Император гнева (ЛП)

— Да, он хорош в этом, — ухмыляется он. — Затем Такеши выдыхает. — Ладно, это чертовски классный мотоцикл.
— Не за что.
— Я не благодарил тебя. Хотя было бы неплохо, если бы его доставили в Киото, а не сюда.
— О, ты возвращаешься в Киото?
Такеши широко улыбается, вскидывая брови.
— Чёрт. Это будет хорошо.
***
— Что, чёрт возьми, случилось?! — холодно бросаю я, врываясь на кухню.
  
Кензо поднимает взгляд от чашки кофе, которую пьёт, сидя за стойкой, и хмуро смотрит на меня.
— Да? Я могу тебе помочь?
— Киото?! Я не собираюсь переезжать в чёртов Киото.
Он медленно выдыхает.
— Ну, я переезжаю, а ты моя жена. Так что…
— Так что иди на хуй, — бросаю в ответ. — Я не поеду.
— Ты можешь поехать сама, или я могу тебя привезти. То есть, ты можешь поехать со мной добровольно, или я могу заставить тебя.
— Как ты заставил меня прошлой ночью?
Ладно, это дешевый прием. И дерьмово это говорить, когда мы оба были так увлечены тем, что произошло прошлой ночью, включая применение силы, а он прижал меня к полу и продолжал, даже когда я сказала "нет".
— Что ты сказала? — рычит Кензо с предупреждающей ноткой в голосе. Я игнорирую её.
— Я была пьяна в стельку, и ты это знал, — огрызаюсь я. — На ум приходит фраза «воспользоваться ситуацией», не так ли?
— Конечно, нет, — холодно отвечает он, вставая со стула, и от этого у меня внутри всё сжимается. — И мне не нравится, когда меня в чём-то подобном обвиняют.
Я смущённо сглатываю. Да, я переступила черту приличий.
— Ну…
— Ну, ничего, — выплевывает он, бросаясь ко мне и нависая надо мной. — Ты не спала.
— И ты только что залез в мою постель.
— Технически, — он хватает меня за запястье, — Это моя кровать, и женатые люди, как правило, делят ее.
Я дергаю свою руку.
— Отпусти меня.
— Нет. Не раньше, чем ты признаешься, что прошлой ночью кончила, как жадная маленькая шлюшка, на мой член. Несколько раз.
Я опускаю взгляд, моё лицо горит.
— Ну?»
Я пожимаю плечами.
— Я жду.
— Прекрасно, — бормочу я, отчаянно краснея. — Отлично. Это было… хорошо.
— Я не об этом спрашивал.
— Хорошо, я…
— Ты будешь смотреть на меня, когда разговариваешь со мной, принцесса.
Я киплю от злости, скрипя зубами, поднимаю на него взгляд. В ту минуту, когда встречаюсь взглядом с его великолепными черными глазами, вся моя пылкая дерзость улетучивается.
— Ладно, ладно, — шепчу я.
— Ладно, ладно, что?
Боже мой, он собирается заставить меня сказать это ему в лицо.
Мудак.
Делаю глубокий вдох, расправляю плечи.
— Ладно, ладно, — выдыхаю я. — Я кончила, хорошо?
— Как?
Кензо просто улыбается, приподнимая бровь.
— В любое время, принцесса.
— Как… как…
— Начинается на «Ж», рифмуется с «маленькая шлюшка»…
Бросаю на него испепеляющий взгляд.
— Я кончила, — мрачно бормочу я. — Как жадная маленькая шлюшка.
Он выжидающе приподнимает бровь, и я вздыхаю.
— Несколько раз.
— Хорошая девочка.
Он отпускает моё запястье, и я отдёргиваю руку, пытаясь подавить щемящее чувство, которое испытываю, когда меня так называют.
Кензо поворачивается и идет обратно к своему кофе.
— Ты не воспользовался презервативом.
Он отхлебывает из своей кружки, не глядя на меня.
— Я этого не делал.
— Ну?!
— Ну и что?
Я смотрю на него с открытым ртом.
— Ну, беременность — это нормально! — Огрызаюсь я. — И кто, черт возьми, знает, что я могла от тебя подцепить!
Он свирепо смотрит на меня.
— Взаимно.
Я смотрю на него в ответ.
— У меня нет никаких ЗППП. Придурок.
— Ну, я этого не знаю.
— А я знаю! — выпаливаю я. — Что касается тебя, кто знает, где ты засовывал эту штуку.
— «Эта штука» не любит, когда её так называют, — хмурится он.
— Честно говоря, мне плевать. И, пожалуйста, не говори мне, что ты дал имя своему члену.
