Неудобная жена. Второй шанс для принцессы (СИ)

Необходимость во второй смене отпала, но эта работа мне нужна и по другой причине. В мусорных ящиках я нахожу редкие и ценные детали, которые использую потом для своих артефактов.
В лаборатории, как всегда, шумно. Работники перебегают из кабинета в кабинет, кто-то слоняется с чашкой кофе, кто-то усердно корпит над очередным изобретением, постоянно что-то взрывается.
Из кабинета номер три валит желто-зеленый дым и я закрываю рот ладонью, пробегая мимо. Спешу я в главную экспериментальную лабораторию. Там закончили собирать Резонатор пространственной ткани и от него должны были остаться редкие дорогие детали.
  
Я предвкушаю пополнение коллекции и обдумываю статью.
Ошибки в ней должны быть незаметны, иначе не пропустят. И еще придется уговаривать мужа, чтобы помог напечатать этот шедевр моей научной мысли. А его обмануть будет очень трудно.
Ненавижу Ларшиса. Ненавижу. И сердце рядом с ним бьется чаще вовсе не от влюбленности. Оно колотится от ненависти.
Мой фиктивный муж приложил руку к восстанию в Эстори, это очевидно. Его татуировка, его интерес с залежам нуумита — все указывает на вину.
Толкаю дверь лаборатории, у меня есть пропуск, так что я спокойна. Ящики с ненужными запчастями и деталями сложены в углу. Я с энтузиазмом принимаюсь проверять их и натыкаюсь на необыкновенную находку. Выуживаю из самого большого ящика баночку. Это эфирная краска с руническими пигментами, ею наносят знаки на портальные арки.
Боги, именно такой краской были начертаны знаки на столбиках врат, которые перенесли меня в прошлое.
Это же находка века!
Я забираю несколько кристаллов, алмазный резец и кусочек стекла.
Не сразу понимаю, что хлопнула дверь, так увлечена процессом. Прокручиваю в голове, как смогу использовать все это добро, когда слышу покашливание.
Оборачиваюсь, а в дверях стоит Норд Стефан.
Мерзавец лыбится, при этом обрадованно так, словно кот, поймавший мышку.
— А ты что за зверушка, а? — спрашивает он. — И почему воруешь в лаборатории?
Он цепким взглядом оглядывает банку с краской. Протянув руку, велит надменно:
— Дай сюда.
— Я имею право брать все, что выкидывается. Директор дал официальное разрешение, — отвечаю.
Но Норд делает выводы по моей бедной одежде — раз выгляжу как нищенка, значит, воровка.
— А я плевать хотел. Меня послал мой куратор за банкой с краской, так что отдай по хорошему… зверюшка.
— Не отдам, — прячу находки в сумку, но понимаю, что за лабораторией слежу не только я. Есть другие заинтересованные, которые подбирают ценные отходы.
Другой вопрос, зачем им незарегистрированные отходы? Если только для незаконных разработок.
Норд закатывает глаза.
— Одно слово моего отца и тебя посадят. Зверюшка, поверь, в камере тебе не понравится.
Он медленно приближается, нагло оглядывая меня с ног до головы.
Но в этом цикле ситуация другая. Я могу совершенно официально проявить драконицу, не боясь, что меня узнают и сдадут дяде.
Поэтому я позволяю глазам загореться золотом, которое под действием маскирующего артефакта приобретают фиолетовый цвет.
Норд ошарашенно открывает рот, а я встаю в боевую стойку. Женщин королевской семьи Эстори учили не только вышивать, но и биться.
— Ты сама не знаешь, куда впуталась, — зло произносит Норд и начинает трусливо пятиться.
— Но ты промолчишь о том, что я взяла краску, — говорю сощурившись.
— Почему это? — Норд усмехается.
— Потому что тогда придется объяснять, что ты проиграл невысокой и хилой девчонке.
Норд не сразу понимает, о чем я толкую, но поняв вскипает.
Боги, если я раздраконила его, он кинется. И мне придется отстаивать свою баночку с рунической краской в бою. Но я верю, что Норд не бросится на меня, отступит.
Я помню одну сплетню, которая ходила при эсторском дворе о роде Стефан. Если это правда…
