. И да, их решения зачастую тоже не имели никаких последствий, даже если приводили к результатам… далёким от идеала, мягко выражаясь.
— А ты точно уверена, что Фарида всё ещё не знает об этой норе, в которой мы прятались? — снова спросил Магнус. — Эта мина. Так близко стоит.
— Если бы знала, она бы не стала ставить ещё одну мину, — возразил Кайто, тыкая в лобовик, во вторую мину, едва-едва виднеющуюся за первой. — Это бессмысленно. Да и эту она бы поставила прямо на выходе из тупика, чтобы заблокировать нас внутри. Нет никакого смысла ставить её в стороне, пусть даже совсем чуть-чуть.
— А ведь верно! — согласилась с ним Кори. — На «Фиолетовом» явно не поняли, куда мы делись, и предположили, что мы просто пролетели дальше.
— Однако, мысли о том, что мы могли куда-то прятаться, всё же имелись в голове у капитана, — дополнил капитан. — Поэтому она решила ещё и заминировать всё окружение. Для подстраховки.
— Точно! — согласилась Кори. — Чтобы наверняка.
— Кошмар, как вы можете так спокойно обо всём этом говорить⁈ — Кирсана на мгновение вышла из образа холодной администратки и возбуждённо всплеснула руками. — Не об этом надо говорить, совсем не об этом! Надо придумывать, как нам выбираться отсюда! Расстрелять мину, ну хоть что-то сделать!
— Если расстреляем мину, то, во-первых, дадим понять «Фиолетовому» где мы. — Кори зевнула, прикрывая рот рукой.
— А, во-вторых, нас легко может потрепать обломками, — добавил капитан. — И это мы уже не переживём, не в нашем состоянии.
— Да я всё это понимаю! — Кирсана прижала руки к груди. — Но хоть что-то же надо делать! Какие-то мысли высказывать, ну хотя бы просто мозговой штурм устроить — может, сообща мы сможем придумать, как нам выбраться из этой западни!
— А зачем? — фыркнула Пиявка из своего кресла. — У нас для этого есть специально обученный человек. Специально обученный принимать интересные решения и искать выход из сложных ситуаций. Кар, что скажешь?
Я обвёл всех взглядом и хмыкнул:
— Что ж… Придётся папочке снова всех спасти!
  
Глава 22
 
«Спасти всех» это, конечно, громко сказано, но, по сути, именно это сейчас от меня и требовалось. «От меня» — потому что никто другой на это не был способен, ведь из всех нас лишь я один умел управляться с врекерским снаряжением.
Просто удивительно, сколько всего разного произошло за то недолгое время, когда я вошёл в экипаж «Затерянных звёзд», и сколько из этого было разрешено при помощи украденной, будем называть вещи своими именами, у «Линкс», экипировки. Скажи мне ещё кто-то два года назад, что я буду искать решение проблем через резак и захват, а не пытаться пристрелить её по старой памяти — я бы, наверное, не поверил.
Конкретно сейчас вариант «расстрелять» вообще был одним из самых плохих, если не однозначно самым плохим. Если бы речь шла о кинетическом оружии, ещё можно было бы понадеяться на вариант, при котором будут разрушены сенсоры мины и механизмы её подрыва, что превратит её в бесполезный кусок взрывчатки, которая уже никогда не сдетонирует, но и то шансов было маловато. А в переложении на плазменные двухсотки шансов не было вовсе — при касании мины плазма и так и эдак спровоцирует взрыв, который неизбежно заставит мину взорваться тоже. И это даже не потому плохо, что «Фиолетовый» засечёт выброс такого количества энергии — у нас все ещё есть какие-то шансы улететь раньше, чем он найдёт в «каракатице» столько свободного места, чтобы развернуться на нужные для залпа двадцать градусов.
В первую очередь это плохо потому, что есть очень высокая вероятность, что этот взрыв мы не переживём. Мина, конечно, работает по кумулятивному принципу, но это не означает, что она не создаёт поле обломков, летящих во все стороны — ещё как создаёт. Просто их несоизмеримо меньше, чем плазменно-кумулятивной струи, но нам, с нашей дышащей на ладан скорлупкой, может хватить и самой малости. Буквально десяток обломков размером с ладонь, летящих со скоростью в пару-тройку звуковых, легко могут поставить точку в нашем путешествии прямо здесь и сейчас.
И это уже не говоря о том, что мина легко может оказаться прямо сейчас развёрнута боевой частью в нашу сторону, и попытка подорвать её сделает именно то, для чего она и предназначена — поразит наш корабль. Со стороны, да ещё с такого расстояния, поди пойми, куда на самом деле направлена боевая часть этого металлического шарика, усеянного короткими шипами датчиков.
Так что нет, расстреливать мину мы не будем. Мы, а, вернее, я её просто пододвину. Ухвачу захватом и подтяну поближе к границам «каракатицы», расширяя безопасную зону настолько, чтобы наш корабль смог проползти по самой кромке. Самое главное тут — держать мину подальше от корабля, чтобы камеры с алгоритмами машинного зрения не распознали корабль… Но при этом не сильно близко к структурам «каракатицы», чтобы не активировались магнитные, нецелевые, датчики, иначе она всё равно взорвётся. Кораблю, конечно, это почти наверняка не повредит, но зато очень вероятно, что повредит мне, ведь я буду снаружи, один, и всё равно что голый — гражданский мягкий надувной скафандр не в счёт.
  
Ну и, само собой, этот взрыв подаст сигнал «Фиолетовому», чтоб ему пусто было…
В этот раз меня вышли собирать уже все, кроме роботов, конечно. Даже Кирсана, хоть и держалась за свой раненый бок, приковыляла к шлюзу, и теперь внимательно смотрела на то, как я натягиваю скафандр и надеваю поверх него врекерскую сбрую. Смотрела так внимательно и неотрывно, будто всё надеялась, что сейчас, вот прямо сейчас, с минуты на минуту, мы перестанем всё это делать, сбросим скафандр на пол и дружно закричим: «Ха-ха, шутка! Повелась?» А она облегчённо улыбнётся и ответит: «Ну я же знала, что вы не самоубийцы».