— Я не давал, — бормочет он. — Это относится и к “этой штуке”.
Я закатываю глаза.
— Хочу сказать, кто, черт возьми, знает, где ты был.
— Да, — шипит он. — И в этом нет ничего плохого.
Я морщу нос.
— Я действительно не хочу об этом говорить.
Кензо фыркает.
— Нет, знаешь что? Думаю, нам стоит. А как насчет тебя? Где ты была?
Бросаю на него испепеляющий взгляд.
— Ты придурок.
— И ты уходишь от ответа.
— Поверь мне, — бормочу я. — У меня нет никаких венерических заболеваний. Хорошо?
В этом легко убедиться, если ты спал только с одним человеком и сдал анализы после того, как тебе удалось от него сбежать.
Кензо закатывает глаза.
— Ты что, пытаешься убедить меня, что ты девственница в тридцать три года?
— Отвали, — бормочу я, отворачиваясь от него.
— Дай мне список.
Я поворачиваюсь обратно.
— Извините?
— Список.
— Кого?
Его лицо мрачнеет.
— Всех мужчин, с которыми ты была.
У меня отвисает челюсть, когда я смотрю на него с яростью в глазах.
— Ты блять серьезно сейчас?
— Похоже, что я шучу, принцесса?
Я разворачиваюсь, чтобы уйти. Внезапно он хватает меня за руку и резко дергает назад.
— Ну и хрен с тобой. Давайте не будем забывать, что здесь есть две вещи. Ты — моя жена, чтобы остановить войну…
— Я…
— Но ты будешь такой, какой я захочу, — тихо шипит он. — В качестве наказания.
— За что? — Я огрызаюсь. — Что у меня была долбаная сексуальная жизнь до тебя?
Его челюсть сжимается.
— Нет. За то, что, черт возьми, накачала меня наркотиками и обокрала.
Я вздрагиваю от неприкрытой злобы в его глазах, устремленных на меня.
— Ч-что это влечет за собой? — Бормочу я.
Губы Кензо кривятся. Я дрожу, когда он наклоняется и шепчет мне на ухо.
— Все, что захочу.
Пытаюсь, но не могу игнорировать пульсирующую потребность, которая зарождается у меня внутри.
— Так что, ты хочешь снова меня трахнуть? Это то, к чему всё идёт?
Он тихо усмехается про себя, отстраняется, качает головой и смотрит на меня с удивлением.
— Такая жадная и нетерпеливая.
Моё лицо заливается краской.
— Это было сказано как оскорбление.
— Это прозвучало как отчаяние и нужда, но ладно.
— К чёрту. Тебя, — огрызаюсь я. — Как насчёт этого: жёсткий отказ.
— От чего?
Я самодовольно улыбаюсь.
— От секса. Я буду твоей женой на людях, но и только. Наслаждайся своими синими яйцами, потому что ты ничего не получишь от…
Он притягивает меня к себе, разворачивает и прижимает к кухонному островку позади. Мои бедра сжимаются сильнее, когда он нависает надо мной и обхватывает челюсть, поднимая лицо к своему в этой возмутительно собственнической, доминантной манере, которая…
Творит со мной чудеса.
— Вот что сейчас произойдет, — тихо говорит он. — Ты скажешь это снова.
Я сглатываю.
— Что именно скажу?
Его улыбка говорит сама за себя. Я качаю головой.
— Этого не будет.
— Так и есть. Признайся, что прошлой ночью ты кончила на мой член, как маленькая жадная шлюшка. Несколько раз.
Я свирепо смотрю на него. Он ухмыляется в ответ. Напряжение нарастает между нами, пока, наконец, я не могу больше выдерживать его свирепый взгляд.
— Ладно, хорошо, — бормочу я. — Как скажешь. Да, я испытала оргазм.
— Еще раз, это был не мой вопрос. — У меня перехватывает дыхание, когда он наклоняется, его глаза разрезают меня на две части. — Скажи это.
Мое лицо вспыхивает, когда что-то непонятное сжимает меня изнутри.
— Я… — Румянец разливается и темнеет. — Часто кончала прошлой ночью, — шепчу я.
— Как?..
Пытаюсь отвести взгляд, но он крепче сжимает мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Как жадная маленькая шлюшка, — хрипло шепчу я.
— Где?
О боже, он не может быть серьёзен.
  
— Где, принцесса?