Конечно же, я не стану говорить Норду, что знаю их родовую тайну, иначе Стефаны сотрут меня в порошок.
Но вот сыграть на его комплексах можно.
Норд кривит рот, становится надменным-надменным. Вскидывает подбородок.
— Безродная драконица, как я посмотрю. Полукровка?
— Тебе какое дело, просто отвяжись, — отвечаю я.
— Так уж и быть, Стефаны не трогают слабых и убогих. Можешь бежать, зверюшка.
— Я все еще даю тебе возможность отнять у меня краску, — делаю вид, словно хочу напасть и подаюсь вперед, а Норд внезапно взвизгивает и отбегает.
Ух, как все запущено!
— Не буду я с тобой связываться. Вон зубы показала, наверняка заразная, — он понимает свое бессилие перед драконицей и сыпет оскорблениями. — Развелось непонятных тварей с грязной кровью. Нужно сгонять вас в резервации, как делали наши предки.
Он поднимает руки и отходит к стене, открывае мне проход к дверям.
Я не медлю и поспешно ретируюсь. В кармане у меня записывающий кристалл, который я нашла однажды здесь в корзине. Он из коллекции известных артефакторов Дургара — Шарсо, и отличается очень высоким качеством, как и все их изделия.
Весь разговор с Нордом Стефаном записан, и если он станет впутывать меня в эти странные дела с его куратором, я обнародую кристалл.
Что же касается Стефанов, они, безусловно драконы, но пустые, неспособные к обороту. Когда боги возвращали нам, ящерам, крылья, Стефанов они обошли стороной.
Думаю, именно поэтому Норд не поступил в императорскую академию, а засунулся в такую провинцию, как Эйхо.
По дороге к публичной библиотеке я встречаю Камиллу Ройс и ее подруг. Эти девицы любят слоняться по городу, собирать сплетни и демонстрировать наряды.
— Посмотрите на эту рыжую. Какая смешная шляпка! — выкрикивает подружка Камиллы, белокожая блондинка.
Это Снежанна Лоуш, через три месяца между ней и Камиллой произойдет конфликт. Я точно это помню, потому что Снежанна вышла замуж за важного дракона и ее подруги очень сильно пожелали ей счастья, но не от всей души.
— Где она ее раздобыла?
— Получила в наследство от прабабаушки!
Я не могла себе позволить модную шляпку, взяла то, что было по карману. Но после победы над Нордом настроение у меня отличное и я, вместо того чтобы втянуть голову в плечи, широко улыбаюсь.
— Позолотите ручку, девушки, и я предскажу вам будущее! — заявляю важно и подбочениваюсь.
В Эйхо много ведьм, они промышляют и гаданием, и ворожбой, приворотами разными.
Шляпа скрывает пол лица и это придает убедительности моему образу. Не хватает лишь коралловых бус, да золотых колец в ушах.
— Врешь, ничего ты не увидишь, — Камилла кривит нос.
Тыкаю пальцем в Снежанну, как будто наугад, и объявляю, что она получила письмо от отца неделю назад. Эта информация в прошлом цикле разлетелась по коридорам академии, дойдя даже до нас, стипендиатов.
Снежанна ойкает и удивленно хлопает длинными ресницами.
— И что было в том письме, замухрышка ведьминская? — насмешливо спрашивает Камилла.
— Сообщение о том, что генерал дракон делает этой юной деве предложение.
Вот тут адептки начинают сомневаться и осторожно подходят. Камилла правда все еще скептически кривится и ломается, а потом все-таки протягивает руку:
— Можешь погадать мне?
Мы стоим в центре города и прохожие не обращают внимание на группу адепток, но подруги Камиллы с большим интересом слушают.
Я вдыхаю в легкие воздух и громко произношу:
— Позолоти ручку, красавица.
Камилла пожимает плечами и дает мне золотой.
Я прячу его в сумку и громко предсказываю:
— Напрасно ты слюни пускаешь на ректора Ларшиса! Он женат и скоро воссоединится с женой. А ты выйдешь замуж за пожилого дельца из Дургара.
  
Подружки начинают визжать, но я же вижу, как они на самом деле довольны. Камилла же багровеет, хочет кинуться, но Снежанна удерживает ее.
— Не позорься, Ками, — шепчет она сконфуженно.
— Прокляну! — кричу и, развернувшись на пятках, быстро улепетываю.